Седьмая руна
Шрифт:
– Тьен? – голос звучал глухо, словно из могилы. – Зачем ты здесь?
Капитан Богарне скрестил руки на груди:
– Где ты была вчера ночью?
Люси ухмыльнулась и облизала посиневшие губы:
– Ты ревнуешь?
– Считай, что да. Так где?
– То там, то сям, – проститутка небрежно повела плечом. – Ночь коротка, а деньжат надо много, я ведь теперь сама по себе.
– Ни за что не поверю, что тебя никто не поддерживает!
– Ну… – Люси наклонила голову и кокетливо взмахнула ресницами. –
– И кто он? – Этьен словно невзначай присел на край стола.
– Он… – Люси вдруг обернулась, гримаса ужаса исказила ее лицо. – Я… я все принесу…
– Капитан Богарне? Мадемуазель д’Эгре? Что здесь происходит? – Анжело Вернье стоял на пороге и с изумлением смотрел на ожившее тело. – Как это получилось?
– А, Энджи! Вы почти вовремя! – отозвался полисмаг. – Я приказал поднять тело!
– Но как? – он растерянно моргнул. – Ведь надо провести стандартные исследования…
– Исследования? – ахнула Люси.
Она обернулась, с удивлением осматривая прозекторскую.
– Где я? – взгляд задержался на некроманте – Это морг? Я все-таки умерла?
Ее глаза остекленели. С глухим стуком тело упало на стол. Франсуаза едва успела поднести реторту к губам умершей, ловя крохи анимы.
– Какая неприятность! – некромант наконец подошел к Люси. – Вы что-нибудь выяснили?
– Немного, – поморщился Этьен. – Не появись вы так внезапно, она могла сказать бы нам больше!
– Я услышал сигнал магической нити, всегда вплетаю ее в стандартные заклинания и поспешил, решив, что кто-то пробрался сюда.
Этьен кивнул, принимая объяснения. Он опять повернулся к Люси, с секунду всматривался в лицо, а потом закрыл ей глаза.
– Покойся с миром, – порывшись в карманах, он достал два медяка и положил на веки умершей.
– Капитан Богарне, это все-таки не по правилам, – начал Вернье и осекся под мрачным взглядом. – Как вам будет угодно!
– Спасибо! – полисмаг вышел.
Закрыв реторту, Франсуаза протянула ее некроманту.
– Вот. Этого должно хватить для стандартного отчета.
– Мадемуазель д’Эгре, да вы просто сокровище! – он расплылся в улыбке. – Жаль, что с телом так вышло
– Да, – она улыбнулась. – Надеюсь, вы не будете возражать, если я вас оставлю?
– Конечно, буду, но я не могу удерживать вас здесь! Тем более, когда у вас такая солидная охрана, – некромант кивнул в сторону пса.
Бонни в ответ глухо заворчал, давая понять, что не одобряет заигрываний. Франсуаза положила ему руку на холку.
– Простите, мой пес плохо сходится с новыми людьми.
– Ничего страшного, это же васская овчарка. Они должны быть именно такими, правда? – с улыбкой мсье Вернье протянул руку и вскрикнул: пользуясь случаем, Бонни молча клацнул зубами, и руку некроманта
– Бонни! – рявкнула девушка. Пес прижал уши к голове, но во взгляде светилось довольное упрямство. Мысленно пообещав себе разобраться с ним чуть позже, Франсуаза достала платок и протянула его некроманту:
– Вот. Возьмите!
– Что вы, это лишнее!
Невзирая на неубедительные протесты, девушка перевязала руку и прошептала исцеляющее заклинание.
– Надеюсь, к вечеру все заживет, – она ободряюще улыбнулась. – И еще раз простите.
– Ерунда, я сам виноват! – отмахнулся мсье Вернье. Он внимательно осмотрел поврежденную ладонь, пошевелил пальцами и поморщился.
– Пожалуй, заполнение протоколов придется поручить Амбруазу.
– Если хотите, я могу помочь! – вызвалась Франсуаза, испытывая угрызения совести. Некромант покачал головой:
– Увы, этим может заниматься только сотрудник полисмагического управления, но благодарю за предложение! – некромант поклонился и направился в лабораторию, громко окликая ассистента.
– Тебе не стыдно? – обратилась Франсуаза к псу, когда Вернье скрылся за дверью. Бонни заскулил и лег, спрятав нос между лапами.
– Конечно, так я и поверила! – хмыкнула девушка, заметив лукавый взгляд.
Пес завилял хвостом.
– Суар де Бонне, у вас нет совести!
Упоминание полного имени не произвело на Бонни никакого эффекта. Он широко зевнул, вскочил и подошел к двери. Коротко тявкнул, напрашиваясь на прогулку.
Франсуаза задумалась, а потом кивнула:
– Хорошо, пойдем!
Она повернулась к телу Люси. Как правило, некроманты не тратили силы на подобное, довольствуясь холодом в прозекторских, но работа с Ле Шовеном научила девушку не пренебрегать такими мерами.
Несколько пассов, заученных до автоматизма, и магическое сияние, защищающее от разложения, окутало тело. Поколебавшись, Франсуаза вплела в заклинание сигнальную нить, после чего направилась к выходу.
В коридорах уже царило оживление, предшествующее началу рабочего дня. Полисмаги провожали девушку удивленными взглядами, кое-кто попытался окликнуть ее, но Франсуаза сделала вид, что не услышала. Догонять ее не спешили.
– Мадемуазель д’Эгре! – знакомый голос все-таки заставил ее обернуться. Этьен подошел к ней.
– Эй, Богарне, что за красотка, ты нас не познакомишь? – громко поинтересовался полисмаг, который ранее пытался привлечь внимание девушки. Засунув руки в карманы, он подошел к Франсуазе с самодовольным видом, но сразу сдулся, стоило Бонни, утробно рыча, встать между ним и хозяйкой.
– Мадемуазель – консультант наших некромантов, – сухо произнес Этьен. Франсуаза отметила, что он не стал представлять их друг другу.