Сдохни, но сделай
Шрифт:
А вот с одеждой была просто беда. Вчера она закинула в стиральную машинку свою форму. Что с боевым костюмом делать ей вообще было непонятно. В машинке его точно не постираешь. Придется превращаться обратно в доктора Таню.
Из шкафа был извлечен простой строгий брючный костюм. Одет. Забракован.
– Это что же? Я так похудела в рейде?
– подумала Таня, глядя на свободно болтающиеся на бедрах брюки. Пиджак тоже казался большим в плечах. Хоть попка никуда не делась и была всё тем же соблазнительным
Грустно вздохнув, Таня сняла костюм. Натянула джинсы, белую футболку, почти такую же, как утащила Кристина. Только вместо развесёлых пальм на ней была надпись на языке давнего идеологического противника.
– Do or die, - задумчиво прочитала Таня.
В дверь поскреблись, и, не дожидаясь ответа, внутрь пробралась Кристина, так и ходившая в одной Таниной футболке и тапочках.
– Таня, у меня проблема, - сходу заявила она.
– Не помнишь, где мозги сушиться повесила?
– спросила Таня.
– Не. У меня их и не было, по-моему, - отмахнулась девушка: - Мне нечего надеть. Кроме парадной формы.
– Ну, так и надень её, - не поняла вопроса Таня.
– Там юбка, а ты ноги мои видела?
– Кристина вытянула вперед ногу.
– Кровоподтеки подкожножировые. Более десяти штук. Возраст два-три дня. Ссадины - четыре штуки, - оценила Таня.
– Таня. Мне нужны темные колготки. Или джинсы, - умоляющим взглядом уставилась ей прямо в глаза Кристина. Лицо её при этом выражало такую безмерную грусть, что любой человек, имеющий хоть каплю души непременно отдал бы ей всё.
– Джинсы есть, - улыбнулась Таня: - Но тебе, наверное, большеваты будут.
– Намекаешь, что я тощая?
– спросила Кристина. Теперь она выглядела обиженной.
– Почему намекаю? Так и говорю. Но с ремнем нормально будет.
– Пойдёт, - обрадовалась Кристина. Таня, негромко вздохнув, вытащила ещё одни джинсы и протянула несчастной. Та немедленно их натянула. Действительно, болтались. С ремнем стало лучше.
Девушки вышли из комнаты и спустились на первый этаж, где обнаружился ожидавший их Мохер.
– Неожиданно, - окинула его взглядом Таня. Тот был одет в джинсы и короткую кожаную куртку. Футболка под ней, впрочем, также была белой.
– У тебя тоже форма грязная?
– спросила Кристина.
– Нет. Если в город придется валить, то проще по гражданке. Мы ж не в увольнительную. В форме до первого патруля только доедем, - пояснил Мохер.
– Понятно, - У девушек, разумеется, не было опыта самоволок, и с этой стороны вопрос они не рассматривали.
– Документы взяли?
– спросил Максим.
– Так точно, - Таня повернулась боком и продемонстрировала небольшой рюкзачок на спине, где помимо их документов лежал табельный пистолет. И деньги на всякий случай. И ключи от дома. И ещё пара мелочей. Кристина была
– Потопали. Пашки в части нет. Я узнал. Он куда-то уехал ночью с Батей. Батя к утру вернулся. Один.
– Может у него и спросим?
– предложила Таня.
– Он час назад опять куда-то умотал. Я у адъютанта Васи спросил про Пашку. Он не знает. Зато наводку дал, откуда искать.
– И откуда?
– поинтересовалась Кристина.
– Он вчера привез их в новое здание Администрации. Или временное здание, я так и не понял. Короче, на улице Гоголя. Нам туда.
– Ну, так, поехали. Кстати, на чем?
– Мишки тачка. Так и стояла в гараже в техроте. Он перед тем рейдом её как раз на ремонт парням загнал. А забрать, выходит, уже не смог.
– Не грусти, Максим. Парни не зря погибли, - Кристине тоже стало грустно.
– Я не грущу. Привык уже. Просто, не по себе немного, - ответил Мохер.
– Тогда, поехали, - Таня уже нетерпеливо била копытом.
– Один момент. Объясните мне, к чему вся эта срочность, и мы поедем, - притормозил их Мохер.
– По дороге нельзя?
– спросила Таня.
– Нет. Никак нельзя. Собрать роту в кулак идея, конечно благородная, но для этого есть и общепринятые методы. Командир идет в штаб и решает там все вопросы. А бойцы, пока командира нет на месте, сидят в расположении и пинают балду. Так в чем подвох, девочки?
– У командира крыша поехала, - ответила Кристина, не дождавшись инициативы от Тани. Та стояла, нервно кусая губу.
– Таня?
– перевёл на нее взгляд Мохер.
– Да! Я считаю, что он не в себе. После той базы Чужих, - ответила Таня.
– С чего вы так решили?
– немедленно спросил Мохер.
– Он, мне кажется, потерял инстинкт самосохранения. В деревню без разведки въезжали, хотя раньше сам всё время заставлял всё по пять раз проверять. На Чужих в том поселке попёр, ещё и говорил, что они нас не тронут. Хорошо, что корабли их пустые оказались. И другие симптомы есть. Резкие перепады настроения. Бормочет что-то себе под нос.
– А. Ну это нормально, - беззаботно махнул рукой Мохер, заметно расслабившись: - Он всегда такой был, немного сдвинутый.
– Выходит, мы зря суетились?
– расстроилась Кристина.
– Да почему. Поехали. Найдем и Пашку и всех остальных. Зря, что ли собирались? Тем более я за бензин для машины две бутылки водки отдал.
Троица вышла из дома.
– Ого. Вот это аппарат!
– Кристина восхищённо уставилась на угольно-черный старый Марк-2. Видно было, что для хозяина машина была объектом неустанной заботы. Немного запылившийся кузов был в идеальном состоянии. Широченные колеса на тускло блестящих дисках. Тонированные стёкла и сверкающие свежей полировкой фары.