Сделай шаг

Берг Ольга

Говорить о Лили он не готов. Не хотел. Да и не о чем. Он все испортил. Память услужливо вернула неприятные воспоминания. Никто не виноват. Только он. Он.

– Тебе не за что извиняться, Бекка.

– Я нашла в доме фотографии, – блондинка внимательно смотрела в голубые глаза. Если в них отразится недовольство, то она сейчас же прекратит расспросы о причинах, по которым он оказался в больнице. Но предупредит, что ему рано или поздно придется рассказать правду.

Макс знал этот взгляд Ребекки. Выдохнул. Предстоят объяснения.

– Мистеру Бэнку не понравился мой отказ от предложения, – девушка дернула бровью.

Ответ не принят. – Он приехал выразить недовольство неудачной фотосессией с его подстилкой, – удовлетворённый кивок менеджера, и взгляд предлагающий продолжить объяснения. Другого выхода нет. – Его друзьям тоже не понравились снимки, – неудачно пошутил Дэвис. Шутка не нашла поддержки. Ребекка хмурила брови. – Да ладно тебе, Бекка, – приподнял голову, но она тут же упала на подушку, – я вполне нормально себя чувствую, – неодобрительно вздохнула, – скоро буду, – согласно моргнула. – Теперь скажи мне, что здесь делают Брюс и Вивиан? – скосил взгляд на парочку.

Проигнорировала вопрос.

– Макс, надо сообщить…

– Никому не надо сообщать, – резко перебил, – никакой полиции, – громко напрягая связки. Закашлялся.

– Дэвис, – настаивала блондинка. Негодование в глазах.

– Ребекка, – требовательно сипели интонации. Лицо сосредоточено. Пальцы сжимают матрас. Напряжение во всём теле. Больно. Скривился от неприятных ощущений.

– Хорошо, – торопливо согласилась Ребекка. Видела её настойчивость, причиняет боль. Не подходящее время. Поговорит об этом позже. Обязательно.

– Так что же эти двое делают в моей палате? – быстро перевел тему разговора. Неон умолял не касаться причин, уложивших на больничную койку. Он сказал достаточно.

– Брюс приехал вечером сменить меня, – поглаживала руку Макса, успокаивая. – Он хотел отменить шоу, но Вивиан сказала, что ты был бы против.

Удивление на лице. Оказывается бывшая подружка очень хорошо его знает. Уголок губ довольно дернулся.

– Ви примчалась в больницу почти сразу же после выступления, сменить Батлера. Он остался с ней, а когда утром приехала я, они отказались уходить, – Ребекка по-доброму смотрела на Дэвиса.

Призрение и ненависть к себе волной цунами поднимались внутри. Смотреть в глаза Ребекки не позволила совесть. Она, оказывается, ещё у него есть. Прикрыл веки.

– Спасибо, – шепотом, почти одними губами.

Сильно зажмурился. Черт. Черт. Черт. Как же приятно осознавать, что ты не одинок. До слез. До маленьких соленых капель готовых бурным потоком ринуться из глаз.

Сжал веки до черных кругов. Стыдно показывать свою слабость перед друзьями. Да у него есть друзья. Он не должен доставлять им ещё больше хлопот и заставлять переживать. Глубоко в сердце, в душе, в потаённом месте, уверенный тихий шепот: они поймут, не осудят, не засмеют, поддержат, помогут, не бросят, не отвернутся.

Друзья. Несмотря ни на его безразличие к Ребекке, грубое общение с Брюсом, подтрунивание над Вивиан. Последние несколько лет равнодушия к тем, кто начинал с ним этот путь, и продолжают идти одной дорогой, рядом, подставляя плечо в трудную минуту. А он забил на всех. Воспринимал их как должное. Считал – все обязаны ему. Только ему. Своим благополучием. Взлетел высоко и сорвался в пропасть. Падал, обдирая бока об острые стены. Волна негодования к самому себе захлестнула, заполнила, выдавливая так сильно скрываемые слезы.

Чертов

Крис оказался прав. И эта правда душила. Сдавливала горло. Сжимала веки. Маленькая капелька скользнула по морщинкам у глаз. Блять. Только не это. Расклеился как девчонка. Соберись. Мягкие подушечки смахнули слезинку. Открыл глаза. Столкнулся с понимающим взглядом Ребекки. Хотел что-то сказать. Прервал звук отрывающейся двери.

На пороге доктор. Ослепляя белоснежной улыбкой, подошел к кровати.

– Ну что же, вижу, что ваши дела продвигаются отлично, – продолжая улыбаться, внимательно изучил показания приборов, что-то записал в карту. Добродушный взгляд на больного. Успокаивающие интонации. – Через недельку вернетесь домой. Серьезных повреждений нет, организм молодой, быстро восстанавливается, но голова ещё один два дня будет тяжелой, а потом всё вернётся в норму. Сотрясение это вам не насморк, с головой надо быть осторожней, – хохотнул, поправил капельницу, – Через минут тридцать пришлю сестричку убрать, она вам больше не понадобиться, – уловил вопрос в глазах пациента. – Витамины и все необходимое при ваших травмах, – постучал пальчиком по прозрачным пакетикам, с лекарством, прикрепленных к штативу капельницы. Ещё раз улыбнулся больному. Через плечо взглянул на проснувшеюся парочку. Вивиан и Батлер ерзали на диване. Повернулся к Ребекке. Без улыбки. Строго. – Ваша очередь отдохнуть, – кивнул в сторону двери, – в больнице мест на всех не хватит, – вернул взгляд на Макса, подмигнул, улыбнулся и вышел.

Дэвис удивленно таращился на друзей.

– О чём он говорил? – ткнул пальцем в закрывшуюся за врачом дверь. В неоновых глазах непонимание. Вопрос повис в воздухе.

– Привет, – ласковый взгляд карих глаз Вивиан, усмиряет нарастающее раздражение. Батлер рядом с ней. Пожал руку, безвольно лежащую на белой простыне. – Как ты? – устало моргнула глазами, прижалась к своему парню.

Оба выглядят устало. Темные круги под глазами. Волосы блондина всегда идеально уложенные, в полном беспорядке. На щеки подружки слегка осыпалась тушь. Губы бледные без постоянной помады. Ребекка на их фоне просто красотка, но присмотревшись заметны замаскированные косметикой следы волнения.

Смущенно смотрит на друзей. Не хотел доставлять им кучу проблем.

– Как дела чувак? – Брюс напомнил о своем присутствии.

– Нормально, – неуверенно пожал плечами, – голова вот только...

– Да с головой стоит быть осторожней, тем более с так... – задохнулся, получив толчок локтем в грудь от Вивиан, и строгий взгляд.

– Макс, – солистка шоу присела на край кровати.

– Не надо, Ви, – сейчас самое время выразить признательность друзьям, – я доставил вам массу хлопот...

– Не об этом, Дэвис, – оборвала, укоризненно смотря на молодого мужчину, – ты должен сообщить в полицию.

– Пожалуйста, Вивиан, не вмешивайся в это дерьмо, – недовольно закатил глаза. – Пообещайте мне, что никто из вас не полезет в это дело, – ждал согласия. Парень и девушки молчали. – Я знал чем все может закончиться, но моя самодеятельность подвела. Сам во всем виноват, – обвел взглядом притихших друзей. Они знали о фотографиях. Он уверен. – Пожалуйста, – с мольбой, – давайте забудет о случившемся, – недоверие в трех парах глаз. – Обещаю, больше никаких сомнительных девиц и предложений, – торопливо закончил неприятный разговор.