Счастье – это…
Шрифт:
Всю ночь гуляли, веселились. Не сказать, чтобы было очень здорово, ну так, сойдет.
Что со мной происходит? С утра в монастырь, а вечером в ночной клуб. Вот это метаморфозы…
9
Сегодня я поняла очень страшную для меня вещь. Я должна его отпустить. Отпустить с миром. Мне нужно жить, жить ради сына. Если я буду его ждать, я умру. Нужно принять свершившийся факт. Я должна это сделать.
Муж сделал на днях, по моим понятиям, страшную вещь. Он попытался познакомить детей с ней. Дети, видя мою боль, оказались
Два дня после этого пыталась держаться. А потом выпала в осадок. Опять сердечная боль, опять ожидание смерти. Бедный Саша, как я его замучила. Он укрывал меня и гладил как малого ребенка, давал пить, давал корвалол.
Очень кстати приехала моя давнишняя любимая подруга, она ничего не знала. Я не могла ей ничего рассказывать, только дала прочитать первые главы этого романа. Мы поплакали.
– Встань, выпей коньяк.
Я послушно встала.
– Брось его. Не думай больше о нем. Это больно, это тяжело. Начни жить сначала. Во- первых, тебе надо уехать с детьми не меньше, чем на две недели. Деньги он даст, не может не дать. Во-вторых, смени место жительства. Ты не сможешь здесь жить. И в-третьих, займись делом.
– С первым и с третьим я еще согласна. Но продать дом!
С этими мыслями я прожила несколько дней, точнее просуществовала. Решила открыть свой бизнес, кофейню. Накупила книг и стала их серьезно изучать. Изучать – это громко сказано, точнее пыталась не думать о своем. Я решила поговорить с мужем. Тщательно подготовилась, все записала, чтоб ничего не забыть. Бред, конечно, но из песни слова не выкинешь. Вот, примерно, те слова, что я ему сказала:
«Нам всем сейчас тяжело. Все запуталось. Но в нашей семье кризиса нет. У нас замечательная семья, у нас лучшие в мире дети. Мы их не достойны. Саша – твой сын, он сейчас ведет себя как настоящий мужчина, ты можешь им гордиться. Они мне кое-что рассказали, но я думаю, что не все. Они меня щадят. Ты очень торопишь события, очень. Я не знаю, в чем причина. Мы решили, что мы семьей останемся. Горе нас сплотило. Мы очень любим друг друга.
Ты прекрасно понимаешь, что мне сейчас очень тяжело и легче пока не становится. Периодически сердечные приступы, и я реально боюсь умереть, я тебя не пугаю. На днях был сильнейший приступ, меня Саша выходил, но я поняла, что следующий …
Чтоб тебе было спокойнее, я все время пыталась показать, что все хорошо, была при тебе веселая и довольная, старалась не давить на тебя. Но ты пошел дальше. Сейчас ты хочешь вытеснить меня из семьи. Семья – это все, что у меня осталось.
Я не знаю, куда мне деться, чтоб ты был счастлив.
Вот ты только представь на минуту, что я не выдержала и умерла. Ты ведь не сможешь жить с этим. И твоя девушка тебе сразу опротивеет, ты даже смотреть на нее не сможешь. «Ты мне хочешь так отомстить?» – реакция мужа как-то сразу отрезвила.
Что на это можно ответить, я потерялась.
Я поняла, что мне нужно себя сохранить ради детей. Я хочу тебя отпустить. Я хочу стать самой собой, не твоим приложением, не твоей половинкой, а самой собой. Помоги мне.
«Как? Я
Психолог советует уехать недели на две с детьми. Подумать обо всем на расстоянии и в другой обстановке. Время и расстояние нам помогут. Дома я не могу мыслить отстраненно. И еще, из школы я точно ухожу, я не могу там работать после всего, что произошло, работа почему-то мне разом опротивела. Помнишь, ты когда-то рассказывал об одном богатом человеке, которому надоело содержать огромное количество родни, и он решил всем что-то дать от своего бизнеса, кому-то ресторан, кому-то еще что-то. Может, ты поможешь нам с Катей организовать что-то свое. Она уже тоже созрела».
На самом деле разговор был более оживленным. Он согласился со всеми моими доводами. Я заметила, что ему хочется со мной разговаривать, и в последнее время разговор прерываю сама. Я вышла в приподнятом настроении.
И тут новый удар…
Умерла моя любимая тетя Наташа. Чудесный и светлый человек. Последнее время она мне часто звонила, пыталась утешить, чем-то помочь. Примерно месяц назад я почему-то захотела к ней заехать, мы хорошо пообщались, в тот раз я ей ничего не рассказала про нас с Владом. Уходя, я вдруг почувствовала, что я с ней попрощалась. Но тогда я думала, что умру я. Эти мысли в тот период меня захлестывали.
Когда я приехала попрощаться, мне стало плохо. Вся родня переключилась на меня, давали какие-то таблетки, воду. Вызвали скорую, но скорая не приехала. Тогда стали звонить мужу, чтобы он приехал и забрал меня. Но его не было в городе. Отозвался бывший муж моей сестры. Свозил меня в больницу и отвез домой.
Мой бывший приехал к вечеру. Сел на кровать и стал говорить в очередной раз, что нельзя так все принимать близко к сердцу.
Я его прогнала…
Я? ..
Прогнала?
10
Учусь жить. Учусь жить. Как это непросто. Каждое утро встаю и внушаю себе: я – счастливая, у меня все хорошо, я радуюсь каждому дню, радуюсь всему, что меня окружает. В моей жизни происходит много ярких событий: прежде всего, это друзья. Я и не подозревала, что у меня столько друзей. С Владом мы вели достаточно замкнутый образ жизни, чуть ли не затворнический: только семья и работа. Он так хотел.
Я повстречала многих из них на выставке, которая проходит раз в году в нашем городе, там я выставила свои пейзажи. Я их писала в течение восьми лет, совершенно не надеясь на массового зрителя, писала для души. Все сложилось совершенно неожиданно.
Как-то проезжая мимо выставочного центра, я увидела рекламную растяжку об открытии Арт-салона в Перми15 января. На дворе было уже десятое число. Так как смелости у меня значительно прибавилось, я решилась зайти. Директор выставки удивленно поднял на меня глаза:
– Что вы, все места раскуплены уже месяц назад.
– Ну что ж, значит не судьба.
– Ну, попробуйте позвонить за день до открытия. Вдруг кто-нибудь откажется.
За день до открытия, действительно кто-то отказался. Кроме того, директор принял мои условия оплаты. Пришлось выставляться. Все, что ни делается, все к лучшему.