Седьмая казнь
Шрифт:
Сжав коробочку в руке, Даша вышла из комнаты. Сбежав по лестнице, решительно направилась к гостиной, откуда доносились звуки включенного чуть ли не на полную громкость телевизора.
– Ты глухая, что ли, Рая? – прокричала Даша. Затем подошла к пульту и убавила звук. – Зачем же так врубать?
– Чего хочу, то и делаю! – зарычала Райка. – Как же вы достали меня! Все, все, до единого. Когда же вы уберетесь наконец отсюда?
Но Даша не затем пришла, чтобы обсуждать это. Ругаться она тоже не планировала. Просто хотела проверить
– Узнаешь? – спросила она у Райки, показав ей коробку.
– Видела ее. И что?
– А содержимое?
– Не имею привычки совать нос, куда не следует.
– Не ври. Я видела, как ты, убираясь, открывала ее. Хотела Клавдии пожаловаться, да тебя, дуру, пожалела.
Это был чистой воды блеф – свидетелем подобной сцены Даша не была.
– Итак, попытка номер два. Ты видела содержимое коробки?
– Ну… да.
Даша откинула крышку со словами:
– Теперь броши нет. Не скажешь, где она?
– Без понятия.
– Рая, признайся, ты ее взяла?
– Да пошла ты! – Бывшая горничная закончила фразу крепким матерным словцом.
– Это останется между нами, обещаю.
– Тебе еще раз дорогу указать? – скривила свой красивый рот Райка. И даже в этот момент она оставалась очень хорошенькой.
– Если скажешь правду, отстану от тебя. Если же нет, сообщу о пропаже броши полиции. Проведут расследование и докажут, что ее взяла ты. Тебе нужны эти пусть мелкие, но неприятности?
Раиса явно колебалась. И Даша «поднажала»:
– Когда докажут, что драгоценность взяла ты, пропажу денег тоже на тебя спишут.
– Да не брала я деньги!
– А брошь?
– Ее – да, – кивнула девица. И как-то сразу успокоилась. Перестала глазами метать молнии и ломать пальцы. – Когда Артур нас всех из гостиной, где труп Клавдии лежал, выгнал, я в ее комнату зашла.
– Зачем?
– За брошкой. Подумала: не факт, что наследницей стану, так хоть чем-то разживусь…
– Тогда почему не взяла деньги? Ведь знала же об их существовании?
– Ага, знала. И буквально перед смертью Клавдии видела в тумбочке три пачки. Одна из пятитысячных купюр, две из тысячных. Не буду врать, я подумала о них, когда пришла в комнату.
– Но их на месте не оказалось?
– Точно. Ящик был пуст. Деньги кто-то тиснул до меня. И я взяла только брошь… – Тут к Райке вернулась ее наглость. – А что? Имею право. Я – родственница Клавдии. Единственная! А она меня в уборщицы определила. Хотя могла бы приветить, как подобает.
– Да ты прямо Золушка у нас… – проговорила Даша с таким серьезным лицом, что Райка не уловила никакой издевки.
– Вот именно!
– И много ты за брошь выручила?
– До фига. Прикинь? Я и не думала, что она такая дорогущая. – Райка расплылась в довольной улыбке. Но тут же стала серьезной. – Только это между нами, ты обещала.
– Я держу свои обещания.
– А хочешь, я тебе еще кое-что скажу?
– Скажи.
– Артура
– Чем?
– Не знаю. Но он думает, что это я. Сегодня я застукала его у себя в комнате. Мужик что-то в ней искал. Какой-то компромат на себя. Хотя, если подумать, какой дурак будет его у себя хранить? Я бы не стала…
Тут в комнату вошла незнакомая девушка с пылесосом. Даша удивленно на нее воззрилась:
– Вы кто?
– Это Зебо, я наняла ее, – ответила за нее Райка. И тоном армейского старшины отдала приказ: – Пропылесосить ковер и диван, вытереть пыль, помыть полы. Приду через час – проверю!
Но уходить не поспешила, стала смотреть, как Зебо подключает пылесос к сети.
А вот Даша ретировалась. Ей нужно было спешить. Пока до города доберется, пока с нотариусом встретится, уже и вечер…
Вечер с Марком.
Глава 4
Он ждал ее за столиком, напоминающим умывальник, только вместо раковины – плоская фаянсовая поверхность. На ней стопка, на дне которой долька лайма. Текила, понятно.
– Салют! – поприветствовал Марк Дарью. – Выпьешь?
– Нет, я за рулем.
– Дай ключи, пожалуйста.
– Зачем?
– Надо. Я их тебе верну через пять минут.
Он протянул руку, и Дарья, пожав плечами, вложила в нее ключ от своей «десятки».
Марк встал из-за стола и удалился. Пока он отсутствовал, Даша осмотрелась. Обстановка ресторана была престранной. Стены кафельные. Мебель фаянсовая. Салфетки всунуты в стаканчики для зубных щеток. Сцена, на которой, по всей видимости, иногда кто-то выступает, похожа на гигантскую джакузи. А на потолке, заменяя люстру, прикреплена ретрованна с золочеными ножками. На взгляд Даши, дизайнер перемудрил. Лично ей было неуютно в этом помещении. А еще она опасалась, что пища тут будет отдавать шампунем или зубной пастой.
– Ну, вот и я! – раздался голос Марка.
– Ты куда ходил?
– Отгонял твою машину к своему подъезду.
– Что?
– Что слышала. Я живу тут, за углом. Почему, думаешь, назначил тебе свидание именно здесь? Чтобы бухнуть от души, дотащиться до дома, упасть в кровать и уснуть, пуская слюни на подушку.
– Мне надо вернуться домой…
– Зачем?
И правда, зачем? Ее давно не тянуло в Клавин дом. С тех пор, как не стало хозяйки. Она просто жила в нем, выполняя волю покойной. Но чувствовала себя, что называется, не в своей тарелке. И спала плохо. А еще… еще ей некуда было пойти. Мама с папой, конечно, с радостью ее примут, они сколько раз предлагали ей вернуться, но Даша сама не хотела этого. И не из-за собак, как она говорила. Просто взрослым детям любить родителей легче, если находиться от них на некотором расстоянии. Живя под одной крышей, Дарья частенько цапалась с мамой и серьезно ругалась с папой. Теперь же у нее с ними установились отличные отношения.