Сделай шаг
Шрифт:
Конечно, не он один виноват в этом. Джулия нагородила гору лжи о своей падчерице, да и сама она сегодня добавила дров в костер его остроумия. Но сколько бы Кэрри ни повторяла себе, что ее ничуть не заботит мнение о ней Майкла, с каждым прожитым часом она все яснее понимала, что это не так. Отношение этого мужчины все больше задевало ее.
Она взглянула на Майкла. Голова откинута на кожаный подголовник, глаза закрыты - никакой угрозы, напротив, его вид располагал к общению. Увиденный ею мельком более человечный Майкл О'Берри был необычайно привлекателен. Кэрри вдруг поймала себя на мысли, что женщина, которую он полюбит,
Адвокат проводил их в свой офис, попросил секретаря принести чай и вынул из папки документ.
– Мне объяснить мисс Ховард?
– спросил он у Майкла.
– Или вы предпочтете сделать это сами?
Майкл в ответ только мотнул головой.
– Хорошо.
– И адвокат приступил к разъяснениям.
Это был добрачный контракт. Кэрри что-то слышала о таком и сейчас, с интересом внимая параграфам об имуществе, узнала, что у Майкла есть загородный дом не меньше дублинского и в случае расторжения брака оба дома останутся за ним. Неприкосновенными, как и дело. Адвокат спросил, поняла ли она. Кэрри взглянула на Майкла и произнесла:
– Во всем этом нет никакой необходимости.
Майкл промолчал, но адвокат бодро улыбнулся.
– Я уверен, что так и есть. Простая предосторожность, для того чтобы защитить унаследованную собственность. Совершенно нормальная по нашим временам.
– Он заглянул в документ.
– В случае полного разрыва отношений в первые пять лет, повлекшего за собой развод, и при условии отсутствия потомства…
– Потомства?
– Детей, - грубовато пояснил Майкл.
Адвокат немного подождал, не возникнет ли у нее других вопросов, но Кэрри покачала головой, и он продолжил:
– При условии отсутствия потомства предусматривается одноразовая выплата в размере двухсот пятидесяти тысяч фунтов.
– А если будет… потомство?
Майкл, обернувшись, уставился на Кэрри, и она замерла, гадая про себя, что побудило ее задать этот дурацкий вопрос.
– Со временем будут оформлены отдельные соглашения, - заверил адвокат.
– Учитывая некоторую поспешность заключения вашего союза, мистер О'Берри предложил пока не обсуждать этот пункт.
– Он задумчиво посмотрел на Кэрри.
– Тем не менее, если это беспокоит вас, мы можем, конечно, в ближайшие день-два…
– Нет. Это подождет, - прервал его Майкл.
– Все же, мне кажется, мисс Ховард имеет право на самостоятельное решение, - стоял на своем адвокат.
– Не имеет значения, - быстро проговорила Кэрри, чувствуя, что атмосфера незаметно накаляется.
– Майкл прав. Это подождет. Могу я взглянуть на документ?
– Разумеется, - сказал адвокат слегка покровительственно и протянул ей соглашение.
И в этой мирной комнате, где пылинки танцевали в косых лучах солнца, Кэрри прочла составленный дотошным юристом текст до последнего слова, медленно и внимательно - так, чтобы быть уверенной в том, что все поняла правильно.
– Все ясно, мисс Ховард?
– Абсолютно.
Было абсолютно ясно, что Майкл считает ее способной в случае развода сражаться за каждую монету, которую сможет получить.
Неужели он действительно полагает, что смог бы откупиться от такой беззастенчивой вымогательницы четвертью миллиона фунтов? Только одна из его
– Итак, мы подписываем?…
Адвокат улыбнулся, испытывая явное облегчение от того, что с сомнительным моментом покончено, и предложил ручку. Кэрри не взяла ее.
– Нет, не думаю. Спасибо.
Кэрри осторожно положила документ на стол и встала. Протянув адвокату руку, которую тот пожал несколько неуверенно, она сказала:
– Благодарю за терпение и сожалею, что ваши хлопоты оказались напрасными.
Не удостоив Майкла О'Берри даже взглядом, Кэрри вышла из здания и уселась в «даймлер».
– Пожалуйста, отвезите меня домой, Вэллз.
7
Кэрри чуть не подпрыгнула, когда дверь маленькой гостиной с шумом захлопнулась за вошедшим Майклом.
– Очень умно, Кэролайн, - мягко произнес он. Слишком мягко.
Ее рука дрогнула и что-то тревожно сжалось в глубине живота, когда она медленно подняла взгляд от книги, которую пыталась читать. Кэрри не могла до конца понять, что вытолкнуло ее, дрожащую, несмотря на августовскую жару, из офиса адвоката. Но в запасе оставалось около часа, чтобы разобраться в этом.
Наглое предположение, что от нее нужно откупиться, что у нее нет чести ни на гран, жестоко потрясло Кэрри. Если бы ей нужны были его несчастные деньги, она бы с радостью ухватилась за возможность выйти за Майкла замуж, независимо от того, насколько бессердечной оказалась бы эта сделка. То, что он не понимал этого, больно ранило ее. И только остатки гордости удержали Кэрри от того, чтобы не закричать и не расплакаться по прочтении убогого контракта для проходимцев.
На протяжении бесконечно длинного часа, ожидая возвращения Майкла, Кэрри пыталась собраться с мыслями и напомнить себе, почему она выходит за него замуж. Но так до конца и не смогла этого сделать.
– Умно?
– Ей удалось выразить сдержанное удивление.
Кэрри знала, что Майкл рассержен, но когда она заставила себя взглянуть ему в лицо и увидела свинцовые глаза, побелевшую вокруг носа и рта кожу, скрыть ужас оказалось сложнее, чем придать голосу вкрадчивую бархатистость, - она поняла, что мужчина не просто зол, он полон бешенства.
Пиджак Майкла был расстегнут, галстук болтался вокруг шеи. Он прислонился к двери, словно отрезая все пути к отступлению. Ее холодный вопрос явно не произвел на него впечатления.
– Пожалуйста, не изображайте оскорбленную невинность, Кэролайн! Эти большие голубые глаза могут одурачить весь мир, но они ни на секунду не введут в заблуждение меня. Вы решили, что без сети добрачного контракта будет легче сорваться с поводка и беспрепятственно преследовать мужа другой женщины.
Кэрри, сидевшая в расслабленной беззаботной позе, которую тщательно отработала, готовясь к защите от предполагаемого нападения, потеряла самообладание. Не от того, что он обвинил ее в двуличности, - этого следовало ожидать. Все обстояло значительно хуже. Поскольку Майкл так решительно настаивал на женитьбе, Кэрри даже представить себе не могла, что он способен пойти на попятный. Когда гордость заставила ее вылететь из адвокатского офиса, она и думать не думала о том, что последует за ее отказом подписать несчастный контракт.