Седьмая руна

Каблукова Екатерина

– Я вижу. Мсье полисмаг, уверяю во всей Паризьенне вы не могли сделать лучший выбор!

– Вы ведь о кофе? – подхватил Этьен.

– И о нем тоже! У Клода ле Пти лучший кофе во всей Паризьенне, мсье! Вам какой: со сливками, с молоком, с апельсиновой цедрой?

– Мсье Богарне предпочитает черный, – вмешалась девушка, присаживаясь на заботливо отодвинутый стул.

– Богарне? – переспросил Клод, нахмурившись.

– Да. Что-то не так? – поинтересовался полисмаг.

– Скажите, мсье, не являетесь ли вы родственником семейства

Гарне? – осторожно поинтересовался хозяин кофейни.

– Да, но это не то родство, которым бы я гордился, – холодно заметил Этьен.

Хозяин кивнул:

– Простите, мсье. Вы безусловно правы, родственников мы не выбираем. Я немедленно лично сварю вам кофе, – он исчез за прилавком.

– Странная реакция на ваше имя, – заметила Франсуаза.

– Возможно… – Этьен задумчиво смотрел вслед усатому хозяину кофейни, а потом, спохватившись, перевел взгляд на свою спутницу. – Так за что вас отстранили?

– За нарушение закона, конечно! – она горько усмехнулась. – Женщинам же запрещено проводит практикумы на кладбищах.

– Этот верзила свалил все на вас?

– Жан-Жак? Нет, он оказался более порядочен, чем я ожидала. Это Николя Камбер.

– Кто?

– Тот адепт, которого вы вчера арестовали. Он дал показания, что это я подняла мертвецов из могил.

– Но… – Этьен осекся и покачал головой. – Черт… так и знал, что не стоило везти его к де Гра!

– Простите? – растерянно произнесла Франсуаза. Полисмаг шумно выдохнул и запустил руку в волосы, растрепав их еще больше.

– Вчера ночью Пьер уговорил меня передать дело о поднятии мертвецов по месту совершения преступления, в центральный участок.

– Тот самый, куда меня отвели днем?

Полисмаг кивнул.

– Да, им руководит Гаспар де Гра.

– Брат Лионеля де Гра с целительского?

– Именно. Он не в первый раз проворачивает подобное, выгораживая тех, кто ему платит. Вот почему Гаспар сегодня с утра заходил к префекту… – Этьен покаянно вздохнул. – Простите, мне надо было все-таки первым подать рапорт о случившемся, а я отложил все на вечер…

– Это не ваша вина, – отмахнулась Франсуаза. – Профессор Копен давно мечтал избавиться от меня, а тут такой повод…

Она замолчала, поскольку Клод ле Пти снова появился за их спинами на этот раз с подносом, на котором стояли две фарфоровые чашки, а также блюдце с печеньем.

– Прошу! Комплимент за счет заведения! – он торжественно сгрузил все на стол.

– Спасибо, – Этьен кивнул. – Скажите, я могу задать вопрос? Чем вам так не угодило семейство Гарне?

– Не семейство, мсье… только ваш отец… и это всего лишь слухи!

Этьен махнул рукой, призывая продолжать. Хозяин кофейни нахмурился и зачем-то оглянулся на остальных посетителей. Убедившись, что двое мужчин и почтенная дама заняты разговорами друг с другом, Клод ле Пти склонился к столику.

– Это очень давнее дело, – тихо произнес он. – Маркиз де Гарне тогда учился в Суар де Бонне…

– И? – поторопил

его полисмаг.

– И… но, как вы понимаете, это всего лишь слухи… – толстяк вынул платок и промокнул внезапно вспотевший лоб.

– Разумеется.

– Говорили, что он причастен к похищению девушек и… надругательствам, простите, мадемуазель, я… я не должен был…

– Ничего, – отмахнулась Франсуаза, наблюдая за полисмагом.

На его щеках играли желваки.

– Это все? – сухо поинтересовался он.

– Не совсем, – Клод ле Пти выглядел виноватым. – Еще говорили, что это общество… Амф… амиф…

– Амификноты, – машинально подсказала Франсуаза, не сводя взгляда с Этьена.

– Да, да, именно! – затряс щеками хозяин таверны. – Амификноты!!! Так вот, поговаривали, что они участвовали в темных ритуалах и в полнолуние приносили в жертву животных, а потом закапывали на освященной земле.

– Неужели? – процедил полисмаг. – И почему же их не арестовали?

– Кого? Аристократов? Представителей почтенных фамилий? – Клод ле Пти покачал головой. – Не мне вам рассказывать, мсье капитан, как полисмаги относятся к таким преступникам. Им почти все сходит с рук!

– Верно, – Этьен залпом осушил чашку с кофе, даже не почувствовав вкуса напитка. Хозяин кофейни смутился, вдруг вспомнив, с кем разговаривает.

– Что-то заболтался я… вы уж простите, мсье капитан, – пробормотал он, пятясь обратно за стойку.

– Если хотите, мы можем уйти, – предложила Франсуаза.

Этьен мотнул головой.

– Пейте свой кофе! – голос прозвучал слишком резко.

Девушка опустила голову, а полисмаг тяжело вздохнул.

– Простите…

– Ничего, я понимаю, – она слабо улыбнулась. – Не каждый день открываешь шкафы со скелетами.

– Да, наверное…

Франсуаза покрутила в руках чашку и тоже допила кофе.

– Пойдемте?

– Да, – полисмаг достал портмоне и обернулся к хозяину, намереваясь расплатиться.

– Что вы, что вы! – замахал руками клод ле Пти. – Все за счет заведения!

– Как пожелаете! – Этьен поднялся и, дождавшись Франсуазу, вышел прочь. К печенью никто из них так и не притронулся.

Глава 15

– Что вы собираетесь делать? – поинтересовалась девушка, когда они вышли к набережной. Все это время полисмаг молчал, и она не решалась прервать его мрачные раздумья.

Конечно, она могла уйти, но ей не хотелось оставаться одной. И покидать Этьена в таком состоянии тоже. Никогда раньше она не видела его таким мрачным.

– Не знаю, – он облокотился на гранитный парапет, сковывающий берега Скуанны. – Наверное, стоит проверить сведения, поговорить с тем, кто вел то дело…

– Почему вы поссорились с отцом? – вдруг спросила Франсуаза.

Этьен улыбнулся уголком рта:

– Вы внимательно читали мое дело.

Он не спрашивал, а утверждал.

– Да, – девушка не стала отрицать.