Седьмая казнь
Шрифт:
Артур был эстетом. Даже на пикниках из пластиковых стаканчиков не пил, всегда возил с собой наборчик посуды. Если в каком-то заведении ему подавали тарелку или стакан с крохотной щербинкой, требовал замены. Он и дома, в гордом одиночестве, ужинал при полной сервировке. Когда «столовался» у Клавдии, просил к рыбе особую вилку, под каждый из напитков определенный бокал. А тут вдруг… из горла…
– Я так ее люблю! – выдохнул Артур.
– Я тоже, – тихо проговорила Даша.
– Заметь, мы употребляем настоящее время.
– Нам как-то придется с этим смириться.
– А я, дурак, поругался с ней вчера…
– Из-за чего?
– Обидела Клава меня. Не желая этого. А я вспылил и…
Артур почувствовал, как к горлу подступает ком, и замолчал.
– Ты рассказал о ссоре полицейским? – спросила Даша.
– Нет. Зачем рыть себе яму? Хватит того, что Клаву задушили моим шарфом.
– Может быть, не им?
– Тогда куда же он делся? Думаешь, я его подобрал и уничтожил?
– Думаю, да, – спокойно ответила Дарья, отхлебнув коньяка. – Заметил свой шарф рядом с трупом, понял, чем тебе это грозит, выгнал нас с Сергеем из комнаты, поднял его, сунул в карман, а потом сжег, утопил, закопал – все что угодно!
– Господи, да я ничего не видел перед собой и не соображал…
Даша пожала плечами.
– Как жить теперь без нее? – простонал Артур, вернувшись в то состояние, в котором пребывал утром.
– Успокойся, пожалуйста, – одернула его Даша. – Все мы скорбим по ней.
– Все? – горько усмехнулся мужчина. – Да Райка едва радость сдерживает!
– Я говорю о близких Клавы. Ты, я, Сережа, Соня, все мы…
– Не все! – возмутился Артур. – Сережа, полагаю, наверняка вздохнул с облегчением, что избавился от нее.
– Да с чего ты взял? – вышла из себя Даша.
– Она же ему не давала свободы. Держала на коротком поводке.
– Как и тебя.
– Да что я? Я уже старый. И ничем от нее не зависел.
– А Сережа?
– Ты что, не в курсе? Клавдия же обещала Сергею сделать его своим наследником…
Дарья удивилась и собралась что-то сказать, но дверь распахнулась, и в гостиную вошел Сергей с репликой:
– Неправда, Клавдия никогда мне этого не обещала.
Он проследовал к бару, но налил себе лишь сока.
– Я стал невольным свидетелем вашего разговора, – проговорил он, сделав пару глотков. – И не мог не зайти сюда. Интересно, Артур, с чего ты это взял?
– Бланк завещания лежал на столе в тот момент, когда ты находился тут, в гостиной, и беседовал с Клавой.
– Действительно она показала мне завещание. Но, если ты не заметил, бланк не подписан. И не заверен у нотариуса.
– Да, я видел, не слепой. Но Клавдия могла просто не успеть его оформить.
– А что, если ее убили как раз для того, чтобы не успела? – воскликнула Дарья.
– Тогда это Райкиных рук дело. Больше некому. – Артур потер усталые глаза. – Не удивлюсь, если
Еще вчера он думал: пусть лучше Райка, чем Сергей, – а сейчас… Сейчас считал, правильнее было бы оставить все Соне. Ведь это ее жених заработал деньги. И дом построил Рома, чтобы жить в нем с ней, с Софьей.
– Не могу больше ни говорить, ни думать о смерти Клавдии и обо всем, что с ней связано, – выдавил из себя Сергей и, допив сок, пошел вон из гостиной. – Спокойной ночи.
Артур немного завидовал внешности Сергея. Сам он был невысок ростом, склонен к полноте, лыс и всегда мечтал быть стройным красавцем с густой шевелюрой. Таким, как Сережа. «Вот же повезло парню с «экстерьером», – каждый раз думал Артур, глядя на него. – И рост, и сложение, и лицо… А уж волосы какие! Густые, с пепельным отливом…» Артур был черняв, в отца-грузина пошел, но желал бы быть блондином. В молодости даже осветляться начал, да только волосы выпадать стали, а их и так не много было, и он прекратил.
Комплексовал из-за несовершенства своей внешности Артур долго. Лет до двадцати пяти. Пока не убедился в том, что его рост, брюшко и залысины не мешают личной жизни. Не все женщины красавчиков любят. Да, конечно, обращают на них внимание, но отношения строить стремятся с теми, кто попроще. Боятся, что «аполлоны» от них гулять будут. К тому же красавцы, привыкшие сражать всех одной лишь своей внешностью, совсем не умеют ухаживать. Тогда как Артур делал это с размахом. И девушки ценили его прежде всего за умение ухаживать. А потом уж за все остальное. Кстати, в том числе и за внешность. Оказалось, некоторым нравится именно типаж Артура…
И все же в глубине души зависть к красавцам осталась. Дремала до поры, а проснулась неожиданно – когда Клава познакомила Артура с Сергеем. Представила его как своего приятеля, сказала, что тот очень помог ей при декорировании квартиры. Потом Артур от кого-то из заклятых подружек Клавы услышал дополнительную информацию. «Любовник, любовник…» – шептались они и с завистью поглядывали на Клавдию. Ревность вспыхнула в сердце Артура. И разбудила дремавшую зависть. Даже когда Клавдия под большим секретом сообщила Артуру о том, что Сережа близок с ней только в воображении ее подруг, это чувство так и не заснуло вновь и терзало его периодически.
А вчера, когда Клавдия призналась в своих чувствах к Сергею, чуть не разорвало Артура. Только теперь это была не глупая зависть невзрачного мужчины к писаному красавцу, а зависть безнадежно влюбленного к своему удачливому сопернику.
– Ты еще посидишь? – услышал Артур голос Даши и встряхнулся.
– Что? А, да, посижу…
– А я пойду, лягу. Спокойной ночи.
Мужчина пожелал ей того же. Хотя оба они понимали, что ночь будет какой угодно, только не спокойной. Артур вообще не надеялся уснуть.