Секретарь чудовища
Шрифт:
— Прошу прощения за беспокойство. В списке дел было сказано прибрать у вас, так вот, я могу приступать? — Она нервно покосилась за окно, пытаясь сохранять маску спокойствия и отчуждения.
— Можешь, уже довольно поздно. — Шеф отвлекся от бумаг и окинул взглядом секретаршу. — У тебя же нет с этим проблем? Скажем, аллергии, или астмы?
— Нет, я бы указала это в графе «о себе». Вы… будете здесь? — Она окинула взглядом стол, и наткнулась взглядом на свое резюме. — Сомневаетесь, что взяли?
— Нет. — Холодно ответил он. — Очень смелый вопрос, это мило, но будь чуточку тактичнее. Это пойдет тебе на пользу, а еще ты не вылетишь отсюда
— Здесь… есть что-нибудь для уборки?
— Нет, но напротив кабинета подсобка, возьмешь там.
К удивлению Элс, подсобное помещение было открыто, иначе бы для нее начался квест: «найди уборщицу и одолжи у нее ключ до семи вечера». Теперь девушка знала, где на этаже уборная, и где можно набрать воды.
Как ни странно, ее начальник не работал. Он просто сидел, и со странной внимательностью наблюдал, как она выжимала тряпочку, как протирала ею подоконники и пустые полки… как брала швабру, и скользила ее основанием по чистому деревянному полу. Вроде бы, ничего необычного в его просьбе не было, но такое изучение напрягало. Одри чувствовала себя как в цирке или же зоопарке, причем совсем не зрителем. Мужчина пристально смотрел за простыми действиями, пытаясь найти в них то ли прореху, то ли изъян.
Простой физический труд не сильно утомлял, но вскоре по лбу начинали скатываться потинки, дыхание учащалось, а глаза закатывали сами собой, стремясь скрыться от яркого, навязчивого солнца. Губы пересыхали, хотелось пить. Странно и неловко было работать в юбке, но выбора, особо, не было. Холодные брызги грязной воды летели на бледные ноги, медленно стекали вниз к туфелькам на небольшом каблучке. Становилось жарко, даже хотелось расстегнуть верхние пуговки белой рубашки, ну, или хотя бы, снять пиджак, что она и сделала, сложив его на одну из пустых, чистых полок. Когда работа была, по сути своей, закончена, мужчина с ухмылкой протянул девушке открытую бутылку воды, а та, недолго думая, жадно вцепилась в нее сухими, обезвоженными губами. Крупные глотки хорошо слышались, и даже были видны на влажном от пота, светлом горле. Струи влаги стекали вниз, от чего ворот рубашки немного намокал. В итоге, оторвавшись от бутылки, Элс потрясла головой, и, с благодарной улыбкой вернула ее шефу:
— Спасибо, здесь очень печет. Вам не жарко? Может, открыть окно, проветрить?
— Отличная мысль. Я делал это пол часа назад, но все равно. Что же, твоя работа окончена, спасибо. — Нэд вежливо кивнул и прикрыл глаза.
— Не за что, до свидания. — Девушка улыбнулась, забрала пиджак, ведро, швабру, и медленно вышла из помещения.
Ротман клацнул зубами и явно о чем-то задумался, кивая сам себе. Это продолжалось около трех минут, после чего начальник финансов встал из-за стола и подошел к настенному календарику. Начало июля, жаркого, солнечного. Подумав еще, он взял со стола пульт и включил кондиционер, взволнованная секретарша так торопилась, что даже не заметила его наличие в кабинете, это немного забавляло.
Так или иначе, Одри была очень довольна собой и своим первым днем на работе. Начальник показался вполне адекватным, хотя и местами едким, коллектив дружелюбным и открытым, рабочее место, так или иначе, уютным, а обязанности простыми даже для секретаря, за исключением пары, но это не играло основной роли.
* * *
Однако, не все дни оказались столь радужными и многообещающими. На следующий ей пришлось здорово побегать по этажам, собирая отчеты для своего начальника, в перерывах варить кофе и думать о вечном. Еще через день пришлось сперва пол часа спорить с курьером, что никто здесь не заказывал в восемь утра пиццу, хотя позже выяснилось, что это была неугомонная Мойра, просто забыла предупредить. Потом составить тысяча и один отчет, разнести их нуждающимся, попутно готовя немыслимое количество кофе, чая, и других напитков, сбегать по двум поручениям, услышать пол сотни упреков от разных лиц и все это до обеда. Она была готова к такому повороту, однако факт, что работа росла в геометрической прогрессии, да еще и со сверхзвуковой скоростью весьма удручал. Время стремительно набирало темп, и останавливалось, когда Элс убирала вечером у шефа. Все еще не могла привыкнуть и перестать смущаться, хотя во второй день он уже за ней не наблюдал.
Ярлыки
Две недели испытательного срока стали непростым временем, однако в день, когда он для Одри завершился, сотрудники даже решили ее поздравить. Тэмми «из подсобки», как ее все называли, девушка из отдела программирования, что часто была у них на этаже, даже испекла в честь маленького праздника пирог, чем очень польстила теперь уже полноценной коллеге:
— Угощайтесь все! Он с вишней, можно еще чаю согреть. — Довольные офисные работники тут же окружили халявную еду, благодарили, радовались, смеялись. Несколько мужчин отпускали шутки, кто-то над ними смеялся, а кто-то просто не слышал.
— Спасибо, очень приятно, правда. Не думала, что кто-то захочет меня… ну… — Элс заметно смутилась и отвела глаза.
— Просто порадовать? Расслабься, ты хороший человек, а что самое важное — не называешь меня по кличке. — Остальные засмеялись, ведь это было лучшей шуткой за утро. Или… не шуткой?
Теперь Одри точно знала — в общей сложности с ней работает двадцать один человек. Одиннадцать сидели здесь, за столиками, друг за другом, остальные же ютились в архивах или маленьких кабинетах. Быстрый, но все время занятой финансовый отдел… который, по факту, был финансово-экономическим бюро и занимался распределением денежных потоков, платежами, вел бухгалтерию закупок, продаж, налогов и всего остального, включая оплату счетов за электричество.
И всей этой горой денег крупной компании распоряжался один человек — Нэд Ротман. Ходили слухи, что отчитывался он только перед генеральным директором, несколько раз в месяц.
Первое впечатление не обмануло. Мойра действительно была здесь самой веселой, самой звонкой, шумной, непоседливой… ее очень недолюбливал шеф, а она его. Вообще странно, что с такой неприязнью начальства она до сих пор не ушла, или… что ее не уволили. Дружила, буквально, со всеми, но ни с кем близко. Очень любила свою работу, а еще — кофе с карамелью, и побольше.