Седьмая тамга
Шрифт:
– Почему не учил? Учил.
– Ну, тогда давай к доске. Как фамилия?
– Я же сказал. Миронов.
– Известная фамилия. Давай, Миронов, расскажи, что ты знаешь про относительность движения.
– Относительность движения? Хорошо. Вот представьте, что едет поезд. Со скоростью 20 метров в секунду.
– Представил.
– Хорошо. А в поезде человек «А» бросает человека «Б» при помощи задней подножки в сторону, противоположную направлению поезда, со скоростью 10 метров
– Именно задняя подножка? – переспросил ошарашенный учитель.
– Да, конечно. Если бы передняя, он же полетел бы по ходу движения поезда!
– Ну да, ну да! Так, и что?
– Получается, человек «А» едет вместе с поездом со скоростью 20 метров в секунду, а человек «Б», летящий в другую сторону, находясь в этом же поезде, движется относительно земли со скоростью уже 10 метров в секунду.
– Интересно. А ты что, борьбой занимаешься?
– Рукопашным боем.
Где-то в первом ряду прыснули братья Сухоусовы.
– Не вижу ничего смешного, – сердито сказал физик. – Очень интересное прочтение. Садись, Миронов, за оригинальность ставлю тебе пятёрку.
Покровский улыбался. Получается, не зря вчера старался. Непонятно, откуда Миронов взял этих борцов, но красава, доходчиво пояснил.
9
Папа спал.
– Вымотался на работе, – пояснила мама.
– Он же хотел порядок на горище наводить? – удивился Ласло.
– На каком горище? А… поняла. Ну, может потом, пусть отдохнёт человек. Не железный же.
Ласло сел за уроки. Лучше сделать сразу, чтобы выходные стали настоящими выходными. А то будут висеть над душой все эти задачи по алгебре и упражнения по русскому, не отдохнёшь толком.
Через пару часов всё было готово. Ласло потянулся и прислушался. На кухне мама разговаривала с отцом. Похоже, проснулся.
– Пап, ну что? На горище?
– Какое горище? А, чердак? Может, завтра?
Тратить ещё и воскресенье на разборку чердака Ласло не хотелось.
– Ты же говорил в субботу.
– Что-то я устал.
– Пап, ты ж сам говорил, если слово дал, держись.
– А я что, слово дал?
– Да.
– Вот блин. Ну хорошо. Давай через двадцать минут.
Чердак встретил полумраком, терпким запахом сушёных трав и пылью.
Папа поставил ведро с водой, положил рядом тряпки и осмотрелся.
– Вот, Ласло! История! Тут можно встретить вещи позапрошлого века.
Коробки, сундуки и прочий хлам сразу показались Ласло сказочными сокровищами пещеры Аладдина.
– Вон, смотри, – сказал он отцу, – ковёр-самолёт!
На полу лежал покрытый толстым слоем пыли огромный
– Ага, – сказал папа, – точно! Первым вылетит отсюда. Пылесборник.
Он свернул ковёр в рулон и вытолкнул наружу во двор. Громко шлёпнуло.
– Давай первую коробку!
Ласло вытащил из темноты картонный куб.
Папа распахнул крышку. В нос ударил запах нафталина. Так же жутко пахло в шкафу бабушки в Будапеште.
Коробку переполняли древние платья, платки, шарфы и прочая, совершенно неинтересная Ласло, дребедень.
Папа смахнул с коробки пыль и поставил в свободный угол.
– Следующая! – скомандовал он.
– Пап, – заговорщически зашептал Ласло, – а может, давай я сразу залезу туда подальше и поищу шашку? Зачем нам эти коробки?!
– А чего ты шёпотом? – спросил папа.
– Ну… мало ли.
– Понятно. Нет, брат, мы должны идти по порядку. Протирать пыль и разгребать мусор.
Сказочность момента убавилась.
Ласло пододвигал отцу всё новые и новые коробки. Отец распаковывал. Что-то выбрасывал вслед за ковром на улицу, что-то аккуратно составлял в углу.
Когда коробки закончились и половина чердака если не блестела чистотой, то уж точно не отсвечивала пылью, остались три сундука у дальней стены. Большие. Ласло видел в кино, что на таких в древности спали.
– Пап, я их не подвину! – сказал Ласло, уже порядком уставший.
– Понимаю! – согласился папа. – Ну, если сундук не идёт к Магомету, Магомет идёт к сундуку.
Ласло не понял, кто такой Магомет, но промолчал. Не было сил на всякие вопросы.
Папа тем временем уже копался в первом сундуке. Ласло тоже заглянул. Всё бумажное. Книжки, журналы, фотографии, открытки. Никаких шашек или хотя бы шпаг.
– Нет, – сдался папа. – Чтобы разобрать это, нужен месяц отпуска. Открывай следующий.
– Подожди! – Ласло заметил в правом дальнем углу под толстым коричневым фотоальбомом деревянную шкатулку. Вытащил. Небольшая, размером с коробку от смартфона. На крышке надпись с дореволюционным твёрдым знаком – «ТАМЪГА». Ласло попробовал открыть. Не получается. Заперта.
– Пап, открой, плиз.
– Что за английский в моём доме? «Пожалуйста» нельзя сказать?
– Пожалуйста.
– Давай сюда. Вот. Сейчас. Сложная конструкция. Давай спустимся, я плоскогубцами открою.
– Хорошо, – согласился Ласло и осторожно поставил коробочку возле входа.
Они просмотрели еще два сундука. Папа выбросил наружу несколько старых сапог и что-то, похожее на седло. Шашки не было.
– Ты чего скуксился?
– Ты обещал шашку, – хмуро пробурчал Ласло.