Счастье у моря

Мартин Холли

– Хорошо.

– Ну вот. – Джулия с громким хлопком соединила ладоши. – Так чем я могу помочь вам сегодня?

– Мне бы чего-нибудь перекусить. Например, сэндвич или то, из чего его можно сделать. И, может, каких-нибудь фруктов.

– В соседнем городке есть пекарня, откуда нам доставляют сэндвичи. Правда, выбор небольшой. Давайте посмотрим. – Джулия жестом пригласила Уиллоу к небольшому холодильнику со стеклянной дверцей. – Есть один с яйцом и кресс-салатом и… хм… еще один с яйцом и кресс-салатом.

Уиллоу еле удержалась, чтобы не скривиться.

– Я, пожалуй, возьму вот эти сосиски в тесте. Выглядят аппетитно. И еще бананов

и винограда, если есть.

– Конечно, у нас есть бананы. Фруктов у нас много. На днях даже гранат был. Правда, никто его не взял. В конце концов пришлось выбросить. Вот так-то, моя дорогая, – сказала Джулия, умчавшись в другой конец магазина.

Уиллоу взяла пакет сосисочных рулетиков и пошла за ней. Фруктовый ассортимент оказался довольно жалким. Кое-какой выбор действительно был, но для всех фруктов лучшая пора, очевидно, уже миновала. Уиллоу выбрала не очень пятнистый банан и упаковку винограда, просроченного по меньшей мере на два дня.

– Думаю, этого мне хватит, – сказала она, надеясь, что ей не станут настойчиво предлагать сморщенный киви или странный оранжевый плод, который точно не был апельсином.

К счастью, Джулия только спросила:

– Я точно ничем больше не могу вам помочь?

– Нет, больше ничего не нужно. Спасибо, – ответила Уиллоу и пошла за Джулией к кассе, где та пробила ее покупки.

– Заходите еще. Если у меня сразу не окажется того, что вам нужно, я смогу достать.

В этом Уиллоу даже не сомневалась.

– Спасибо.

Развернувшись к выходу, она в буквальном смысле слова столкнулась с Эндрю: боднула его головой в твердую грудь.

– Привет, – сказал он мягко и, чтобы помочь ей удержать равновесие, придержал ее за голое плечо.

– Привет, – ответила она, подумав о том, какая у него чудесная улыбка. Он все не убирал руку, и от этого теплого прикосновения кожей к коже она ощутила внутри себя что-то такое, чего не чувствовала уже несколько лет. – Вот купила себе обед на потом, – зачем-то пояснила Уиллоу, показывая свои приобретения.

– Я так и понял.

Они оба держались, пожалуй, слишком церемонно для людей, которые с час назад видели друг друга голыми. Воспоминание об этом славном моменте заставило Уиллоу покраснеть. У Эндрю было потрясающее тело. Опустив глаза, она увидела край татуировки, показавшийся из-под рукава. Вот бы еще раз взглянуть на феникса! Уиллоу сконцентрировалась и опять посмотрела Эндрю в лицо. Он улыбался так, будто знал, о чем она подумала. Но нет, откуда ему было знать?! Одно дело – читать по губам, другое – читать мысли. Этот аргумент немного успокоил Уиллоу, но веселый огонек в глазах Эндрю так и не погас.

– Ну мне пора – много дел. Рада была снова увидеться, – сказала она и убежала с полыхающими щеками.

Какая же она дура! Они ведь нормально болтали за завтраком, так почему теперь она вдруг засмущалась? Она знала почему. Потому что от воспоминания об утренней сцене и от простого прикосновения она ни о чем другом не могла думать.

Уиллоу зашагала вниз по главной улице и не останавливалась до тех пор, пока жилые дома не сменились явно заброшенными. Было видно, что один из них Эндрю уже начал ремонтировать, но работы все равно оставалось невпроворот.

Вот она поравнялась с каким-то зданием типа сарая. Двери были открыты, внутри виднелись, среди прочих стройматериалов, банки с краской, нагроможденные друг на друга. Уиллоу остановилась: ей кое-что пришло в голову. До того как ее основным и единственным

заработком стало изготовление свечей, она покупала старые деревянные полки, сундуки, стулья и столы, чтобы дать им вторую жизнь: красила их в розовый, голубой или солнечный желтый, рисовала цветы, бабочек, солнышки, звездочки или рыбок, выпрыгивающих из волн. Не то чтобы это было очень умело или очень оригинально, но некоторым людям нравился такой несложный дизайн. Уиллоу перестала заниматься мебелью, когда начала встречаться с Гэрри. Он вечно ворчал из-за того, что это занимает у нее много времени, а денег приносит мало. Только деньги не были для нее очень важны. Она декорировала старые вещи просто потому, что ей нравилось давать им второй шанс. Ей интересно было увидеть, что из них получится, если приложить немного старания и любви. Гэрри настаивал на том, чтобы она сконцентрировалась на более выгодном ремесле (чтобы было чем оплачивать счета), и она с ним согласилась. Сначала декорирование мебели превратилось для нее из основного занятия в хобби, а когда свечи стали приносить прибыль, от него вообще пришлось отказаться: Гэрри не нравилось, что дом захламлен всяким старьем. Уиллоу скучала по своему увлечению.

Так, может, ей стоило к нему вернуться? Только декорировать уже не мебель, а сами дома. Может, как раз это и было нужно деревне? Если взять немного краски и добавить немного любви, иногда получаются хорошие результаты. Вероятно, именно этим Уиллоу и стоило заняться, чтобы деревня снова засияла? Гэрри всегда говорил, что у нее способности к ручному труду, к изготовлению и ремонту вещей. Если нужно было поменять лампочку, починить полку или повесить на стенку картину, она просто брала и делала это. Уиллоу огляделась по сторонам и вздохнула. Деревня – это не сломанная полочка, не сундучок и не комод, который нужно покрасить. Тут работы будет побольше. Но, возможно, ее скромный вклад все-таки окажется небесполезным?

Уиллоу вошла в сарай и стала рассматривать банки. Краска оказалась в основном белой, но и другие цвета тоже были. Эндрю уже начал красить большие керамические горшки для цветов в сиреневый, розовый, зеленый. Значит, он, как и она, считал, что деревне, чтобы приобрести более веселый вид, нужны яркие пятна.

Уиллоу могла нарисовать вокруг двери какого-нибудь дома извилистые стебли с изумрудными листьями и бутонами цвета фламинго. Она уже мысленно видела это и считала, что получится здорово.

Но не будет ли Эндрю недоволен? Сначала Уиллоу решила пойти к нему и спросить, но тут же передумала: лучше не видеться с ним лишний раз, чтобы опять не представлять его голым. Она рискнет проявить инициативу, а если ему не понравится, сама все закрасит.

Прихватив несколько кистей и банок, Уиллоу, воодушевленная, вышла на улицу и остановилась возле одного из домов, который уже побелили, хотя до окончания ремонта было еще далеко (в этом не составляло труда убедиться, заглянув в окно). Она открыла зеленую краску, обмакнула туда кисть и нарисовала сбоку от двери красивый вьющийся стебель. Удивительно, сколько энергии пробудило в ней это простое движение! Она так давно ничего подобного не делала и сейчас была так рада вернуться к любимому занятию! Стебель дорос до верха двери и переполз на другую сторону. Зеленая краска блестела на солнце. Уиллоу добавила кудрявых лепестков и отошла, чтобы полюбоваться работой. Стало уже лучше. Дом начал оживать. А если нарисовать еще и розовые цветы, то он даже обретет некоторое своеобразие.