Семь бед – один…
Шрифт:
– Как… совпало?
– Ну, грех? – грех. С отягчающим каким еще! Да и сердечко и так от трепета взволновалось, а тут такой на него гастрономический оргазм! У него просто не было шансов.
Машина быстро доехала до каньона и провалилась сквозь землю. Становилось все жарче и жарче, что Билли сам чувствовал себя индюшкой. Он сильно потел и вытирался заляпанной мокрой майкой.
– А! Отмоют! Ха-ха-ха! Есть где! – взвизгнул Черт и потрепал Билли копытом по голове.
Они летели на машине вниз с огромной скоростью, как вдруг машина задергалась и начала сбавлять
– Ах ты! Опять коробка у нее полетела! Ну нечего, доедем. – сказал Черт и переключил передачу.
Они въехали в большой темный холл, в конце которого стоял трон и к нему тянулась красная ковровая дорожка. На троне сидела огромная жирная муха. За троном была красная таинственная дверь.
– Привет, Вельз! – крикнул Черт, – сегодня мы к тебе!
Муха молча и неспешно спрыгнула с трона и открыла красную дверь, за которой погодка была не из лучших.
– Проходи, Билли, остынешь немного – захохотал Черт и толкнул Билли на красную дорожку.
Билли медленно побрел по ковру, смотря в открытую дверь. По мере приближения, холодный ветер и изморось чувствовались все сильнее. В этот момент ему очень хотелось горячего глинтвейна с корицей…
Чемоданчик
Фонари давно погасли на улицах Бирмингема, автобусы уже не ходили, облака закрыли луну – город спал. Казалось, страдал бессонницей во всей Великобритании только Бен Эллис, который был ночным жителем в своем кабинете. Семья Бена давно видела самые прекрасные сны: его Жене Мэри снилась новая сумочка от Гуччи, дочке – модное платье от Кутюр, а сыну – последний Айфон. Бен же работал в поте лица и пальцев от количества нажатых кнопок на клавиатуре.
После работы он обыкновенно приходил в свою большую, просторную квартиру с дорогим ремонтом и проводил семейный вечер, вкусно ужиная, и делился последними новостями. После застолья он отправлял детей спать, жена шла в ванну, а он погружался в мир цифр, как и сейчас.
Он считал копейку за копейкой часами напролет, выискивал, на чем можно сэкономить, а где – получить больше. По большому счету, большинство жителей Великобритании жили похоже, но не так, как Бен.
Любая возможность урвать цент для него была, как красная тряпка для быка – заработать, найти, украсть – как угодно. И тут еще, как назло, все дорожало – что не могло не сказаться на его жизни.
В одно прекрасное утро, большая семья собиралась в отпуск в солнечные Эмираты – сборы, беготня и шум. Бен аккуратно складывал документы, пачки накоплений, свои часы и золотой Паркер в чемоданчик – очень уж хотелось блеснуть состоянием перед арабскими миллионерами. Тем более, что он неплохо знал арабский и мог договорится о сотрудничестве с каким-нибудь шейхом на поставку пасты «Мармайт». Галстук с золотым зажимом дополнил ассортимент, и чемодан закрылся.
– Бен, дорогой, ты можешь думать не только о работе и деньгах?
– Мэри, как же о них не думать? Мы же хотим сумочку? – Бен прижал Мэри и захихикал.
– Ну ладно, только давай постараемся в первую очередь отдохнуть?
Бен молчал, сворачивая
Полет шел в штатном режиме, самолет выпустил шасси и зашел на глиссаду.
«retard, retard, retard» – скомандовал бортовой компьютер пилотам.
Самолет коснулся полосы, как вдруг в салоне началась сильная тряска. Пассажиров начало сильно болтать в сиденьях, и Бен как можно сильнее впился в свой чемодан, но это не помогло. Он сидел у окна, и в момент тряски бился локтем об фюзеляж – из-за этого чемодан все-таки выпал из рук Бена, когда самолет выкатился за пределы полосы и затрясся еще сильнее. В салоне паника, запахло дымом, стюардессы организовали спасательные действия, а чемодан потихоньку уползал все дальше под переднее сиденье.
Когда открылись запасные выходы и надулись эвакуационные горки, самолет горел, и все ломанулись к выходам, кроме Бена – он отчаянно в дыму искал свой заветный чемоданчик, в котором было его будущее…
– Бен! Бен! – кричала Мэри у выхода, но ее силой толпы выдавило из салона вместе с детьми.
Последними салон покинули стюардессы и отвели всех на безопасное расстояние. Пожарные машины уже были видны на подъезде к самолету. Никому и в голову не могло прийти, что найдется хоть кто-то, кто задержится в горящем задымленном самолете.
Ах! Вот ты! – схватил Бен чемодан за ручку – Черт возьми!
– Да не нужен он мне! – ответили ему.
– А я его вам и не отдам – ответил Бен, пытаясь вылезти из-под сидения.
– А семья твоя как же?
– Сейчас-сейчас… Я только выберусь… – кряхтел Бен.
Бен вылез из-под кресла и застыл, смотря на источник звука. Перед ним стоял Черт.
– Ну что ж ты так, Бенни? – «ласково» заговорил он, – не успел всего чуть-чуть. Эх! Чемоданчик помешал, да?
– Ты кто, черт побери?! А?
– Черт обыкновенный! Ха-ха-ха!
– Где моя семья?! – озирался по горящему салону Бен.
– Семья твоя меня не интересует… Да и тебя, впрочем, тоже.
Бен ломанулся к выходу сквозь дым, пока не замечая ничего. Он выскочил из салона и скатился с чемоданом в руках по горке.
– Господи! Бен! Мой дорогой Бен! Как же так?! – ревела навзрыд его жена, к которой прижимались дети.
Бен бежал от самолета по грунту к Мэри и кричал: «Мэри! Мэри! Вот он я! Иди ко мне!
– Рано ей пока к тебе-то, Бенни. – сказал Черт из-за спины.
«Надышался, наверное,» – подумал Бен.
– Мэри! – подбежал он к жене и пытался обратить на себя внимание, но это было тщетно.
Он попытался взять ее за плечо, но его руки были будто приклеены к чемодану и отцепить он их никак не мог.
– Мэ-э-эри! Посмотри же на меня!
Мэри только плакала навзрыд и гладила детей по голове. Бен развернулся к самолету и увидел, что от него остался только обгоревший фюзеляж. Еще он услышал обрывок диалога: «Повезло, слава Богу… Как фейерверк вспыхнул… Еще бы секунд двадцать, и все…». Бен смотрел на самолет и на Черта, который стоял неподалеку. Он спешно подошел к нему.