Седой
Шрифт:
– Простите меня, братцы! – тихо прошептал Картуз, когда ушёл дежурный. – Я вчера слышал, как тётя Настя разговаривала с каким-то Михайловичем! Сначала я хотел всех поднять и уходить лесом, но потом, подумав, что вам, малышам, может и в самом деле будет там лучше, будете учиться, вас будут кормить, у каждого будет своя кровать, а я что могу вам дать? Вот и решил про себя, что пусть идёт так, как идёт! Господь Бог, хоть я в него и не верю, всё равно сделает так, как нужно и если, вдруг, у вас что-то произойдёт нехорошее, убегайте и приходите к нашему дому! Только давайте договоримся,
После этого он отвернулся к стене и, растянувшись на лавке, укрыл лицо картузом.
Только в десять часов утра пришли за ними. Вначале увели малышей и, переговорив с ними, отправили в местный детский дом. За малышами приехали директор этого дома, мужчина лет пятидесяти и завхоз. Посадив Славика, Дашу и Слепого в микроавтобус, они отправились на новое место жительства для этих деток.
Потом вызвали Пройдоху, который, подняв кулак над головой попрощался с друзьями. За Картузом и Тузом пришли перед самым обедом. Всё это время их держали на голодном пайке. Привели их к следователь и, оставив у него, ушли.
Следователь, молодая блондинка, строго посмотрела на них и сказала. – Так, ребятки! За вами целый шлейф мелких преступлений, если я их начну перечислять, то нам и суток не хватит!
– А нам, тётенька следователь, теперь и спешить-то некуда! – сказал Картуз и, подмигнув Тузу, мельком показав на открытое окно, после чего засмеялся.
– Шутить изволите, сударь? – безразличным тоном отозвалась следователь. – В общем, так, садитесь и пишите всё, что вы успели натворить за последнее время!
Туз поднялся как бы за бумагой и ручкой, подошёл к девушке.
– Сударыня! Вам больно, когда вас бьют? – спросил он, улыбнувшись ей.
Потом он резко ударил её по шее и, забрав кошелёк с деньгами, прыгнул со второго этажа вниз. Картуз так же подошёл к столу и, забрав её мобильный телефон, последовал за Тузом. Окно, где был кабинет следователя, находилось сбоку отдела, поэтому они остались незамеченными. Перелетев через высокий забор, они растворились среди людей, которые все куда-то спешили.
Остановившись во дворе какого-то пятиэтажного дома, чтобы отдышаться, Туз спросил у Картуза. – На хрена ты это всё сотворил? Вроде тебе не понятно было до этого, чего они от нас ждут!
– Туз! Да не в нас с тобой дело, дело в мелких! Ты думаешь, что мне легко далось решение? Я знал, что мы с тобой уйдём при любом раскладе! Пройдоха ни сегодня, так завтра тоже появится, я уверен, а вот малышню мы пристроили, хотя, может быть, я и не прав! Посмотрим! Будем ждать, как и договаривались до конца августа, а потом в Тверь! Больше ничему верить не буду, тем более никому! – сказал Картуз и, улыбнувшись, добавил. – Похоже, мы с тобой уходим в подполье, придётся работать по ночам, но к концу августа у нас должно быть не меньше штуки баксов, иначе нам труба!
Туз улыбнулся и, обняв своего кореша, сказал. – Это мелочи, Картуз! Очистим несколько хат, сейчас почти все на дачах зависают,
Когда они подошли к дому, в котором проживали до известных событий, то увидели возле него Кабана и ещё двух пацанов. С ними был и местный участковый, который давал им какие-то указания. Спрятавшись в кустах, они стали наблюдать за их движениями, пока не уехал участковый в своих жигулях.
– Теперь всё ясно! – сказал Картуз, увидев среди непрошеных гостей Кабана. – Значит мы своими движениями с Седым, которого посадили у рынка перешли им дорогу! Короче, жаба задавила, что мы, таким образом, будем забирать их долю! Что ж, придётся ему мозги вправить! Он, вероятно, приволок сюда жить кого-то из своих, чтобы они пахали на него! Пусть их оставит, а мы его с тобой встретим!
– А стоит, Картуз? – спросил Туз, улыбнувшись ему. – Может, пока не стоит волну поднимать?
– Туз, я тебя не узнаю! – удивлённо, уставившись в своего товарища, бросил Картуз. – Да за такие дела на пику сажают, а ты волну! Тут цунами надо поднимать! Мало того, что под ментами, так ещё и с ментами, а это уже совсем другой расклад!
Кабан вышел минут через двадцать и, осмотревшись по сторонам, направился в их сторону. Сам Кабан был слегка выше Картуза, да и чуток старше, но это не делало его сильнее. Картуз был очень резким и шустрым, поэтому его уважали и боялись с ним связываться ни только пацаны, но уже и взрослые бродяги.
– Ну, что, ублюдок? – произнёс Картуз, вылезая из своего укрытия, а следом за ним вылез и Туз. – Решил таким макаром убрать и нас с Тузом, а заодно и пацанов пригреть в детском доме! Ты чо, забыл, как сами оттуда убегали? В общем, Кабан, был ты мне почти что другом, а теперь я даже не знаю, как с тобой поступить!
– Да вы чо, пацаны! Я здесь не при делах! – побледнев, пролепетал Кабан, всунув руку в карман.
– И думать забудь! – усмехнувшись, произнёс Картуз и, извернувшись, каким-то немыслимым ударом ноги он срубил Кабана, который упал головой о бетонный бруствер дорожки и затих.
Посмотрев на него, Картуз почесал затылок и сказал. – Ну, вот, проблема устранена! Обшманай его, да пойдём, навестим тех, кто посмел у нас поселиться!
– Погоди! – схватив за руку Картуза, прошипел Туз. – А его куда? Ведь сразу же проведут аналогию с нашим побегом и этим ублюдком! Тогда будут уже искать по серьёзному!
– Чуть дальше есть старый коллектор с дерьмом, именно там ему и место! – бросил Картуз с какой-то злостью и, когда Туз закончил шманать Кабана, сказал. – Потащили!
Справившись с трупом Кабана, они зашагали прямо в дом, где поселились новые бродяги.
– Что там у Кабана-то было? – спросил Картуз безразличным тоном.
– Нож, мобильник и три тысячи рублей с мелочью! – отозвался Туз, передавая всё Картузу.
– Нож возьми себе, мобильник у тебя есть, а деньги всегда были при мне! – лаконично заключил Картуз и, сложив всё это в карман, обнял своего друга.
На втором этаже, где когда-то проживали Картуз со своей командой и куда они вошли, шла уборка полным ходом. Двое пацанов выметали мусор из квартиры, выбрасывая старьё из окна.