Счастье – это…
Шрифт:
– Мальчишкой я мог находиться здесь часами, – зажигаю свечи. – Посмотри. – Подойдя к ней сзади, но сохраняя дистанцию, указываю на достопримечательности. – Это Исаакиевский собор, там Медный всадник, только его, к сожалению, не видно, а это шпиль Петропавловки. – Я бы хотел обнять хрупкую девушку, но побоялся ее реакции. Сейчас ей нужна дистанция.
Полина разворачивается ко мне. Ее лицо светится восторгом, восхищением. В глазах, в которых еще остается, кокая-то детскость, отражается вся буря эмоций, бушующих сейчас в ее душе. И я вдруг понимаю, что нет большего подарка, чем благодарность
– А почему ты здесь не живешь? – спрашивает она.
– Слишком много туристов, – отвечаю, пожимая плечами. – Присаживайся.
Полина садится на подушку, я рядом.
– Невероятный вид, даже сердце замирает, – еще раз оглядываясь, произносит Поля.
– Да, ты права, это действительно завораживает. Вина? – спрашиваю я. Полина пробегает взглядом по столу.
Хочу отметить ребята действительно профи. Центральное место столика отдано корзине из узорно вырезанного арбуза, наполненного различными фруктами. По кроям сидят лебеди из яблок. Тарелка с кубиками сыра и пиалой меда в центре. Ну и, конечно же, клубника со сливками, заботливо очищенная от веточек. А на горячие пицца из моего любимого итальянского ресторана.
– Можно, – пожимает плечами, – а оно сухое?
– Вроде нет, я мало что понимаю в винах, – вертя бутылку в руках, отвечаю ей. – Честно говоря, я доверил выбор этого напитка профессионалу. Милая девушка-консультант сказала, что это вино обладает ароматом ежевики, прокопчённой чёрной смородины и перезревшей вишни.
– Заинтриговал, давай попробуем твое вино.
Она протягивает фужер и закусывает нижнюю губу. Меня словно разрядом тока прошибло, кровь вскипает, отливая от мозгов, и внутри просыпается неконтролируемое желание. И вот я уже представляю, как впиваюсь страстным поцелуем в ее алые, манящие уста. Как сажаю ее к себе на колени. Как она трется своими бедрами об меня. Я определенно теряю контроль.
– Эй? Что с тобой? – покачивая бокалом, спрашивает она. Очнувшись, открываю бутылку и разливаю вино по бокалам. Полина делает глоток.
– Мм, полусладкое, мое любимое.
– Правда? Рад, что угодил. Угощайся пиццей пока еще горячая. – Выпив немного вина, я расслабляюсь, нервное напряжение уходит и становится проще общаться. Мы съедаем по куску пиццы, и я приступаю к расспросам.
– Ты говорила, что приехала в Петербург, а то куда?
– Ты все равно не знаешь, – делая глоток вина, говорит Полина.
– И все же? – настаиваю я.
– Есть один маленький городок под Саратовом, называется Балаково.
– Саратов слышал, а вот Балаково, к сожалению, нет.
– Там еще атомная станция есть.
– Ааа! – делаю вид, что вспомнил. – Нет, не слушал.
– Эй! – слегка толкает меня в плечо и хихикает. – На самом деле это очень хороший городок хоть и маленький. Никогда бы не подумала, что уеду оттуда. Я очень скучаю, мне даже снятся родные улочки. – Она с такой теплотой и грустью говорит о родном городе, зачем же она тогда покинула его?
– Тогда почему уехала? – озвучиваю свои мысли вслух.
– Так сложились обстоятельства.
Она вздыхает, ее глаза наполняются грустью или даже болью. Судя по всему, произошло что-то серьезное. Она отворачивается. Мое любопытство сжирает
– Неужели Петербург совсем не приглянулся? – стараюсь немного подбодрить ее.
– Почему же, Питер очень красивый город, но чужой какой-то, ну и, конечно, я очень скучаю по родным, по друзьям.
– Появятся новые друзья, не нужно цепляться за людей, с которыми разводит судьба, а родные всегда будут рады твоим успехам, ведь здесь можно реализовать самые изощренные планы.
– Головой я это понимаю, а на душе тоска.
– Все наладится, – немного наклоняясь в ее сторону, говорю. – Кстати, о планах. Может, расскажешь о своих?
– Почему бы и нет, – она улыбается, надеюсь, хорошее настроение вновь вернулось к ней. – Я нашла работу и выхожу с понедельника.
– А что за работа? – наливаю еще вина.
– Я хореограф, буду заниматься с детьми.
– Хореограф? Как интересно. – Теперь мне понятно, откуда в ней столько грации. – У меня никогда не было знакомых хореографов.
– Ну, вот теперь появился, – она кокетливо улыбается и слегка наклоняется в мою сторону, вытянув фужер с вином перед собой. Ударяю своим бокалом о ее и, понижая тон голоса, говорю.
– Мне мало просто знакомства с тобой.
В ее глазах появляется блеск, легкий румянец заливает лицо, она прикусывает нижнюю губу, я сглатываю, едва контролируя свое желание. Этот момент, кажется, длиться вечность. Смотрю в ее глаза, где вижу свое отражение. Сердце пропускает удары. Становится тяжело дышать. Я представляю ее своей. Как нежно провожу рукой по точеной скуле. Как приближаюсь ближе и прикасаюсь к нежным, пухлым губам. Как она стонет от наслаждения… Полина размыкает наш зрительный контакт и, прочистив горло, говорит, снимая сексуальное напряжение, между нами.
– Я обожаю танцы, с детства меня было не утащить из танцзала.
– Может и для меня, когда-нибудь станцуешь? – осипшим от желания голосом спрашиваю я.
– Когда-нибудь возможно, – она снова улыбается своей неотразимой улыбкой, но следующим вопросом отрезвляет меня полностью.
– А как прошло знакомство с Аленой?
– Что? Какой Аленой? – делаю вид, что не понимаю, но на душе зарождается тревога. Хотя почему? Ничего же не было, да вообще быть не могло.
– Да брось! С той, которой тебя хотел познакомить твой друг, кажется Ваня. – Надо же, она запомнила. Полина смотрит на меня широко открытыми глазами, она ждет моего ответа.
– Ах, это! – претворяюсь, будто понял, о чем речь. – Скажем, я оказался ее не достоин.
– И все? Я жажду подробностей? – она, подпрыгнув на месте, поворачивается всем телом ко мне и в нетерпении потирает ладошки.
– Ты, правда, хочешь поговорить о какой-то Алене? – пытаюсь избежать неудобного разговора.
– Мне кажется, ты хотел, чтобы я тебе доверяла? – парирует она.
Там и скрывать то нечего, просто не хочу обсуждать с ней эту тему. Я бы с большим удовольствием, например, узнал о ее отношении ко мне, а не рассказывал о какой-то абсолютно неинтересной Алене. Но, похоже, она сдаваться не намерена и не отстанет, пока не выудит всю информацию.