Счастье
Шрифт:
Глава 18
Следующий, праздничный уик-энд означал для них всех настоящее возвращение домой. Рядом с бассейном, как всегда, жарилось на жаровне мясо, дети пригласили друзей, приехали отец Оливера с Маргарет. Они привезли печенье, всякие вкусности, хлеб домашней выпечки и собаку. На сей раз Оливер их обоих поздравил и разрешил отцу объявить детям о своем бракосочетании. Сначала ребята слегка опешили, но потом решили, что раз дедушка считает это правильным, так оно и есть на самом деле. Даже Дафна приехала и согласилась провести у них весь уикэнд. Только лишь Меган отказалась.
Бенджамин с Сандрой тоже прибыли. Правда, на этот раз ее вид действительно вызывал жалость: лицо распухло, неимоверная полнота мешала ходить. Трудно было представить, что она когда-то была хорошенькой. В сравнении с ней Бенджамин казался тощим и бледным, на нем сказывалась нагрузка двух работ, кроме того, Сандра постоянно хныкала и капризничала – Бен временами был близок к помешательству.
После того как Мел отвела Сандру в дом, где та могла прилечь, Оливер налил старшему сыну пива и внимательно к нему присмотрелся, задавая себе вопрос, осознает ли Бен, что находится на пределе, или будет терпеть и ждать, пока его все это прикончит.
– Ну, как дела, сынок?
– Вроде все о'кей. Скоро придется поменять работу. Заправку закрывают, и меня через пару недель уволят. А в ресторане мало платят. Но у меня уже есть некоторые неплохие наметки, а Сандра говорит, что после родов очень скоро вернется на работу.
Бенджамин старался говорить бодрым тоном, но Оливеру было ясно, что сын серьезно обескуражен, что, впрочем, произошло бы с любым на его месте. В восемнадцать лет ждать ребенка, содержать семнадцатилетнюю псевдожену, работать на двух работах – ни для кого это не было бы примером счастливой жизни, а тем более для Оливера.
– Ты разрешишь мне помочь тебе, пока нас обоих от этого кондрашка не хватила, или будешь упрямиться?
Юноша улыбнулся, он выглядел мудрее и взрослее, чем прежде. За последние несколько месяцев он многому научился, но в тех уроках отнюдь не было ничего легкого или приятного. Оливеру тяжело было видеть сына таким.
– Посмотрим, папа. Ребенок родится через три недели, и тогда все будет о'кей.
– Забота о ребенке – это непростое дело.
– Да, я знаю. У нас в школе были уроки, где все это объясняли. Я хочу присутствовать при родах и помогать Сандре.
Бенджамин был полон решимости пройти весь путь, на который вступил. У Оливера это вызывало и восхищение, и ужасное беспокойство.
– Ты мне позвонишь, если потребуется моя помощь?
– Конечно.
– Обещаешь?
Бенджамин снова улыбнулся и на долю секунды стал таким, как раньше.
– Конечно, папа, спасибо.
Затем они присоединились к остальным и беседовали о дедушкиной свадьбе. Бенджамин обещал приехать, Оливер предложил быть шафером, Дафна была очень рада за старичков. Улучив спокойную минутку, она спросила Оливера, что случилось с Меган, но тот только грустно пожал плечами:
– На прошлой неделе она приезжала познакомиться с детьми, но успеха не имела. Такого рода вещи ее не интересуют, да
– Похоже, она действительно не воплощение материнского тепла, но, наверное, не это тебя в ней интересовало.
Оливер рассмеялся:
– Пожалуй, можно так сказать.
– Что ж, по крайней мере ты выбрался из своей раковины, – справедливо заметила Дафна и добавила: – Я рада за твоего отца.
– Все это похоже на психоз, правда, Даф? Бенджамин собирается стать отцом, мой отец женится, а я сижу один-одинешенек.
– Не беспокойся, это продлится недолго.
Но Олли не торопился. Конец романа с Меган не означал для него конец света. Он ведь даже еще не развелся и не помышлял о новом браке. Дети, работа достаточно заполняли его жизнь. С остальным пока можно было подождать.
До позднего вечера в бассейне и вокруг него продолжалось веселье. В конце концов Джордж уехал, Бенджамин отправился на работу. Дафна помогла Оливеру и Агги убрать остатки пиршества. Казалось, с начала лета все прошли долгий-долгий путь. С легкой болью Олли вспомнил прошлогодний праздник, когда дома была Сара и жизнь казалась нормальной и простой. Ничто теперь уже не было таким простым, и ни за что нельзя было поручиться. Но жизнь все равно была прекрасна, и Олли радовался тому, что имел. Даже если судьба больше ничего не подарит, и этого будет достаточно, думал он.
С Меган он наконец встретился у нее на квартире вечером в воскресенье. Сначала они несколько часов занимались любовью, а потом наконец все обсудили. Меган призналась, что ездила в Ист-Гемптон со старим любовником. Оливеру обидно было это слышать, но он, впрочем, и так это подозревал.
– Так, значит, все кончено?
– Да нет, почему же.
Меган, утомленная любовью, томно посмотрела на него.
– Я всегда буду рада тебя видеть. Но не собираюсь играть роль мамочки твоих детишек, даже если тебе важно именно это. А ты мне не можешь уделять столько времени, как прежде, когда их не было. Что поделаешь, так иногда бывает, Оливер. Но между нами ничего не изменилось.
Она говорила это с таким безразличием. Все для нее было просто – никаких привязанностей, чистый секс. Поначалу Оливеру это в ней нравилось, но теперь казалось уже недостаточным. Он не хотел ее ни с кем делить, но и не хотел жить отдельно от детей. В то же время неправильно было бы связывать себя с женщиной, которой нет дела до его детей и к которой они сами не питают симпатии. А Меган, как Олли уже заметил, не прилагала никаких усилий, чтобы ее завоевать. Просто не хотела. Это была часть ее общих усилий по сохранению своей независимости. В конце концов она победила. Оливер был с самого начала обречен на поражение.
– Мне очень жаль, что все так повернулось, – честно признался он, одеваясь.
На этот раз Меган не пыталась его снова раздеть. Для нее ситуация тоже изменилась, хотя она и могла этого не признавать.
– По-другому просто быть не могло. Я сказала тебе это с самого начала. Тебе, Оливер, нужна не такая женщина, как я. Ты достоин лучшей. Ты достоин лучшей, чем Сара. Не довольствуйся малым, друг мой, иначе всегда будешь страдать, а ты этого не заслуживаешь.
– А почему ты не хочешь большего? Почему?