Сексуальность

Крукс Роберт

Один из самых отвратительных случаев педофилии в киберпространстве, известных на сегодняшний день, произошел в апреле 1996 года. Тогда 10-летнюю девочку пригласили на «вечеринку в пижамах» к ее другу в Гринфилд, штат Калифорния. Ночью все остальные члены сексуального клуба стали свидетелями того, как отец друга приставал к ней, поскольку наблюдали за происходящим на экранах своих мониторов. Этот пример того, как педофилы с помощью Интернета совершили насилие над ребенком в режиме реального времени, закончился обвинением, предъявленным 16 членам этого клуба. К маю 1997 года 14 из 16 обвиняемых признали свою вину, а руководитель клуба был приговорен к пожизненному заключению (Mintz, 1997).

Такие истории рисуют в воображении фигуры растрепанных мужчин со стекающей слюной в широких плащах, которые уже

не рыскают вокруг детских площадок, а прячутся в компьютерных терминалах. Но судя по рассказам, публикуемых в таких средствах массовой информации, как «Ньюсвик» (Stone & Miller, 1999), и статьям в профессиональных журналах, такого упрощенного стереотипа в жизни не существует. Многие преступники, промышляющие в Интернете, — это белые мужчины, принадлежащие к среднему или высшему классу, представители широкого ряда профессий. Они пользуются анонимностью Интернета для экспериментирования со своими педофилическими фантазиями, и, к сожалению, для их реализации (Curry, 2000).

Как же бороться с педофилами в киберпространстве? В сентябре 1996 года Конгресс США издал Акт о благопристойности коммуникаций (CDA), который запрещает распространение непристойных материалов среди несовершеннолетних посредством компьютера. Однако в июле 1997 года Верховный Суд на конституционной основе отклонил этот акт, посчитав, что CDA является нарушением свободы слова (Levy, 1997b).

Популярнейший интернет-провайдер «Америка Онлайн» (AOL) предпринял попытку оградить детей от компьютерных педофилов. Так, к примеру, для отслеживания подозрительных и непристойных диалогов в чатах, предназначенных только для детей, была поставлена специальная «охрана» (Trebilcock, 1997). К сожалению, эти старания оказались малоэффективными, так как приватные сообщения все равно не просматривались. А сообразительные педофилы, прежде чем завязать знакомство, чаще всего ведут разговоры в приватном режиме.

Таким образом, в отсутствие эффективного закона или необходимых процедур для сдерживания деятельности педофилов в киберпространстве ответственность за безопасность детей несут их родители. Подобно тому как большинство из нас не разрешают детям играть без присмотра в опасных местах, мы должны запретить им путешествовать по киберпространству и проводить время в чатах без присмотра. Один из перспективных методов заключается в том, чтобы располагать компьютер в таком месте, чтобы можно было наблюдать за детьми, когда они работают в режиме реального времени. Особенно полезно будет родителям выходить в онлайн вместе со своими детьми и инструктировать их, как узнавать непрошеных гостей. Родители должны научить детей никогда и никому не сообщать личной информации о себе без разрешения родителей — ни номера телефона, ни домашнего адреса. Кроме того, родители должны очень доходчиво объяснить ребенку, что ни в коем случае нельзя встречаться лично со знакомыми из Интернета в отсутствие родителей или кого-нибудь из взрослых, пользующихся доверием. И наконец, родителям, которые беспокоятся о засилии порнографии в киберпространстве, можно посоветовать поставить программу, выполняющую функцию фильтра и предназначенную для блокирования доступа детей к сайтам с непристойными изображениями и вульгарными словами. Такая программа может помочь ограничить просмотр детьми порнографических сайтов, но, к сожалению, служит ненадежной защитой от педофилов, посещающих детские чаты.

Последствия сексуального насилия над детьми

Данные многочисленных исследований свидетельствуют о том, что насилие над детьми является чрезвычайно травмирующим опытом, который наносит существенный вред эмоциональной сфере ребенка и может повлечь за собой негативные последствия для жертвы на всю оставшуюся жизнь (Avery et al., 2000; Dinwiddie et al., 2000; Hanson et al., 2001; Lipman et al., 2001). В разговорах со взрослыми, которым пришлось пережить сексуальное насилие в детском возрасте, нередко приходится слышать воспоминания о детстве, полном страха и смущения. Эти люди рассказывают, что у них отняли детскую невинность, о том, что их нормальное сексуальное развитие было прервано, испорчено, и о пережитом предательстве со стороны члена семьи или близкого друга.

Многие

жертвы сексуального насилия, становясь взрослыми, испытывают трудности в установлении близких отношений (Collins, 1994; Felitti, 1991; Rumstein-McKean & Hunsley, 2001). А если им все-таки удается установить отношения, то этим отношениям, как правило, явно не хватает эмоциональной и сексуальной насыщенности (Jackson et al., 1990; Meiselman, 1978; Rumstein-McKean & Hunsley, 2001). Среди тех, кто обращается за помощью в решении сексуальных проблем, немало людей, перенесших насилие в детстве (Kinzl et al., 1995; Sarwer & Durlak, 1996). Кроме того, у людей, в детстве перенесших сексуальное насилие, наблюдаются такие симптомы, как низкая самооценка, вина, стыд, депрессия, отчужденность, недоверие к людям, отвращение к прикосновениям, злоупотребление алкоголем и наркотиками, ожирение, высокий уровень суицидов. Такие люди часто впоследствии становятся объектом разного рода преследований. У них также часто наблюдаются такие хронические заболевания, как, например, боли в области таза и хронические заболевания пищеварительного тракта (Dinwiddie et al., 2000; Hanson et al., 2001; Lahoti et al., 2001; Roodman & Clum, 2001).

Тем не менее данные ряда исследований свидетельствуют о том, что последствия сексуального насилия могут быть менее пагубными. Так, был проведен метаанализ данных 59 исследований с участием студентов колледжей, переживших, по их словам, сексуальное насилие в возрасте до 18 лет. Авторы этого анализа пришли к выводу о том, что сексуальное насилие, по-видимому, приводит к хроническим нарушениям лишь у незначительной части женщин и почти не вызывает таковых у мужчин (Rind, et al., 1998). Местон и его коллеги (Meston et al., 1999) обнаружили, что сексуальное насилие само по себе не наносит такого серьезного вреда будущей сексуальной жизни, как утверждают многие.

Задайте себе вопрос. Проблема вступления взрослых в сексуальные отношения с детьми и подростками вызывает много споров. А какие чувства и мысли по этому поводу возникают у вас?

На авторов этого исследования обрушился шквал взволнованной и возмущенной критики (Ericksen, 2000; LaRue, 1999). Оппоненты выражали беспокойство, что исследования такого рода могут быть использованы для оправдания сексуального насилия над детьми. Кроме того, они утверждали, что у некоторых жертв симптоматика проявляется только спустя некоторое время. Поэтому исследование студентов колледжей может показать более низкий уровень вреда, который был нанесен в результате случившегося, по сравнению с подлинным положением вещей. Однако другие авторы доказывали, что это исследование все же вселяет надежду в людей, уже переживших насилие. Ведь оно подтверждает, что случившееся не нанесло им непоправимого вреда и последствия не будут преследовать их всю жизнь. Более подробно вы сможете прочитать об этом во вставке «Взрослые, вступающие в сексуальные контакты с детьми».

На грани. Взрослые, вступающие в сексуальные контакты с детьми

В 1998 году Американская психологическая ассоциация (APA) — наиболее авторитетный профессиональный союз психологов в стране — опубликовала научную статью Брюса Ринда, Филиппа Тромовича и Роберта Ваусермана под названием «Метааналитическое исследование предполагаемых особенностей сексуального насилия над детьми». Содержание статьи вызвало бурю протестов, направленных на авторов статьи и APA, и даже открытые призывы в адрес Палаты представителей единогласно проголосовать за прекращение исследования.

Статья вызвала столь противоречивые отклики по трем основным причинам.

Во-первых, Ринд и его коллеги в пух и прах раскритиковали предыдущее исследование, посвященное проблеме насилия над детьми (Child Sexual Abuse, CSA; Сексуальное насилие над ребенком). Они утверждали, что обнаружили в нем ряд серьезных проблем методологического характера и расплывчатых определений. К числу таких проблем они относят следующие:

— Перекос выборки, заключающийся в том, что многие врачи и исследователи в области CSA общались только с теми, кому происшедшее причинило существенный вред. Таким образом, негативное влияние CSA в этом исследовании оказалось преувеличенным.