Считайте это капризом…
Шрифт:
— Сегодня? — Заглянула в свои бумаги и заметила вскользь:
— По путевке у вас еще неделя… Впрочем, ваше дело. А от меня вы чего хотите?
Марина пожала плечами:
— Просто хочу поставить вас в известность, чтобы не было недоразумений…
У нее язык чесался добавить: «Чтобы вы заранее пересчитали простыни и полотенца», но она промолчала. Ящерка, конечно, была неприятной особой, по странной иронии судьбы, чем-то напоминающей ей Валентину Коромыслову (не внешне, а какой-то едва уловимой подлянкой в зеленых кошачьих глазах), но заводиться из-за пустяков Марине не хотелось. Поэтому она просто повернулась и пошла в номер переодеваться:
— Во сколько ваш поезд? — неожиданно окликнула ее Ящерка.
— В девятнадцать сорок, — отозвалась Марина, закрывая за собой дверь комнаты.
— Уезжаешь? Сегодня? — Гала буквально остолбенела. — У тебя же еще неделя! — Она спрятала в пляжную сумку десятку, которую ей вернула Марина.
Марина ничего не ответила, только задумчиво посмотрела на море, тихое и безмятежное. Разумеется, в поле ее зрения снова попал ресторан «Прибой», но она отнеслась к этому факту без прежнего трепета. Все, все, теперь ее это не касалось. Сегодня она уедет, уедет домой, в Москву.
— Ну и напрасно, — Гала перевернулась на живот, — ты ведь, считай, не загорела. Что там у тебя стряслось? — И добавила со значением:
— Я утром погоду слушала: в Москве дожди, между прочим.
— Я хочу домой, я просто хочу домой, — выдохнула Марина, которая мечтала о московских дождях почти как о манне небесной.
Она лениво проследила за пляжным фотографом с верблюдом, за последние дни исхудавшим еще сильнее.
— Этот бедняга скоро протянет ноги, — тоже посочувствовала верблюду Гала, как будто не она еще несколько дней назад взбиралась ему на спину.
Марина же осталась совершенно равнодушной к безрадостной участи верблюда, так сильно ее мысли были заняты скорым возвращением в Москву. Можно сказать, она уже была дома, по крайней мере наполовину, поэтому все происходящее вокруг ее совершенно не касалось. Если бы еще ей удалось выбросить из головы то, что она узнала от Машки, совсем было бы замечательно. Но забыть о серебряной зажигалке ей не удавалось. К величайшему Марининому сожалению. И зачем она только вытягивала из Машки эту историю? К тому же буквально с риском для жизни! Ведь еще утром она клялась себе, что не будет забивать себе голову чужими проблемами! Куда там! Ее опять несло, что называется, во все тяжкие.
Да, может, эта Машка вообще наплела ей всяких басен, и никакой зажигалки у нее и близко не было! Впрочем, более чем сомнительно, чтобы у этой дурочки достало фантазии на описание зажигалки, не подержи она ее в руках хотя бы минуту. Одно дело зажигалка в виде традиционного четырехугольника, заправленного газом или бензином, из которого с помощью нехитрых манипуляций можно добыть огонька, и совсем другое — рыцарь в доспехах, да еще и с гравировкой на серебряном щите: «Дорогому Юрику в день рождения». Так что подобрала ли Машка зажигалку на пляже, или стащила у кого-то — в руках она ее, несомненно, держала. У этой дурочки просто не хватило бы воображения, чтобы такое придумать.
Да-а, это был очень серьезный повод для того, чтобы как следует пошевелить извилиной. Поэтому Марина отошла подальше от Галы, имеющей привычку приставать с просьбами и глупыми вопросами», и приземлилась у самой кромки моря, где возились малыши, вырывшие в песке отдельный
А может, это все-таки какая-то другая зажигалка, а вовсе не та, о которой рассказывала Полина Коромыслова и которую Валентина некогда подарила своему погибшему возлюбленному? Мало ли на свете похожих вещей! А надпись, надпись! «Дорогому Юрику…» и так далее? Но и Юрий не такое уж редкое имя. И все-таки это не совпадение, не совпадение! И что тогда? Тогда остается только одно объяснение: зажигалка, найденная или украденная Машкой, прежде находилась в руках убийцы. Убийцы возлюбленного Валентины Коромысловой, который три года назад отправился с приятелями в Китай, да так и не добрался, потому что по дороге в аэропорт их убили! В этом месте Марина заставила себя сделать передышку, уж очень складно и одновременно невероятно выглядела ее догадка. Прямо как в кино! Чтобы усмирить сердцебиение, вызванное повышенной концентрацией адреналина в крови, она попрактиковала на себе нечто вроде дыхательной гимнастики, чередуя глубокие вдохи с глубокими выдохами. Потом снова взялась за логические умопостроения, фундаментом которых была злополучная зажигалка в виде серебряного рыцаря.
Допустим, сказала себе Марина, зажигалка каким-то образом попала к Машке, а уж потом — на глаза Валентине Коромысловой. Можно себе вообразить ее реакцию! Конечно, она сразу же заинтересовалась, откуда у Машки серебряный рыцарь, и, вероятнее всего, простоватой куртизанке в ходе пристрастных допросов не удалось отделаться общими фразами. Таким образом, Валентина взяла след предполагаемого убийцы ее возлюбленного и уж наверняка не выпустила его из виду. Только, к сожалению, ее расследование привело к очень печальным результатам. Убийца расправился и с ней, обставив свое Очередное преступление как несчастный случай. И все, все в это поверили!
Он убил Валентину, вернул себе неопровержимую улику — серебряного рыцаря. Дальше, дальше… А что с фотографом? Ну, тут давно ясно. Валентина увидела убийцу впервые, когда фотографировалась на пляже, к тому же так случилось, что он попал в кадр… Потом он каким-то образом про это узнал и расправился с фотографом. По той же самой причине он рылся в Марининых вещах, похитил ее сумку… (Непонятную историю отъезда Полины Коромысловой Марина пока оставила за скобками.) В одном она теперь не сомневалась: все вышеперечисленное — дело рук одного человека, и этот человек, этот человек… каперанг, который дарил ей цветы, водил в ресторан и с которым, с которым… Вот об этом лучше не думать, потому что на ум приходит дурацкий заголовок из бульварной газеты: «В постели с убийцей».
А если… Если все не так и о серебряном рыцаре Машке рассказала Валентина, как самой Марине ее сестра Полина? Пожалуй, полностью исключить такое предположение нельзя, но тогда… тогда это означало бы, что Машка сознательно переключала ее внимание с одного предмета на другой, как бы уводила в сторону, специально подсовывая историю с серебряным рыцарем, которого в действительности ни Машка, ни Валентина не видели. Впрочем, для этого нужно иметь мозги получше, чем у Машки… А если она все-таки связана с убийцей и попросту повторяла то, чему он ее научил? Правда, и здесь тоже был один маленький, но важный нюанс: