Щуки в море

Ворон Ярослав Васильевич

* * *

— Давайте к нам? — предложил Лёня. — Мама фаршированный перец обещала и печенье. Белк, твоя бабушка дома?

— Сегодня нет. Давай пойдём к тебе, — аккуратную и рассудительную Белку, которая к тому же всегда могла призвать Нату, мама с бабушкой не боялись оставлять одну дома, но зачем быть одной, когда можно пойти в гости?

— Турик! Белочка! — обрадованно встретила их нарядная Оксана — теперь она изо всех сил старалась не ходить распустёхой даже дома. — Заходите, у меня всё готово!

— Что в школе? —

ненавязчиво поинтересовался Страж Вихрей, когда они пообедали и Белка принялась азартно лакомиться печеньем — девочка очень любила сладкое.

— Две пятёрки, — доложил Лёня. — И Манту всем делали, только я в туалете спрятался.

— Леонид, ты что, так и будешь всё время прятаться? — Артур недовольно взглянул на ученика. — Это не выход, поверь! Кси, что ты ему отказ не напишешь?

— А можно? — не поверила Оксана. — Это же не прививка.

— От всего можно, — подтвердил Страж Вихрей. — А от таких средневековых тестов — даже нужно.

— У нас теперь нельзя, — возразила Белка, продолжая жевать печенье. — Ты спрятался, а Ксюша не смогла! — она с печальной укоризной посмотрела на мальчика.

— Какая Ксюша? — встревожилась Оксана. — Златова, из вашего класса? — она повернулась к сыну.

— Ага, — выдавил из себя Лёня. — Она сказала, что у неё отказ, а медсестра говорит: «Я никаких таких отказов не видела!» И тащит её к себе. Она даже вырвалась, побежала по коридору, но её дядя Миша поймал.

— Знаю я Мишу этого, — женщина слегка удивилась. — Не злой же вроде человек?

«Не злой», — мысленно согласился Артур, уже знавший, что произошло утром в школе. — «Он просто услужливый дурак, который, как известно, опаснее врага».[10]

— Ну, дядя Миша её держит, спрашивает — в чём дело? А медсестра ему кричит: «Несите её в медпункт, она укол делать не хочет!» Он и потащил, — изложила Белка.

— А вы где были? — Страж Вихрей резко развернулся к детям. — Один в туалете прячется, другая спокойно смотрит — не её же класс штампуют! Почему меня не призвали?

— Ой… Я Нату хотела… — Белка виновато спрятала глаза.

— Не сообразил… — прошептал весь красный от стыда Лёня.

— Ладно, — вздохнул Артур. — Не ругать же вас в таком возрасте за то, что против Его Взрослого Величества пойти не осмелились! Хоть не подумали «значит, так надо», и то хорошо.

Но тут взорвалась уже Оксана:

— Трясця його матері![11] А завтра он Белочку так же потащит? Я этому «дяде Мише» покажу, что такое рассерженная хохлушка! Турик, ухваты где-нибудь продаются?

— Кси, ты что, сковородкой не обойдёшься? — Страж Вихрей иронично поднял бровь. — С этим дураком и по закону разобраться можно. Кирилл, насколько я помню, адвокат?

— А толку? «По закону» — это Ксюшина мама должна, а я её знаю — такая овца!.. — поморщившись, женщина всё-таки взяла мобильник и позвонила бывшему мужу, который, впрочем, с недавних пор вновь стал уже не совсем бывшим.

* * *

В окрестностях

Касамы, где строилась кузница, снег должен был выпасть только через месяц, но пятерым мужчинам и одной женщине, делавшим кирпичи, медлить всё равно не стоило. Снова и снова ложилась на лист железа собранная из толстых досок решётка, её ячейки плотно набивались хорошо размятой глиной, Роман подогревал глину взглядом, слегка подсушивая, и молодая магиня Альсинна, ученица Летраля, делала решётку совсем лёгкой, чтобы Паланир с Нилармахом могли быстро поднять её, оставляя на листе несколько рядков кирпичей, которые ещё раз подсушивались и затем отправлялись в грубо сработанную печь.

— Рано темнеть начало, — Паланир озабоченно посмотрел на небо. — Всё, последние обжигаем! Марди, не месите больше глину!

— Завтра продолжим? — отозвался Мардон, работавший в паре с Виктором.

— Да вот не знаю, может, хватит уже? — Паланир задумчиво озирал длинные штабеля готовых кирпичей. — Нисси! — позвал он. — Ты считала, сколько уже кирпичей и сколько их нужно?

— Да, — подошла Танисса, держа в руке листок с расчётами. — Получается, что уже хватит с запасом.

— С каким запасом? — спросил Нилармах. — Кирпич же в кузнице не только на стены нужен.

— Примерно треть сверху, — девочка ещё раз заглянула в свои записи.

— Дай посмотрю, — протянул руку Виктор. — Вроде правильно, — Танисса пользовалась земными цифрами, и он без труда сравнил два числа и ещё раз проверил чертёж кузницы и расчёты.

— Как раз камень завтра должны привезти, — вспомнил Паланир. — Шабаш! С утра копаем яму под фундамент. О-ханисет, вы сразу на Симелан, что ли? Хоть бы поужинали с нами.

— Немного позже, — ответил Виктор. — Пока очень плохо по-вашему говорим. И помыться надо, — он был весь в глине, да и Роман не намного чище.

— Ладно, — крестьянин понимающе кивнул. — Ханисетль Альсинна, а ты?

— А я — да, — приняла приглашение магиня. — И заночую у вас, а то темно уже. Я же не Лесная Сестра, появляться не умею!

* * *

— Оксана, что случилось? — вернувшаяся с работы Кристина первым делом зашла за Белкой. — Шипишь, как сердитая кошка, и поза примерно такая же.

— Что случилось, спрашиваешь? Беспредельщики в нашей школе завелись, вот что случилось! — Оксана оглянулась на закрытую дверь, за которой Лёня с Белкой делали уроки, и, не особо стесняясь в выражениях, обрисовала ситуацию.

— Господи! — побледнела Кристина. — Я ведь Белке тоже отказ писала!

— Да вертели они все эти отказы!.. И главное, не боятся ничего — «ой, ну сделала укольчик, ну что же теперь?» — подруга изобразила советскую врачиху. — Я Кирилла вот жду — может быть, хоть охранника убрать получится! И ты не отмалчивайся! Наши дети в ту же школу ходят, а там этот придурок сидеть будет?!

— Ну ты, мать, даёшь! — несмотря на весь трагизм ситуации, Кристина рассмеялась. — Он у тебя что, киллер по совместительству? — она тоже знала, что Кирилл был адвокатом.