Сделка
Шрифт:
— Вот поцики нам не нужны — нам нужны мужчины, — улыбнулась Коко. В этот момент она напоминала мне учительницу, разговаривающую с детьми, — но во всем остальном Оливер прав.
— Фу, ну вы что! — я выдернула руку из ладони друга и встала, чувствуя нарастающее раздражение. Черт, в этом мире даже переспать с кем-то — достаточно сложное явление. — Я знаю их с первого курса, они все мне как братья. Брайн? Я слушала, как его рвет в ванной, и помогала ему потом смывать с себя рвоту. Нет уж! Гарри? За ним увивается половина кампуса. Я в это очередь не встану! Колин? У него есть девушка, и она порвет меня, если узнает, что о нем даже речь заходила!
Стоило мне это сказать, как мне стало легче, и я снова села на стул. Коко и Оливер озадаченно смотрели то на меня, то друг на друга, то открывали рот, то со стуком закрывали, не находя слов.
— Аргументировано высказала свое мнение, — заключила Коко, кривя рот. — Ничего не скажешь.
Мы замолчали. Ну и что теперь делать? Может быть, стоит сходить на какую-нибудь вечеринку и здорово напиться, чтобы потом без голоса разума лечь с кем-нибудь в кровать и предаться пороку? Меня передернуло. А если у него сифилис? А-а-а-а, это все Темпл виноват. Сидел и рассказывал мне о разных половых болезнях, когда однажды я пробралась на его очередную тусовку и начал обжиматься в углу с Ларри. Ему он выбил парочку зубов, а мне рассказывал о болезнях. Несправедливо! Зубы Ларри восстановил, а вот я байки Темпла не забыла и теперь страдаю…
— Слуша-а-а-ай, — вдруг подалась вперед Коко, — я тут заметила, что на тебя клюнул один из красавчиков с нашего факультета, только на курс постарше.
Глаза Оливера вспыхнули, а я обомлела. Кто это на меня обратил внимание?
— И-и-и? — нетерпеливо спросила я, но Коко не ответила, и тогда я не выдержала: — Ты долго будешь тянуть быка за рога?
Подруга засмеялась.
— Обожаю выводить тебя из себя.
— Вампирша! Питаешься моей энергетической кровью.
— Заодно и мою прихлебывает, — согласно кивнул Оливер, доставая из сумки шоколадный батончик.
Я выхватила у него шоколадку и отбежала в другой конец комнаты, параллельно открывая его и засовывая целиком в рот. Это же батончик «Малышка Рут»! Мой самый любимый! Могу съесть тонну, и со мной вообще ничего не будет! Оливер запихнул пальцы мне в рот и стал вырывать батончик, ругаясь на меня матом, отчего я разразилась хохотом и выронила на пол шоколад. Полуразжеванный, весь в моих слюнях, он лежал на полу, служа нам напоминанием о том, что все прекрасное в этой жизни очень быстро кончается.
— Три секунды ведь еще не прошли? — спросил Оливер с надеждой в голосе.
— Он бесповоротно принадлежит утилизации, — заключила Коко, вытаскивая салфетку и хватая ею батончик. В следующее мгновение батончик оказался в корзине, как и наше сердце. Мы не оставили нашего друга умирать одному.
— Это все ты виноват, — заключила я, расстроенно садясь на стул.
— Я?! — обескураженно воскликнул Оливер. — Я?! Это ты выхватила его у меня из рук!
— Ты ведь знаешь, что я обожаю эту шоколадку, и мог бы купить два. Эгоист!
— Вы серьезно будете ссориться из-за батончика? — вздернула брови Коко, и я не смогла не восхититься ее потрясными тенями. Ну как же обалденно она красится… — Тебе вообще не интересно, кто запал на тебя?
Все внутри перевернулось, шоколад и обида забылись, и вот мы снова сидели в кругу, слушая Коко с замираем сердца.
— Вы ведь знаете МартИна?
Тормоза
— Что?! МартИн?! По мне тащится Мартин? Он? Охренеть! А как ты…
— Да угомонись ты, блин! — раздраженно кричит Коко и затыкает мне рот рукой.
Как я могу остановится, когда она сказала, что по мне умирает Мартин? Этот потрясный темноволосый красавчик из Дании с ореховыми глазками и самой сладкой улыбкой на Земле?
— Нет, это не Мартин, — я разочарованно выдохнула в руку Коко. — Ты помнишь его друга, который лучший в своем потоке?
Глаза Оливера округлились, отчего он стал похож на Кота в сапогах и с благоговение выдохнул, округляя губы:
— О. Мой. Бог. ОХРЕНЕТЬ!
Он зажал себе рот рукой, пытаясь сдержать восторг, и стал бить ногами по ножке кровати, а я же в это время лихорадочно пыталась вспомнить, про кого говорит Коко, но на ум никто не приходил. Кто у них там лучший в потоке? С кем Мартин постоянно таскается? Память, как будто, на дух отшибло.
— Виктор, — широко улыбнувшись, наконец произносит Коко, и это имя взрывает всю мою вселенную, оглушая меня.
Виктор! Виктор! Твою ж налево, Виктор! Я вскочила со своего стула и стала прыгать по комнате, вспоминая все университетские танцы и улюлюкая. Виктор! Господи, Боже мой! Этот красавчик, просто самый умопомрачительный мужчина на Земле интересуется мной?! Тот, что гоняет на крутой байке, участвует в ночных заездах и отбивается от девчонок, которые табуном за ним бегают? Тот, что обладает выразительными, большими, карими глазами, мягкими и полными губами, охапкой черных гладких волос и невероятным прессом? Держите меня, кажется, я падаю в обморок.
— Я так надеялся, что он все-таки в глубине души гей! — воскликнул Оливер и засмеялся. Я бросилась на него, покрывая поцелуями все его лицо. — Она сошла с ума…
— Виктор! Виктор! Виктор! — кричала я, кружась по комнате.
Коко засмеялась.
— Откуда ты знаешь? — спросила я, когда села на стул и пыталась привести в норму дыхание.
— Мартин спрашивал у Брайана про тебя, обменялся парочкой слов с ним. Брайан спрашивает: не будешь ли ты против, если Мартин и Виктор присоединятся к нам в субботу, когда мы поедем на вечеринку?
— И ты еще спрашиваешь?! Конечно нет.
— Отлично, — заключила Коко, хватая телефон и набирая сообщение, а затем пронзительно посмотрел на меня и многообещающе улыбнулась. — Может быть, удача улыбнется тебе, и ты познаешь лучшую ночь в своей жизни.
Глава 2
Ответив на очередной вопрос преподавателя, я сделала несколько пометок в тетради и нарисовала по памяти шестой зуб, отмечая все ткани. Рядом сидела Колетт, наматывающая на длинный палец зеленые прядки волос и что-то активно пишущая в тетради. Нас окружало несколько десятков студентов: некоторые из них откровенно ничего не делали (как они будут сдавать экзамены?!), некоторые спали после тяжелой рабочей ночи, некоторые так же строчили в тетрадях, испытывая откровенный страх не успеть за преподавателем. Миссис Руффало бежала впереди паровоза и всегда рассказывала свои лекции так, словно вот-вот начнется война и она не успеет показать нам фотографию очередного зуба, который ей удалось вылечить, а затем вновь рассказать, как она храбро сражалась за него чуть ли не насмерть. Фантазерка! Но одно я могу сказать точно: она высококвалифицированный специалист с манией величия. Точка.