Счастливчик

Костин Сергей

Потом минуты две она старательно от меня отбивалась.

– Чат… Я совершенно не это имела в виду. – Янина отрывала от себя мои руки и шипела на ухо. – Ну пожа­луйста.

– Ну ладно… – Я неохотно успокоился, но, подчиня­ясь Янине, продолжал разговаривать шепотом. – Что ты хочешь?

– Послушай… Давай предположим, что на втором ко­рабле—двойнике нахожусь только я. Это справедливо. Ведь твой… твое отражение осталось на планете. И, наверное, не стоит показывать, что здесь сидишь ты. А?

Можно подумать, что ребята на катерах не в курсе про­исходящих событий. Раз сумела

спастись девчонка, то куда девался мужик? Я то есть. Ну да ладно. Мне придется сде­лать всего ничего. Передать право первой приветственной речи спутнице.

– Валяй.

– Я – «Дикая утка»… Я – «Дикая утка»…

На этом красноречие Янины закончилась и она вопро­сительно уставилась на меня. Надо помогать. Шепотом и в кулачок.

– Прием.

Янина старательно повторила:

– Прием! – И снова на меня. Я пожал плечами. Не совсем представляю, что в подобных случаях нужно гово­рить.

Все исторические события, происходящие в истории человечества, происходят по вине случая. В нашем деле волю случая олицетворял ворвавшийся во главе абордажной команды на капитанский мостик хозяин корабля. С крика­ми, не оставляющими надежды на мирное продолжение наших с Яниной жизней, он бросился на меня. Следом – толпа разъяренных членов команды. Одна половина в мою сторону. Вторая, не менее малочисленная, на Янину.

Я ожидал чего угодно. Но освобождения от пут коман­ды? Этого нам как раз и не хватало.

От неожиданности… Стоп. Это я вру. Ночных Охотни­ков трудно застать врасплох. Лучше будет так. Преследуя вполне определенные тактические цели, я свалился с крес­ла, пропустив над собой летящее тело капитана. И надо же было такому случиться, но основная масса нападающего шлепнулась именно на то место, где несколькими часами раньше побывал юнга. Учитывая разницу в массе и объеме, нетрудно представить, что последовавшие вслед за этим со­бытия ничуть не напоминали той детской игры, что при­шлось совсем недавно нам пережить.

Космический грузовой, дернувшись кормовой частью и выплюнув изрядную порцию инерционного топлива из дюз, рванулся вперед.

Любому из присутствующих стало понятно, что при та­ком разгоне и таком скоплении вокруг «Дикой утки» ко­раблей ничего хорошего ждать не приходится. Все, кто не успел зацепиться за выступающие части аппаратуры, оказа­лись размазанными по стенам. Капитана по инерции сдуло с пульта и унесло в услужливо распахнувшиеся двери.

Натяжные ремни оказали хорошую службу, вернув меня на место. Но только для того, чтобы я мог видеть стреми­тельное приближение рванувшегося к нам навстречу наше­го отображения.

Янина вопила. Команда, вернее, те, кто мог восприни­мать реальность, истошно кричали. Двигатели натужно ре­вели.

Только я, Ночной Охотник, оставался нем словно рыба. И то только потому, что во время падения сильно прикусил язык и любое движение во рту напоминало недовольное ворчание раков в кипятке. В этом имелись и свои плюсы. Например, в относительной внутренней тишине подумать о том, что нас ожидает. Ничего хорошего.

Вторая, зеркальная, «Утка» мчалась нам навстречу. Ок­ружающие нас флоты, узрев надвигающуюся космическую катастрофу в панике, но, продолжая

сохранять зеркальное отображение, бросались в бега. С их—то ускорителями и мощ­ными навигационными системами смыться, не задев нико­го, пара пустяков. Не то что мы. Чертов капитан. Не сиде­лось ему в трюме.

До столкновения и именно самого взрыва оставалось чуть менее полминуты. Даже если, что абсолютно неве­роятно, корабль успеет справиться с безобразиями, мы врежемся друг в друга по инерции. И нас ничто не может спасти.

Оставалось только попрощаться с близкими людьми.

Янина. Сколько раз я смотрел за последнее время в эти глаза? Сколько раз целовал эти губы? И все равно. Как мало.

– Это все?

Я улыбнулся. Чуть—чуть. Уголками губ. Как умеют толь­ко улыбаться Ночные Охотники из моего клана. И ответом мне была улыбка. Такая, как могут улыбаться только самки из клана подземных жителей. Как Росси.

– Я уважаю тебя.

– Я уважаю тебя.

Темная громадина корабля заслонила экран и рухнула на нас…

Не произошло ровным счетом ничего. Или – почти ни­чего. Разве можно считать особенным событием то, что два корабля, словно гигантские дельфины, встретившиеся в море, изогнулись под действием невообразимой силы, развернулись на девяносто градусов в одну сторону, сопри­коснулись, прилипли к друг к другу и рванули, подгоняе­мые двойным усилием спевшихся двигателей, в сторону ярко блестящих звезд.

– Ах… – Никто не осудит женщину, даже если она Охотница, за то, что вместо загробного мира встречаешь вновь надоевшие лица. Пусть девочка побудет без созна­ния. Так даже лучше.

– Капитан!..

Что—то новенькое. Пришедшие в себя члены команды смотрели на меня глазами толпы, которая ожидает чуда. Раньше бы такими умненькими были. А какой прок сейчас.

– Всем молчать. Не паниковать. Я думать стану. Странно, но все выполнили то, что я приказал. Затихли, ожидая решения.

Что мы имеем? Необъяснимое явление спаривания двух зеркальных кораблей. По всем правилам они должны были давно рассыпаться на молекулы и рассеяться в космосе. Это­го не произошло. Значит, действуют какие—то законы, пре­пятствующие этому. Примем как должное. Дальше. Мы мчимся. Набирая скорость. В одну сторону. Что тоже про­тиворечит здравому смыслу. По неписаным правилам зер­кальных вселенных мы должны бы разлетаться… А тут… Ладно. Что еще? Ага. Два флота успели очухаться и теперь преследуют нас параллельными курсами. Не нагоняя, но и не отставая.

Вывод. Только один. Мы все еще движемся вдоль зер­кальной границы. А вернее сказать так – вдоль зеркально­го отображения зеркальной границы. Сам знаю, что бред, но другого объяснения внутри головы не существует.

Наши действия?

– Слушать мою команду. Через несколько минут ко­рабль взорвется. Всей команде занять место в трюмах. Че­рез десять минут я задраиваю все переходы и отцепляю кон­тейнерные отсеки. Вас подберут следующие за нами кораб­ли. При погрузке соблюдать…

Я даже не успел закончить. Команда ломанулась вон. Словно ее преследовала стая загробных монстров. Через пят­надцать минут я выполнил то, что задумал, – отсоединил грузовые отсеки.