Сдвиг
Шрифт:
Как только встали и привели себя в порядок, Ведун поведал, что путь их лежит в небольшой город у границы с аркантами, назывался он Моринг. Мародеры те земли совершенно не знали, места там по большей части глухие, и никаких дорог или древних сооружений, там никогда не находили, что по долгу службы в те места их никогда не заносило. Это заставляло немного нервничать и без того нервных мародеров. Ведун с Милой тоже находились в таком же положении, они вообще впервые покинули леса Старгарда.
Мародеры всё ещё продолжали присматриваться к новым партнёрам, пока вышагивали в нужном направлении.
Ведун без сомнения являлся сильным колдуном, это подтвердили
Мила в отличие от напарника более общительная, тоже отнеслась к незнакомцам с известной долей недоверия. Шестеро мародеров, по виду могли сожрать кого угодно с потрохами и диковинное существо, коим являлся Чтец, не вызывали желания немедленно наладить тесные и дружеские отношения.
Как и многие Мила стала мародером, пойдя по стопам отца, которого правда и не помнила, тот не вернулся с задания, когда ей минуло три года. Учиться выживать в любых условиях она научилась ещё в Старгарде, очень неуютном полисе, который находился рядом с Пустошью. Он часто подвергался нападениям и чтобы там выжить нужно быть мастером своего дела, а ещё иметь огромное везение. Почти все жители Старгарда закалённые бойцы. Мародеры этого полиса имели славу тех, кто выживает в любых условиях.
Милу приняли в управление Внешней разведки всего два года назад, не такой уж большой срок для мародера, но за Старгард его можно удвоить, а то и утроить. Суровые парни, узнав откуда родом мародерка, прониклись глубоким уважением, к хрупкой с виду девушке, которая обладала редкой красотой для девушки-мародерки. Среди мародеров представительниц слабого пола ждала трудная жизнь и постоянная конкуренция с мужчинами, но те, что носили броню, носили её не зря, они наравне могли сразиться с любым мародером мужчиной. Мила без сомнения хоть с виду и не представляла из себя большой угрозы, на деле могла оказаться очень страшным противником.
– А что у тебя с этим? – спросил Волосатый, кивая в сторону Ведуна.
Мила усмехнулась.
– Женщины его не интересуют, мы просто напарники…
– Он что того?..
– Нет, просто колдуны, по-моему, все такие.
– Так ведь ты вроде тоже с задатками колдуньи? – спросил находящийся рядом Костун.
– В том-то и дело что только с задатками, Ведун заверил меня, что полноценной колдуньи из меня никогда не выйдет. Мой удел владение колдовством на уровне инстинктов. Ведун помогает мне учиться контролировать их. Это всё на что я способна сейчас.
– Мародеры редко обладают колдовскими способностями, я на своём веку знал только одного. Уровень контроля над мета-бронёй у него был впечатляющим.
– Ну, мне это не грозит, - улыбнулась девушка, - мне в основном хорошо удаются только когнитивные и исцеляющие заклятья.
Дальше по дороге они ещё продолжали трепаться по мелочам о мародерских буднях, пока не надоело, только Волосатый никогда не уставал травить байки и говорил когда его уже никто не слушал.
На долгом пути в Моринг, если всё пойдёт без осложнений, ближайшим полисом должен быть Зот, довольно крупный полис, наверное, самый большой после Централа - титана всех людских городов. До него топать никак не меньше трёх недель, а то и больше.
Мародеры никуда не спешили, в их деле спешка
Леса Бера то место где стоило вести себя крайне осторожно.
Кроме существ Пустоши там водились и другие твари иномирья, не говоря о родных зверушках, которые в споре кто зубастее и кровожаднее могли поспорить как с порождениями Пустоши так и с тварями Гролл-Таара - мира зеленокожих.
Ходило такое предание, что будто раньше на земле флора и фауна не отличалась особой агрессивностью, а стала такой под влиянием иных миров, собственной радиации, которая и до сих пор отравляла огромные участки их лесов. Ко всему этому можно ещё прибавить мета-энергетические и пространственные аномалии, оставшиеся ещё после Сдвига. В байки, будто раньше Бер был землёй обетованной, верили только лопухи, мародеры конечно не из таких.
Бич Великого Леса берский медведь. Огромный - вставая на задние лапы, он достигал в длину десяти, а то и пятнадцати метров, от одного удара такой махины рассыпались любые стены. Остановить такое чудовище очень сложно, его не брали даже ракеты, пули от его шкуры, местами покрытой роговыми пластинами, просто отскакивали. Убить заклятьями это чудовище тоже сложная задача, как и многие обитатели леса и порождения Пустоши, медведи имели почти абсолютный иммунитет к воздействию мета-энергии. На голове, медведи Бера имели огромные массивные рога, достигавшие в размерах до трёх метров. Эти бронированные чудовища практически неуязвимы. С ними предпочитали не связываться как люди, так и остальные обитатели лесов, даже выходцы из Пустоши, в большинстве тупые и безмозглые, предпочитали обходить их стороной.
Такой же славы удостоились и волки Бера, охотившиеся стаей, они представляли огромную опасность. Обладая почти невероятной сообразительностью, некоторые считали, что они попросту разумны, волки могли стать очень серьёзной угрозой, ничуть не меньшей чем разъяренный медведь.
А о тех тварях, что приходили с Пустоши, ничего и никогда не было известно достоверно, кроме того, что они все крайне кусачи и зловредны. Особо из них выделяли лишь многочисленный вид гончих, которые остались ещё с какого-то нашествия. Гончие похожие на псов, кровожадные и трусливые, сбиваясь в стаи могли доставить много неприятностей.
Помимо всего этого лес подстерегал неосторожного путника различными ядовитыми растениями всех мастей и окрасок, пространственными аномалиями, фантомами, которые и вовсе непонятно откуда взялись и ещё боги знают чем. Одним словом Великий Лес жестоко карал за неосторожность любого, будь-то мародер или зеленокожий выходец из Гролл-Таара.
Следующий привал сделали на облюбованном мародерами месте за время прошлых вылазок. Как правило, все они находились в таких местах, где наблюдалось наименьшее количество обитателей. Все тропы давно протоптаны и маршруты известны, так, к сожалению, дело обстояло на несколько дней ходьбы от Централа, дальше сложнее. Впрочем, и за чертой имелось достаточно мест, где мародеры обычно предпочитали останавливаться, все зависело от обстоятельств, иногда приходилось спать по колено в грязи, чтобы выжить. Великий Лес усыпали безымянные могилы мародеров и тех, кто имел неосторожность оказаться не в то время и не в том месте.