Секта
Шрифт:
— Что делать будем? — спросил я, забыв поинтересоваться, откуда поступила свежая информация.
— Сейчас нам там делать нечего, на месте преступления работают эксперты, следственная группа, чуть позже выдвинемся мы, попробуем использовать способности Марии.
— Я попробую, — сказала она. — У меня после того происшествия, кажется, чувства обострились. Попробую след взять.
Выдвинулись мы довольно поздно, после двенадцати. Место преступления уже не было оцеплено, эксперты и следователи разъехались, а мы смогли осмотреть место преступления. В качестве такового сектанты выбрали большой ангар,
Внутри была просторно, а в нос бил запах крови. Коллектив собрался привычный ко всему, никого это не смутило, никто не побежал блевать в кусты. Всё действо происходило в центре помещения. Всё совпадало. Огромный костёр, алтарь из бетонной плиты, который не потрудились убрать по завершению обряда.
Когда мы входили, Маша держала меня за руку, и я почувствовал, как рука эта напряглась. Сама она сильно побледнела, и вряд ли это было отвращение при виде крови. Отпустив меня, она обошла по кругу алтарь, зачем-то поворошила золу в костре, а потом, преодолевая отвращение, прикоснулась к плите. Некоторое время она молчала, закрыв глаза, и раскачивалась на корточках у плиты. Молчание затянулось, рядом, с громким хрустом в коленях присел Рязанцев.
— Ну, что там? — спросил он шёпотом, чтобы не напугать девушку.
— Их было шестеро, — проговорила она замогильным голосом. А жертв — четыре. Убивали быстро, торопились. Много силы ушло впустую. А их главный… — она немного сместилась вправо и приложила руку к полу. — Он силён, сильнее меня, сильнее всех, кого мы встречали до этого.
— Патриарх? — спросил профессор.
— Не знаю, — она открыла глаза. — Может, и не сам патриарх, но кто-то очень к нему близкий. В том месте словно дыра прожжённая.
— Что делать будем? — спросил Павел Сергеевич.
— Я могу след взять, — сказала Маша неуверенно. — Где он шёл, следы отчётливые.
— Сомневаюсь, что они отсюда ушли пешком, — скептически заметил я. — Но попробуй, хуже не станет.
Она встала, прошла к выходу, сделала несколько шагов снаружи, после чего сказала:
— Вот здесь стояла машина, а поехали они… туда.
В целом, это можно было определить, и не прибегая к сверхспособностям. Логика указывала, что фигуранты поедут в город, а не в тайгу. Мы погрузились на машины и отправились в путь. За рулём был Свен, а Маша сидела рядом и указывала дорогу.
За полчаса мы добрались до окраины города, там некоторое время петляли, поскольку Маша сказала, что след стал слабым. Но даже такой след позволил выйти к одному из районов с новыми высотками.
— Останови здесь, — велела Маша.
Она вышла из машины, хлопнув дверью, после чего прошлась вдоль большой стоянки. Шла мимо автомобилей, поочерёдно прикладывая руку к капоту. Наконец, она нашла искомое.
— Эта машина, — сказала она. — На ней уехал главный. Внутри лежат орудия убийства. А сам он ушёл вон туда. В тот дом, точнее сказать пока не могу.
— Это уже интереснее, — Рязанцев
Витя, от которого я за всё время совместной работы услышал всего пару слов, молча кивнул и куда-то ушёл. А профессор повернулся к Павлу Сергеевичу.
— Сможем действовать через официальные каналы?
— Попробую, — Павел Сергеевич как-то недобро скривился. — Если там есть улики, то можно подключить полицию.
Витя окончательно куда-то пропал, пропал и Павел Сергеевич, а мы заняли позицию неподалёку и наблюдали из машин.
— Ничего не выйдет, — сказала вдруг Маша, положив на колени пистолет. — Они не смогут его арестовать, он слишком силён.
— Наша задача, — спокойно ответил Рязанцев, — максимально испортить им жизнь, лишить пространства для маневра. Номер машины уже попал в поле зрения органов, у машины есть владелец, а у владельца есть знакомые, и так далее.
— Меня смущает, что они перестали скрываться, — сказал я, тоже поглаживая рукоять пистолета. — Такое чувство, что скоро финал у их долгого пути.
— Запросто, сила, накопленная разными группами, поступит в распоряжение патриарха, а потом… Не знаю.
Профессор вздохнул.
Органы отреагировали быстро, да и неудивительно, громкое дело, всё на контроле у больших шишек в погонах, а те не слезут с подчинённых, пока не получат вменяемый результат, с которым не стыдно выступить перед журналистами. Два полицейских уазика остановились возле дома, не знаю, что и как сообщил им Павел Сергеевич, но работать начали сразу. Двое принялись вскрывать машину, а ещё три сотрудника бросились к дому, вид у них был решительный, у двоих имелись автоматы.
— Где примерно находится фигурант? — спросил Рязанцев у Маши.
Она подняла руку, некоторое время поводила ей в воздухе, потом с большой долей уверенности показала на окна.
— Вон там, шестой или седьмой этаж. Точнее сказать не могу.
— Значит, ждём.
Группа, что занималась машиной, справилась первой, из багажника был извлечён большой свёрток, который развернули прямо здесь. Один из полицейских уверенно кивнул и что-то сказал в рацию. Потом из машины выгребли какие-то тряпки, видимо, те самые балахоны, в которых производили обряд. Судя по количеству крови, пролитой на алтарь, они не могли не перемазаться ей с ног до головы. Следствие получит доказательства, а возможно, и самих подозреваемых.
А вот с последним не заладилось. На шестом этаже послышались крики, потом кто-то дважды выстрелил, вылетело стекло, а через секунду оттуда выпал сотрудник полиции, которого уже в полёте охватило белое пламя. Упал неудачно, прямо на бордюр, явно сломал себе всё, а ожоги только усугубили дело.
Те, кто стоял внизу, выхватили оружие и бросились к дверям подъезда, но там их встретили. Фигурант, непостижимым образом спустившийся с шестого этажа за пять секунд, распахнул железные двери и выскочил наружу. Встретили его градом пуль, полиция не церемонилась, понимая, с кем имеет дело. Вот только пули не возымели нужного эффекта. Преступник, высокий мужик лет сорока (хотя определять возраст у них — дело неблагодарное), одетый в спортивный костюм, побежал вперёд, отмахиваясь от пуль, как если бы это были назойливые насекомые.