Себ
Шрифт:
По ходу обсуждения выяснилось, что Анхеля в городе считают погибшим. Чужое тело, найденное прошлой зимой неподалеку от города, было опознано родственниками как тело самого Анхеля. Отчего все обвинения с разбойника были сняты, и преследование было прекращено. Однако это не означало, что мужчину не станут ловить, если кто-то узнает его.
Так как Анхель находился в лесу больше десяти лет, и его внешность за это время немного поменялась, у Орлика была уверенность, что если еще немного подкорректировать лицо разбойника, его не признают даже собственные
– У вас кто-нибудь бреется?
– Спросил Орлик.
– Таких мало, только молодые ловеласы или богачи. Бритвы из хорошей стали стоят дорого. Я вот и не брился никогда.
– Сказал Анхель.
– Значит, тебя небритым не видели лет с семнадцати?
– Ну, да, только тогда у меня пушок был.
– Дайте мне ножницы!
– Орлик протянул руку в ожидании инструмента.
Мария подхватилась и принесла грубые ножницы, которыми стригли овец.
– Я против, я без усов ходить не буду!
– Голос Анхеля задрожал.
– Так, надо, Анхель. Вон, смотри, храбрая девушка идет горничной к дуче, а ты боишься усы сбрить. Ты, наверно, и не помнишь какой ты красавчик на самом деле. Всем отвернуться. Покажу, когда результат будет готов.
Орлик усадил разбойника на пенек и принялся состригать ему усы и засаленные грязные волосы.
– Мария, принеси золы древесной и воды в ковше.
Его приказ исполнили. Орлик остриг Анхеля и накрыл тряпкой. Затем он вынул из своих вещей бритву, работающую от механического завода. Монотонное жужжание продолжалось минут пять. Наконец, Орлик пригладил мокрые волосы Анхеля и развернул его в сторону ожидающей публики.
Публика замерла от неожиданности. На них смотрел совсем незнакомый человек, чертами лица малопоходившими на прежнего Анхеля. Приглаженные на одну сторону короткие волосы, чисто выбритое лицо, которое зря столько лет было спрятано под буйной растительностью.
– Дева Мария!
– Произнесла Мария Алонсо.
– Ни за что не признала бы.
– Анхель, да тебе с таким лицом точно в город надо. Там все бабы твои будут, даже замужние.
– Покажите мне меня.
– Заинтересовался Анхель, ожидавший совсем другой реакции.
Ему принесли ковш с чистой водой. Мужчина дождался, когда вода успокоится, чтобы рассмотреть себя. Анхелю свое отражение понравилось не так сильно как остальным.
– Нет, это не мужик, это приказчик какой-то, который смотрит журналы мужской моды из верхних миров. С усами я нравлюсь себе больше.
– Как только захочешь появиться на листовках 'Разыскивается', можешь сразу отпускать. Теперь для тебя нужно придумать легенду, и добыть немного сольдо, чтобы поселиться на постоялом дворе, пока не найдешь одинокую женщину.
– Это обязательно?
– Да. В местах, где находится много публики, всегда больше шансов, что тебя узнают. А ты женщин боишься?
– Нет, но я давал жене клятву верности перед богом.
– Отмолишь.
– Резко сказал Орлик.
Хуан первым заметил, что
Лупита не удивилась проделке дочери и не беспокоилась о ней до вечера, и только с наступлением темноты стала заставлять Хуана проехаться по соседям, узнать, не видел ли кто их Джулии. Отец и сам уже думал об этом. Он с готовностью прыгнул в седло и уехал. Вернулись они вместе далеко за полночь. На лице Хуана сияла улыбка. Джулия и отец встретились на дороге в пяти километрах от дома. Джулия гнала коня галопом и чуть не налетела на отца.
– Ты где была?
– Строго спросила мать.
– В церковь ездила, хотела узнать у бога, стоит ли мне выбрать эту работу или нет?
– И?
– Господь благословил. Теперь я знаю, что все будет хорошо.
– Не стесняясь соврала Джулия.
– Ой, счастье-то какое, дочка.
– Мать обняла Джулию и проронила слезу.
– Завтра с утра выезжаем, чтобы никто не занял наше место.
– Важно произнес Хуан, с упором на слово 'наше'.
– Я сейчас приготовлю тебе самое лучшее платье.
– Сказала мать и кинулась к сундуку с бельем.
На площади, перед постоялым двором толпилось необычно много народа. По спине Анхеля потекли струйки холодного пота, когда он увидел знакомые лица трех шерифов из тех мест, где он славно почудил в молодые годы. Сомнений не было, по четверти была объявлена мобилизация. Неужто, их командир смог расшевелить этих ленивых упырей до такой степени?
В самом постоялом дворе свободных мест почти не было. Анхель вошел в бар. Незнакомец вызвал интерес у его посетителей. Мужчины невольно бросали взгляд на непривычно чистое лицо Анхеля. Приняв его за важного человека, они придвигали стулья, чтобы не создать препятствий на пути незнакомца. Анхель подошел к стойке и наклонился к уху бармена, протягивая целую монету сольдо.
– Номер не найдется на недельку?
– Только двухместный могу, остальные все заняты. Видишь, сколько народа. Дуче собрался их всех в лес гнать. Решил, наконец, прочесать лес от разной швали.
Желваки заходили у Анхеля на такое оскорбление, но он сдержался.
– А что долго еще их терпеть здесь?
– Спросил он.
– Еще пару дней, из дальних округов еще не доехали.
– Понятно. Потерпим пару дней. Дай мне поесть чего-нибудь, и небольшую кружку пива.
Пока бармен делал заказ, Анхель прикидывал, как дать парням известие, что на лес собираются устроить облаву. По приказу Орлика, Анхеля самого должен был найти связной. Но Орлик не знал, что у них всего двое суток, и задержка с поиском связного могла стоить его банде жизни.