Секреты
Шрифт:
— Нет! Пожалуйста, не надо. Я не знаю, не знаю, — в отчаянии твердила я.
— Нет, ты знаешь — и если что-нибудь случится с Дарлинг, это будет целиком твоя вина! — почти прошипела Нэн.
— Довольно! — сказала миссис Блендфорд. — Сядьте, миссис Митчелл. Индия, я позвонила твоей маме. Я подожду, пока она не приедет, но потом, полагаю, я должна позвонить в полицию. Все это очень серьезно.
— Вы позвонили моей маме?! — ахнула я, и у меня брызнули слезы.
— Не плачь, Индия. Я не хотела быть с тобой такой суровой. Но я должна
Она притянула меня и посадила к себе на колени. Я обхватила ее шею руками и, рыдая, припала к ее розовому свитеру.
— Ну-ну, успокойся. Не плачь так, деточка. Я виновата. Я неправильно сказала, что это твоя вина. Это моя вина. Я никогда не говорила детям, чтобы они не пропадали на целый день. А это было глупо. Я поступила глупо. Повела себя неправильно. Просто с самой субботы я, можно сказать, даже и не спала. Я чуть с ума не сошла от тревоги за мою Дарлинг.
Она прижимала меня к себе и качала на коленях, пока я выплакивала свои слезы. Миссис Блендфорд смотрела на нас с крайним беспокойством, словно ее кабинет заполнили дикие звери.
И вдруг я услышала за дверью голос моей мамы.
— Да о чем вы, ради всего святого? — говорила она, обращаясь, по-видимому, к миссис Хэджс. — Это же смешно. Моя дочь не знает девочку, которая пропала! Она вообще не знает никого из района Латимер.
Мама, едва стукнув в дверь, ворвалась в кабинет миссис Блендфорд; сдвинутые на темя рабочие очки напоминали Алисин бант, на груди болтался перекинутый через шею сантиметр.
— Ради бога, миссис Блендфорд… — с ходу заговорила она.
И тут увидела меня, на коленях у Нэн.
— Индия! Встань сейчас же! Что ты делаешь?! — На ее щеках пылали два красных пятна, как будто она получила с обеих сторон по пощечине.
— Войдите и присядьте, миссис Аптон, — сказала миссис Блендфорд, стараясь взять происходящее под контроль.
Мама осталась стоять. Она протянула ко мне руку:
— Индия, подойди!
Пришлось сойти с колен Нэн. Она легонько погладила меня, я ее тоже.
— Ну-ну, а теперь ступай к своей маме. — Нэн кивнула моей маме. — Добрый день. Я Рита Митчелл, бабушка Дарлинг. Моя Дарлинг и ваша Индия подружки.
— Простите? — сказала мама, дернув меня к себе. И нескладно обхватила меня рукой. Я чувствовала, что она вся трясется от ярости. — Прежде всего вытри нос, Индия, — сказала она, поглядев на меня. — А теперь скажи, ты действительно знаешь внучку этой леди?
— Она моя лучшая подруга, — ответила я, шмыгнув носом и взяв у мамы бумажный носовой платок.
— Но откуда ты ее знаешь? Ведь она учится не в этой школе, я полагаю?
Миссис Блендфорд выглядела шокированной.
— О нет, — сказала она.
— Я с удовольствием отдала бы мою Дарлинг сюда, если б могла, — сказала Нэн. — Она очень умная девочка.
— Как ты с ней познакомилась, Индия? — спросила мама.
— Я… я возвращалась домой из школы мимо их домов.
— Ванда
— Ванды со мной не было. — Я чувствовала себя ужасно. Мне не хотелось навлекать неприятности еще и на Ванду.
— Ты шла пешком через Латимер одна?! — воскликнула мама.
— Да. И встретила Дарлинг.
— Она зашла к нам на чай, милочка, — строго сказала Нэн, возмущенная маминым тоном. — А потом еще раз приходила в субботу. В тот самый день, когда Дарлинг в первый раз ушла… и не вернулась.
— Тогда я не знала, где она была, клянусь вам, — сказала я.
— Но теперь ты знаешь. Ты была такой хорошей — сама признала это, — сказала Нэн. — Она ведь там, у вас, Индия?
— Разумеется, вашей внучки нет в моем доме, — твердо заявила мама. — За кого вы нас принимаете? Наша семья не стала бы укрывать у себя сбежавшего ребенка. Это какая-то кошмарная ошибка — так ведь, Индия?
И мне пришлось в ответ отрицательно покачать головой. Я не хотела предавать Дарлинг, но не хотела также, чтобы у нее опять случился приступ астмы, когда она совсем одна. Я раньше не осознавала, что эти приступы могут быть опасны для жизни. Нэн права. Я была невероятно глупа.
— Она в самом деле у нас дома, мама, — сказала я.
— Что-о?!
— Все это время она там… но я заботилась о ней, Нэн, честное слово, я заботилась…
— Что ты городишь, Индия? — сказала мама. — У нас в доме никаких детей не было.
— Ни ты, ни папа, ни Ванда ничего не заметили. Она скрывалась наверху в секретном убежище, как Анна Франк.
— И сейчас она там? — спросила мама.
Нэн тотчас вскочила на ноги.
— Поедем же к ней!!
И мы отправились — мама, Нэн и я. Миссис Бендфорд разрешила мне уйти. Она не позвонила в полицию. Очевидно, не хотела, чтобы ее школа попала в заголовки газет.
— А ты, мама… ты собираешься позвонить в полицию? — спросила я, когда она везла нас домой.
— Думаю, мне следует это сделать, — ответила мама, совершенно растерянная. — Не знаю. Я не могу собраться с мыслями. Скажи, Индия, ты в самом деле… это не одна из твоих заумных фантазий? Как она может быть на чердаке?
— Она там с субботы, — сказала Нэн.
— Все так и есть. Она хорошо питалась, я давала ей всякие вещи, чтобы занять ее, и сама проводила с ней все время, сколько могла. Сегодня я осталась с ней на всю ночь, чтобы она не чувствовала себя так одиноко.
— Ты спала на чердаке?! — воскликнула мама. — Этого не может быть. Я заглядывала к тебе, когда шла спать, ведь так? Или папа? Или Ванда? Что за игры затеяла Ванда? Ее долг — присматривать за тобой!
Ванда ужасно испугалась, когда мы влетели в дом. Мама, Нэн и я. Она ошеломленно смотрела на нас троих.
— О боже мой, что случилось? С Ричардом? Он заболел? — Ее колотило.
Мама была так поглощена всей историей с Дарлинг, что, кажется, вовсе не сочла странным, как встревожилась Ванда за папу.