Счетовод
Шрифт:
– Понимаю, – согласился Хью.
– Ладно, спасибо за помощь, но не могли бы еще раз проверить по вашим спискам и связаться со мной по этому телефону, – КК продиктовал номер.
– Непременно, – ответил Хью, понимая, что забыл про списки и что там действительно надо было бы посмотреть… и может даже подправить.
– Спасибо за помощь, – ответил КК и положил трубку.
Хью вытер испарину со лба и посмотрел на часы. Прошло менее пяти минут, хотя Хью казалось, что он провел в кабинете профессора вечность. Хью выдохнул, вроде все нормально.
Хью открыл соответствующую папку. Какое счастье, что профессор перед отпуском на всякий случай показал Хью, где что лежит! Пролистав записи, Хью нашел последние поступления трупов и их подробное описание – чье тело, дата смерти, причина смерти, откуда привезли тело и прочая важная информация.
Проглядев записи несколько раз, Хью удивился, что ничего похожего на найденный ими труп, в папке не было. Хью перепроверил более тщательно, не поленился пролистать на три месяца назад, но ничего о мужчине средних лет с соответствующими признаками не нашел. Выглядело так, будто этот труп им подбросили. Не зайди они вчера с Лори ночью в морг, студенты благополучно бы растерзали это тело, и его тихо бы похоронили на больничном кладбище под неизвестным номером. Хью был шокирован. Похоже, что они действительно обнаружили преступление, которое кто-то мастерски пытался скрыть.
Иными словами, все, что они сделали, было со всех точек зрения правильно. Они поспособствовали установлению справедливости – на сердце у Хью стало теплее. Кроме того, теперь они с Лори вообще вне подозрений, ведь судя по документам, из анатомического театра ничего не пропадало. Волнение почти совсем улеглось, и Хью вышел из кабинета профессора и отправился через сквер домой. Ужасно хотелось спать.
– Фуф! Наконец-то мы дома!
– Не могу поверить, что мы это сделали! – Лори рухнул на диван и положил ноги на кофейный столик.
– Погоди, надо тут навести порядок! – сказал Хью, собирая какие-то банки, скотч и шприцы, валявшиеся около дивана.
– Брось, тут нас никто не найдет.
– Надеюсь, нас никто не видел…
– Ага! – Лори потянулся за сигаретой. – Последняя, после пережитого стресса – можно.
– Ладно, кури, только открой окно… тут вообще надо проветрить. Вся комната в формальдегиде…
– Как думаешь, что будет, когда его найдут? – спросил Лори.
– Вызовут полицию, а какие варианты, – ответил Хью. – А этого мы и хотели. Главное, чтоб они не поняли, что это мы…
– Главное, не хотелось бы, чтоб они решили, что это мы его….
– Да уж… но там в принципе понятно, что и как… да и какой у нас мотив, мы даже не знаем, кто он.
– Зато знаем, что его отравили, – сказал Лори, – потому что ты гениальный врачище!
– Что ты несешь? Это любой бы студент заметил… Странно все-таки, что никто не обратил внимание…
– Значит не любой студент! А как минимум внимательный интерн! – рассмеялся Лори.
– Точно! – донесся из кухни голос Хью, – хочешь кофе? Или чего покрепче?
– Мысль хорошая, но мне надо б домой, – я ж сейчас снова у родителей живу. – Хочу первым поездом.
– Тогда
– Да, давай!
Через час Лори сидел в пустом вагоне поезда. Ему повезло, состав был современным – с увеличенным расстоянием между креслами – для ног. Ехать предстояло почти четыре часа, и возможность сидеть удобно была немаловажной.
Поезд около пятнадцати минут постоял с открытыми дверями, потом тронулся, так и не дождавшись пассажиров – а чего еще можно хотеть ранним утром в будний день летом в полупустом городе.
Лори устроился удобнее и откинул голову на спинку высокого сидения. За окном медленно двигалась, исчезая из виду, футуристичная платформа МК2 с ее стилизованными скамейками и автоматами с напитками. Перед глазами Лори под звук набирающего силу кондиционера заново проходили невероятные события последних двух суток.
Он вспомнил, как они ночью через окно забрались в лабораторную в подвале университетской больницы. Медицинский факультет недавно переехал в новое здание в МК2, и теперь вход во многие помещения факультета осложнялся множеством контрольных пунктов, магнитных карточек и пропусков. Если бы Хью, уходя вечером, не оставил в лабораторной открытое окно, ничего бы не получилось.
Лори вспоминал ночные события и никак не мог поверить, что все это был не фильм, а происходило на самом деле, и даже не с кем-нибудь из друзей, а с ним самим. Они с Хью забрались в здание тайным путем, надели халаты, как будто они ночные сотрудники морга. Прошли по пропуску Хью на кафедру патанатомии. Особенно нервно было проходить мимо ночных охранников. Пришлось имитировать оживленную беседу и размахивать взятыми в лабораторной планшетами с записями.
Наконец, они добрались до морга. Там, как и было обещано, Лори чуть было не потерял сознание при виде мертвых двух тел, ожидающих своего часа на холодных металлических столах-каталках.
Пока Хью рылся в картах, чтобы отыскать труп с опухолью, на которую, по его словам, «было бы интересно смотреть», Лори, преодолевая природный страх, осматривался, давая волю своему любопытству.
Когда Хью нашел, что искал, Лори был шокирован. Ничего более странного, пугающего и одновременно притягивающего, чем раковая опухоль, он никогда не видел. Он буквально замер, склонившись над этим странным зрелищем, пытаясь разглядеть каждую деталь, каждый изгиб, каждое наслоение.
Хью мог понять, что так увлекло Лори, и потому терпеливо ждал, когда тот насмотрится. Когда Лори стал делать наброски в блокноте, Хью даже рассмеялся.
– Ты как на девушку голую смотришь, честное слово!
Лори же был полностью погружен в воссоздание на бумаге увиденного, и даже не заметил, как Хью, решив не терять время, стал подготавливать трупы для утренних студентов. Все равно мне нужно было б раньше прийти, чтоб это сделать, так сделаю сейчас…
Казалось, что отвлечь Лори от опухоли было невозможно, но Хью это удалось.
– Ух ты, смотри, – сказал он, – Лори, иди сюда, смотри – этот труп – явно отравление.