Сделка
Шрифт:
Ограничители треснули и сломались на пополам, однако Морман по-прежнему не подавал признаков жизни.
– Ну почему? Почему ты не хочешь вернуться? — прошептала я.
– Потому что я пока еще не решил, что с ним делать. — раздался приятныц голос. Я вскинула голову. Между полом и потолком завис какой-то парень. Он сидел, точнее висел, поджав босые ноги и скрестив руки на груди. На вид он выглядел как подросток, но во взгляде, остром как лезвие, я разглядела небывалую мудрость. У него были высокие скулы и длинные ресницы. Одеяние на нем было своеобразное – нечто, напоминающее тонкий шелковый халат белого цвета
– Кто ты? — Растерянно спросила я, разглядывая пришельца.
– Янг, но тебе это мало о чем говорит. Я создатель.
– Создатель чего? — кажется, у меня начались галлюцинации.
– Я сотворил Зоранд, Нархаз, и множество других миров.
– Бог? — дошло до меня.
– У меня много названий – суть одна, но это не важно. А важно то, что мне надо разобраться как быть с вами дальше.
– Со мной и Морманом?
– Именно. Видишь, пришлось даже самому явиться к тебе, остановив время.
– Поэтому выплеск силы никак не отразился на мне? Хотя должен был?
– Да. Твой сон был возможным вариантом событий, который ты случайно смогла увидеть. Твоя дочь обладает сильным даром предвидения. Пока она растет в тебе, формирующаяся у нее магия оказывает влияние на тебя. Не все видения сбываются, потому что трудно определить к какой именно реальности он относится.
– Реальности?
– Не суть. Тебе не нужна пока эта информация. Сейчас переломный момент в судьбе двух миров. То, что произойдёт здесь, играет ключевую роль в объединении Нархаза и Зоранда. А именно этого я и добивался уже давно.
– Так ты поэтому проклял Нархаз?
– Не угадала. — покачал головой Янг.
– Я всего-то на пару тысячелетий оставил его под присмотром своей сестры Алеки. Она у меня немного с придурью. Наблюдая за моим детищем, пока я был занят созданием другой вселенной, она увидела, что нарши увлечены сугубо развитием собственной силы. Семья утратила для них свою ценность, они не торопились связывать себя узами брака и заводить детей, поставив в приоритет магию и могущество. Ей надоело глядеть на бесконечные войны за власть и новые территории. Тогда она прокляла их. В тех мирах, которые она создавала, любовь и дети всегда играли главную роль. Вот она и разозлилась. Снять проклятие я не мог. Тем более, что в чем-то Алека оказалась права. Возможно, без ее вмешательства нарши уничтожили бы себя сами.
– Потому ты помог им найти Зоранд? — догадалась я.
– Это был отличное решение. Зная их характер, я ввел ограничения на пребывание здесь.
– Но даже так они принесли немало бед. — я гневно посмотрела на бога.
– Понимаю твою злость, но я не хотел позволить такому чудесному миру исчезнуть. Жертвы были неизбежны.
– Почему ты позволил порабощать женщин?
– Эва, я запретил беспричинно убивать жителей этого прекрасного мира. Большинство девушек добровольно вступили в отношения с наршами. Их никто не принуждал. Да, были исключения. Те, кто убивал и насиловал, уже поучили свое возмездие. Они лишались силы, попадали в ситуации, когда их жизнь резко обрывалась. А те, кто еще не получил наказания, вскоре получит по заслугам благодаря тебе.
– Почему ты им вообще дал творить подобное?
– Невозможно требовать от постоянно воюющих наршей превратиться
– Ты преувеличиваешь.
– Ну возьмем к примеру твоего друга Адрома. Он псих и одиночка, повернутый на экспериментах фанатик. Однако после встречи с тобой, его линия судьбы в корне поменялась и мне теперь даже самому интересно, что он будет делать дальше. Морман. У этого нарша вообще можно сказать нет чувств. Он жил и дышал одним Нархазом. Я дал ему трех разных девушек, и ни одну он не смог полюбить. Но встретив тебя - мелкую, напуганную, беспомощную, и его сердце дрогнуло. Он собственноручно положил свой мир к твоим ногам. Он сделал то, чего не ожидал даже я.
– Я думала это ради детей.
– Глупая. Кроме тебя его больше ничего не интересовало.
– Но что мне до этого, когда он умирает у меня на руках? Скажи, его можно спасти?
– Вот это мне и надо решить. Я вижу твою линию судьбы и могу с уверенностью сказать, что Нархаз будет благодарить тот день, когда ты сядешь на трон. Твое правление принесет процветание для обоих миров. Тебе удасться безболезненно и мягко сроднить наршей и зорандцев. Когда твой сын вырастет, он продолжит твое дело, но это случится еще не скоро.
– А моя дочь? Что будет с ней?
– Она отправится в далекое путешествие.
– Что?
– Ее мятежный дух будет желать странствий и приключений. Однако всему свое время. Лучше вернемся к твоему мужу. То, что я тебе обозначил, сбудется в том случае, если я оставлю все как есть.
– Если Морман умрет, то тогда у всех все сложится хорошо? – мрачно усмехнулась я.
– Кроме тебя. Тебе суждено заплатить за благополучие двух народов своим собственным счастьем. Пока твои дети растут, ты будешь жить ради них и творить благо для того, чтобы они существовали в спокойном мире, и у тебя это получится.
– А если дит Торн выживет? Что тогда? — мой голос упал до шепота.
– Вот этого не скажу. Слишком все туманно. Чутье подсказывает мне, что он не даст тебе исполнить предназначение, заперев и спрятав ото всех. Он собственник, и вновь лишит тебя свободы. То, что происходит сейчас останется неизменным до тех пор, пока терпение жителей Зоранда однажды не подойдет к концу и не начнется война.
– Разве Морман не прекрасный правитель? Неужели ты считаешь, что я не смогу достучаться до него? Он сам назвал меня равной себе. Он как никто знает, что объединение необходимо для процветания Нархаза.
– У любви нет логики. — вдруг произнес знакомые слова Янг.
– Предлагаешь мне смотреть, как он умирает? Серьезно?
– Абсолютно. Более того, я жду, чтобы ты сама сказала, как мне с ним поступить.
– Тебе не стыдно?! — возмутилась я. — Как я могу?
– Кое-кто стал повелительницей. Тебе не раз придется принимать трудные решения. Карать и миловать. Так что решай, и поскорее.
– Прошу, не надо. — прошептала я, уже зная, что мне не удастся его разжалобить.
– Выбирай! — торопил меня создатель. — Немедленно.