Щит Спэрроу

Перри Девни

Планирование моего ухода могло подождать. Если все, включая меня, оставят ее, еще один день, проведенный вместе, не помешает.

— Доброе утро, звездочка. — Я присела на корточки и заправила прядь шелковистых каштановых волос ей за ухо. — Как ты сегодня?

Она пожала плечами.

— Мне немного грустно.

— Потому что папа уезжает?

— Да.

Эви, как и почти все жители Каландры, верила, что я замужем за Завьером. Я надеялась, что когда-нибудь смогу рассказать ей правду. Что мы с Рэнсомом сможем быть самими

собой с его сестрой. Но пока нет.

— Хочешь поиграть с Фэйзом? — спросила я ее.

Она снова пожала плечами.

— Или мы могли бы поиграть в игру. Луэллы все еще нет, а Кэтлин сказала, что мне сегодня не нужно делать уроки.

— Повезло.

После признания Луэллы Рэнсому, она снова уехала их Эллдера, оставив Эви на попечение Завьера, Кэтлин и няни.

Подошел Фэйз, ткнулся носом в руку Эви, как домашний питомец.

Я заключила его в объятия и прикрыла ладонью глаза.

— Играем в прятки? Готова приступить к игре.

Хихиканья Эви было достаточно, чтобы разогнать несколько грозовых туч, нависших над моим сердцем. Стук ее ботинок по дорожке становился все более отдаленным, когда она сбежала по лестнице.

Я прищелкнула пальцами, украдкой взглянув на Фэйза, а затем поцеловала его в лоб.

— Иди, найди ее для меня.

Он бросился прочь, размахивая хвостом, и побежал к лестнице.

Эти монстры…

Мы не понимали их, не так ли? Они были больше, чем животные. Больше, чем звери. Они действительно обладали магией. Фэйз был всего лишь младенцем, но я постоянно удивлялась тому, как много он понимал. Не только команды, но и настроения. Временами он смотрел на меня, и мне казалось, что он точно знает, что я чувствую.

Радость. Гнев. Боль в сердце.

Как будто он хотел что-то сказать, но, что бы это ни было, мы говорили на разных языках.

Я бросилась за ним и обнаружила, что он ждет меня у двери, через которую, должно быть, вышла Эви на первом этаже.

Когда во время своих поисков я наткнулась на няню Эви, я пообещала подменить ее на весь день, и она была более чем счастлива, что ее отпустили. Когда она ушла в свои покои, я последовала за Фэйзом, который бродил по дому, пробираясь по пустым комнатам, принюхиваясь и задерживаясь в нескольких местах, которые Эви, должно быть, сочла недостойными укрытия.

Он толкнул полуприкрытую дверь и вошел в комнату, которую я раньше не видела. Это были покои, похожие на мои наверху, с гостиной и обеденным столом. За другой дверью были ванная и спальня, оформленные так же, как и весь остальной дом. Настеленные деревянные полы. Толстые тканые ковры насыщенных бордовых, оливковых и шоколадных оттенков. Стеганые одеяла тех же оттенков.

Мои комнаты в Куэнтисе были белыми, кремовыми, бежевыми и серыми. Чистые и аккуратные. Но мне больше нравилась эта жизнь в ярких красках.

Фэйз забрался под кровать, и когда он нашел ее, она издала еще один музыкальный взрыв смеха.

Я опустилась на

четвереньки.

— Попалась.

— Ты жульничала! — Она выбралась из-под кровати и встала, уперев руки в бока. — На этот раз Фэйз пойдет со мной.

— Договорились. — Я положила руку ей на плечо, прежде чем она успела убежать. — Подожди. Чьи это покои?

— Луэллы.

— Ааа. А тебе можно сюда?

— Нет. — Она улыбнулась и поманила меня пальцем, чтобы я подставила ей ухо. — Хочешь кое-что увидеть?

— Всегда.

Она схватила меня за руку и тянула до тех пор, пока я не свалилась с ног и не последовала за ней к стене за кроватью. Она отпустила меня, чтобы отодвинуть прикроватную тумбочку, медленно отодвигая ее с нашего пути. Затем она уперлась руками в стену и изо всех сил оттолкнулась, кряхтя, когда уперлась каблуками.

— Эви, что ты…

Стена треснула.

— Ого.

Эви ухмыльнулась, чему она явно научилась у Рэнсома, и толкнула дверь пошире. Она приложила палец к губам и переступила порог.

— Это секретное место.

— Неужели? — Я взяла фонарь с прикроватного столика и зажгла пламя. Затем, держа его в темноте, я последовала за Эви вниз по лестнице.

Воздух был сухим, температура понижалась с каждым шагом. После десятого я начала считать. Пятнадцать. Двадцать. Мы шли все дальше и дальше, запахи земли и пыли щекотали мне нос, пока мы не добрались до самого низа. Свет фонаря скользил по деревянным стенам комнаты.

Помещение представляло собой большой прямоугольник с четырьмя раскладушками вдоль одной стены и полками вдоль другой. Полки для припасов. Полки для продуктов.

Погреб для хранения вещей.

В Куэнтисе тоже были такие комнаты. Комнаты, где люди могли укрыться на максимально возможное время. И, как и в Куэнтисе, часто входы были скрыты.

В подвалах, подобных этому, запасы продовольствия распределялись по нормам. Выделено ровно для того количества людей, которое намеревалось использовать эту комнату. Но миграция приводила не только к гибели людей из-за кризиса.

Люди готовы были убивать за эти комнаты. Из-за еды и безопасности, которые они обеспечивали.

Я не проверила, когда мы начали спускаться по лестнице, но, вероятно, на той потайной двери был замок. Чтобы не впускать людей внутрь. Чтобы не пускать людей снаружи.

Эви подошла к полкам, проводя пальцами по корешкам книг, небрежно расставленных рядами и стопками. В нижнем ряду, под книгами, в беспорядке были сложены безделушки и свитки.

— Это из подземелья, — сказала я. — Это то, что осталось.

Луэлла расчистила подземелье и перенесла все сюда.

— Да. — Взгляд Эви скользнул поверх моего плеча, словно она проверяла, не подслушивает ли кто-нибудь. — Она не знает, что я видела, как она принесла их сюда, но однажды ночью, когда я должна была спать, я услышала какие-то звуки и пришла посмотреть, что она делает.