Сделка кобры

Зан Тимоти

Это тотчас напомнило Дауло, что ему ещё следует привести себя в порядок перед встречей с отцом. Неслышно открыв дверь, он выскользнул из комнаты.

***

– Войдите, – донесся из-за резной двери знакомый скрипучий голос, и Дауло, весь напрягшись, распахнул её и вошел внутрь.

Он все ещё отчетливо помнил то время – это было не так уж давно, – когда отец вселял в него безотчетный ужас. Причем, ужас этот внушала не сила Круина Сэммона и не внушительная фигура, не ледяные интонации голоса и не пронзительный взгляд

черных глаз; ужас внушало осознание того факта, что Круин Сэммон олицетворяет собой всю их семью. Его ничем не ограниченная власть, распространявшаяся на весь их огромный дом, шахту и почти треть деревни, его влияние, простиравшееся далеко за границы Милики, до окрестных поселений и даже до города Азраса, чьи жители обычно относятся к селянам с нескрываемым пренебрежением… Круин Сэммон был сама власть, и даже после того, как его страх перед этой властью слегка поубавился, Дауло так и не забыл того благоговейного ужаса, что когда-то вселял в него отец.

И только годы спустя Дауло понял, что отец намеренно учил его на своем примере.

– А, Дауло, – Глава семьи торжественно кивнул сыну с подушек, на которых он восседал. Полагаю, твой визит в шахту прошел успешно?

– Да, отец, – ответил Дауло с поклоном, делая шаг к подушке перед низким рабочим столом Круина и им самим. – Необходимость в дополнительных укреплениях несколько сдерживает работу в новом тоннеле, но не так, как мы опасались.

– И вся работа выполняется надлежащим образом?

– По всей видимости, да, по крайней мере, насколько я мог судить.

– И вся работа выполняется надлежащим образом? – повторил вопрос Круин.

Дауло силился не выдать своих эмоций ни выражением лица, ни голосом. Какой, однако, неосторожный промах с его стороны – можно подумать, ему неизвестно, что отец терпеть не может уклончивых ответов.

– Да, отец. Укрепление выполняется надлежащим образом.

– Хорошо, – кивнул Круин, взяв со стола стило, он что-то быстро набросал в блокноте. – А как рабочие?

– Никаких признаков недовольства. По крайней мере, в моем присутствии.

– А управляющий шахтой?

Дауло вспомнилось выражение лица управляющего при выходе из лифта.

– Находится под впечатлением собственной значимости, – ответил он. – Ему бы ужасно хотелось, чтобы и другим стало об этом известно.

Услышав это, Круин не смог сдержать легкой усмешки.

– Это на него похоже, – согласился он, – однако он способен и трудолюбив, и ради такого сочетания качеств можно закрыть глаза на мелкие недостатки.

Отбросив стило обратно на стол, Круин развалился на подушках и в упор посмотрел на сына.

– А теперь скажи мне, каково твое впечатление от нашей гостьи?

– Нашей? Ах, да, об этой женщине? – Дауло нахмурился. – Есть в ней нечто такое, что меня сильно смущает. Хотя бы то, что на вид она уже вполне подходит для брачного возраста, однако все ещё не замужем…

– Или уже успела овдоветь, – добавил Круин.

– Ах, да, верно, может, она вдова. А ещё она нездешняя – её одежда сделана из незнакомой мне ткани, и к тому же, как сказал лекарь, у неё низкая сопротивляемость к укусам монотов.

– А как насчет её довольно драматичного появления в Милике? Ее нашли на дороге, одну-одинешеньку после какого-то до сих пор невыясненного несчастного случая – или?..

Дауло пожал плечами.

– Я и раньше

слышал истории, что люди подвергались нападениям на дорогах, отец. Некоторым из них везло, и они уходили живыми от когтей крисджо.

Глава семьи улыбнулся.

– Прекрасно – ты предвосхитил мой следующий вопрос. Скажи, тебе доводилось когда-либо слышать, чтобы человек, уже попавший в лапы к крисджо, оставался в живых?

– Есть отдельные случаи, – произнес Дауло, мысленно удивляясь, с какой это стати он вдруг проявляет упрямство. Ведь разумеется, ему не было никакого резона занимать в этом споре сторону загадочной женщины. – Если с ней был вооруженный спутник, а может, и не один, то он мог пристрелить набросившегося на неё зверя даже в самый последний момент.

Круин кивнул и угрюмо поджал губы.

– Разумеется, это не исключено. Но, к сожалению, сразу же возникает следующий вопрос: куда исчезли все эти предполагаемые защитники? Можно подумать, что они все, подобно джиннам, испарились в воздухе. Как, по-твоему, почему?

Дауло на минутку задумался, с горечью осознавая, что отец наверняка уже все обдумал и теперь попросту желает проверить, не придет ли и Дауло к сходным выводам.

– Существуют лишь три версии, – наконец произнес Дауло. – Они либо мертвы, либо искалечены и не в состоянии передвигаться, либо прячутся.

– Согласен, – кивнул Круин. – Если они мертвы или искалечены, то Перто их найдет. Я отправил его прочесать дорогу именно с этой целью. Если же они прячутся, то опять-таки, почему?

– Они либо напуганы, либо это часть заговора, – быстро нашелся с ответом Дауло. – Если напуганы, то вскоре наверняка дадут о себе знать, как только убедятся, что их спутнице ничего не угрожает. Или же часть заговора, – он умолк, – в таком случае это женщина или подослана сюда, как шпион, чтобы вести наблюдение за нашим домом, или хочет отвлечь наше внимание от того, чем заняты её спутники.

Круин глубоко вздохнул, и взгляд его переместился куда-то в пространство.

– Да, к сожалению, и я пришел к подобным выводам. Нет ли у тебя предположений, кто бы мог строить против нас козни?

Дауло не удержался и презрительно фыркнул.

– Здесь незачем далеко ходить, кто, как не клан Йитра?

– На первый взгляд может показаться, что да, – пожал плечами Куин. – И все-таки в моем представлении Йитра действуют гораздо более изощренно. И более продуманно. К тому же к ним со дня на день должна поступить новая партия леса, и у них будет более чем достаточно законной работы на несколько недель вперед. Скажи, к чему ещё устраивать какой-то заговор с целью опорочить нашу семью?

– Возможно, ему хочется, чтобы мы именно так и думали, – предположил Дауло. – Возможно. И все же не следует забывать, что на Квазаме найдутся и некоторые другие, желающие погреть руки, сея смуту в деревнях Западного Рога.

Дауло в задумчивости кивнул. Верно, и прежде всего, среди них враги Мэра Каппариса, правителя Азраса. Странная, на первой взгляд, дружба между Каппарисом и семьей Сэммон и тот факт, что в результате этой дружбы мэр получал неограниченный доступ к продукции их рудника, были на протяжении многих лет бельмом на глазу у недругов Каппариса. Так что не исключено, что кто-то из них решил, что настала пора попытаться сломить мощь семьи Сэммон и поставить на её место кого-то более податливого.