Щепотка перца в манной каше
Шрифт:
Вова с Македоном, выйдя из воды, с интересом наблюдали за моими действиями. Когда лист раскалился, я взял пакет с мидиями и вывалил его содержимое на железную поверхность. Зашипело. Через несколько минут раковины стали открываться. Я взял одну из них, извлек моллюска, удивительно похожего на женский половой орган. В теле моллюска торчал пучок крепких волокон, ими он цепляется за камни. Эти волокна я удалил.
— Вот это и есть мидия, — сообщил я товарищам.
— Так прямо и есть ее? — недоверчиво осведомился Завгородний.
— Именно так, в натуральном виде, на — попробуй.
Вова раскрыл свою
— Очень кстати вкусные, остренькие, — прокомментировал Завгородний.
Македон тоже потянул руки к еде.
— Немного терпения, блюдо еще не совсем готово. Необходим последний штрих, — остановил я его.
На раскаленном железном листе находились уже полностью раскрывшиеся раковины мидий. Я вытащил из сумки лимон, разрезал его пополам и выдавил сок на моллюски, стараясь попадать между створок непосредственно на мясо.
— Вот теперь, Саня, разливай вино и начнем наслаждаться тонким вкусом деликатесного морепродукта, — сказал я и присел на камень.
Вино мгновенно оказалось в стаканах, купленный в Симферополе лаваш порван на крупные аппетитные куски. Дымится огромное блюдо мидий, щедро сдобренных лимонным соком. Вот это праздник жизни, господа!
После трапезы мы отправились вновь принимать морские ванны. Вода — двадцать восемь градусов по Цельсию. Сказка! Только ради этого чудесного вечера стоило пролететь полторы тысячи километров, а ведь мы еще и заработаем попутно. До чего же приятно быть авантюристом!
Ночевать пошли в ботанический сад, на пляже к утру станет довольно холодно. Расположились мы на аккуратно постриженной траве, под сенью могучего столетнего эвкалипта. Дурманящие, пряные запахи южных растений усилили воздействие алкоголя и погрузили нас в здоровый, освежающий сон.
Утром мы встали с первыми лучами солнца. Мы — это я и Вова, Македонский в это время уже обследовал экспонаты ботанического сада. Когда он спит-то? Непонятно. Чувствовали мы себя великолепно. Вот что значит натуральное вино — не было даже следов похмелья. После трех литров питерского портвейна головы наши лопались бы от боли.
Мы умылись в фонтане и пошли в цветочный магазин, где заплатили причитающуюся сумму за партию кактусов, подготовленную уже к транспортировке на север. Получив кассовый ордер, мы направились в питомник. У входа нас уже встречал вчерашний ботаник. Вид у него был помятый, как будто это он спал под деревом, а не мы. Они с Македонским отошли в сторону, зашуршали накладными, полиглот Урмац опять заговорил на латыни, освоенной им сутки назад.
Деловой Александр заодно договорился с начальником кактусов, что нам как крупным покупателям будет предоставлен микроавтобус, который доставит нас к троллейбусу, следующему в Симферополь.
В Симферополе мы сдали наши огромные коробки в камеру хранения на вокзале и собрались прогуляться, посмотреть город.
Столица Крыма — типичный провинциальный город, особенных достопримечательностей не имеет. Поэтому, бегло осмотрев окрестности вокзала, мы решили детально изучить только один городской объект, а именно — базар. Я, например, попадая в новый населенный пункт, начинаю знакомство с ним именно с базара. В любом городе это самое интересное, эмоционально насыщенное
Мы начали осмотр с экспозиции, отражающей животный мир Крыма. Рыба множества сортов, приготовленная различными способами: горячего и холодного копчения, соленая, вяленая, сушеная, просто сырая — свежайшая, с ярко-красными жабрами. Щука, лещ, карп, толстолобик, линь — это пресноводные. Морских обитателей тоже было предостаточно — бычки, камбала, кефаль, ставрида, катраны.
Были раки. Зеленые — живые еще, ярко-красные — уже отваренные. Местные раки значительно крупнее своих северных братьев, которых мы ловили в Ухошино.
Мясные ряды ломились: свинина, говядина, баранина. Отдельно продавались тушки кроликов. Птица — любая: индейки, гуси, куры, утки. Их яйца. Пчеловоды навезли меда всяких разновидностей. В сотах и без них. Торговцы молочными продуктами тоже не подкачали, выставили полный ассортимент — молоко, сливки, сметана, творог, сыр. Процент жирности на выбор.
Дальше растительный мир Крымского полуострова. Ну, тут вообще обалдеть можно было от разнообразия. Овощей и фруктов были навалены горы, все это просто лопалось от сока. Вокруг летали полчища пчел и диких ос. Симферополь все-таки южный город, здесь растет все. Странно было бы обнаружить на местном базаре только лук и картошку с морковкой.
После покупки кактусов у нас еще осталась куча денег, наличных мы взяли с собой с большим запасом. Ходить по рынку, имея в кармане внушительную пачку купюр, и осознавать, что можешь купить все, что твоей душе угодно, не задумываясь о ценах — это, согласитесь, большое удовольствие. Ощущаешь комплекс собственной полноценности.
Ехать нам до Питера долго, нужно было обеспечиться всем необходимым, чтобы комфортно чувствовать себя в дороге. Мы накупили массу еды, естественно, взяли водочки. Скоро наш поезд, пора на вокзал. Мы заранее забронировали четыре билета, чтобы купе было в нашем распоряжении целиком.
Во время посадки к нам подошли местные менты, которых заинтересовали наши объемные коробки. Потребовали предъявить документы и выразили желание посмотреть содержимое. Открыли мы одну коробку. Ну да, кактусы, как и записано в накладных.
— Зачем они вам? — удивленно поинтересовался старший из «мусоров».
Лучше бы он не спрашивал. Македон вывалил на стражей порядка чудовищный объем информации о пользе кактусов и о себе, смелом ботанике-экспериментаторе. По его словам, с данными растениями будет проведена серия опытов на генном уровне. Цель — выведение северных, морозоустойчивых кактусов. Менты не отличаются сильно развитым интеллектом, руководствуются в основном рефлексами, как собачка Павлова. Взять — любимая команда. А что с ботаников возьмешь? Кактусы что ли? О том, кому и для чего могут понадобиться морозоустойчивые кактусы, менты не спросили.