Счастье это ты
Шрифт:
— Папочка ведь вернется? — за всеми своими мыслями я даже не заметила, как Маша снова повернулась ко мне. Она всё ещё плакала и от этого ее голос звучал очень жалостливо.
— Да. Я тебе обещаю, что мы найдем твоего папочку.
— Хорошо, тогда можешь побыть со мной немного, — от её ответа у меня на душе стало легче, потому что мне очень не хотелось уходить и оставлять эту малышку, но облегчение моё было преждевременным, потому что после этих слов она вновь замолчала и теперь я слышала только ее всхлипывания. — Мамочка ведь больше не вернётся? — вдруг спросила девочка.
— Нет, — я не могла ей врать, тем более что пока её глупая няня бегала за Данилом,
— Мамочке ушла к дедушке на небо?
— Думаю, да, — я не знала, как объяснить ребенку что значила смерть и объяснение про то, что мама ушла на небо показалось мне самым простым и понятным.
— Там было так много крови и мамочка совсем не двигалась, — вновь прервала молчание малышка и у меня от этого встали волосы дыбом. Неужели малышка видела мать после того, как та умерла? Боже, нет, этого просто не может быть. — Я пыталась помочь мамочке, но она никак не реагировала, — нет, этого просто не может быть, но есть только один способ это проверить. Я встала с кровати и потянула за собой одеяло и то, что я увидела повергло меня в ужас. Вся Машина розовая пижамка с зайчиками была в крови. Боже, этого просто не может быть. Что же случилось с Миленой? Какой вред она себе причинила? Неужели молодая мама могла сделать что-то с собой, причём практически на глазах у собственной дочери? Нет, это не может быть правдой. Наверное, малышка просто где-то вымазалась, дети они такие.
— Послушай, расскажи мне где ты так вымазалась? — возможный ответ пугал, но ещё больше страшило то, что девочка совершенно не пыталась как-то схватиться за одеяло и накрыться будто бы только и ждала, чтобы с неё его стянули.
— Я пыталась помочь мамочке, — ладно, нужно глубоко вздохнуть и успокоиться, чтобы не напугать ребенка, но что делать если я сама напугана. Господи, всё намного хуже, чем я предполагала и мне нужно очень быстро придумать что со всем эти делать, но в первую очередь малышку нужно искупать и переодеть, поэтому я пошла во всём этом розовом кошмаре искать во что бы переодеть ребенка.
— Пойдём малыш, тебе нужно принять ванную, — сказала я, когда нашла новую пижаму и полотенце.
— Я не хочу купаться. Мамочка сегодня меня уже купала, — нужно как-то помягче заставить её искупаться, но я не сильна в уговаривании детей, поэтому буду действовать наудачу.
— Послушай, ты ведь принцесса, а принцессы не могут быть грязнулями, — ответом мне была тишина, но стоит отметить что такое объяснение никого бы не убедило, хорошо попробуем зайти, с другой стороны. — Скоро придёт твой папа и ты ведь не хочешь его встретить в грязной пижаме, ты ведь знаешь, что его это расстроит, — будем надеяться, что правда сработает лучше, потому что мне самой очень нехорошо от вида Маши.
— Я не могу сама принимать ванную, — как повезло что она согласилась.
— Я тебе помогу.
— Хорошо, — она села на кровати и потянула ко мне ручки видимо, чтобы я её взяла на руки. Наверное, у Маши с Миленой был какой-то свой ритуал как принимать ванную, и я никак не могла ему противиться, поэтому подошла к Маше и выполнила её просьбу. Девочка сразу крепко прижалась ко мне и обняла за шею. Повезло, что ванная в детской была своя и мне никуда не пришлось нести малышку, не хотелось бы чтобы кто-то ещё увидел сейчас Машу или чтобы девочка видела суету полицейских в доме.
Ванные процедуры у нас заняли много времени, потому что как оказалось малышку нужно было не только выкупать и переодеть, но ещё высушить её волосы, а затем и расчесать. Пока девочка
— Можно? — спросил он, заходя в комнату.
— Конечно, проходи, — я отложила в сторону книгу, а малышка плотнее прижалась ко мне.
— Как вы здесь?
— Хорошо, — Маша не спала, а при ней я не могла узнать, как у Авдеева прошла беседа с полицией и Данилом, поэтому оставалось только надеяться на то, что когда мы останемся наедине Кирилл всё расскажет.
— Ты поедешь сегодня домой или останешься здесь? — вопрос, который поставил меня в тупик. Изначально я даже не планировала здесь надолго задерживаться, но сейчас, глядя на маленькую Машу, которая так доверчиво прижималась ко мне, хотелось защитить малышку. При этом, хоть в таком и стыдно признаваться, мне было страшно оставаться в этом большом доме одной, тем более беря в расчёт последние события, но и Машу я не могла оставить одну.
— Макс ещё не вернулся?
— Нет, — где же он? Теперь наравне со злостью у меня возрастало беспокойство за брата, но его безрассудное поведение я всё ещё не могла понять.
— Малышка, послушай, ты не хочешь пока не придёт твой папа погостить у меня? — наверное, такие решения нельзя принимать настолько спонтанно, но и времени на раздумья у меня просто нет, поэтому приходится действовать по обстоятельствам безо всяких раздумий.
— Ты не хочешь со мной оставаться? — на глазах девочки вновь выступили слёзы и мне стало очень не по себе. Если Маша не захочет поехать со мной, то мне придётся остаться в этом доме, а эта идея меня очень пугает.
— Хочу, но дядю Кирилла дома ждёт пёс, который так же требует своего внимания, как и мы с тобой, — даже не знаю зачем сослалась на Авдеева, но по тому, как загорелись глаза крохи я поняла, что выбрала правильный аргумент, оставалось только надеяться что хозяин дома согласиться нас принять у себя в гостях.
— А папа сможет меня у вас найти?
— Конечно, мы его предупредим что забрали тебя.
— Тогда ладно, — на душе стало намного легче и я сразу стала собирать Машу, чтобы у нее не было время передумать. Сборы не заняли много времени и вот уже спустя десять минут я несла Машу к машине, а Кирилл шёл за нами с небольшой сумкой и плюшевым зайцем малышки. Она не обращала внимание на Авдеева, а для меня было это и не важно. Главное, что малышка позволила мне помочь ей и я уже от этого была счастлива надеясь на то, что мой братец объявится в самое ближайшее время, потому что Маше очень нужна его поддержка после всего того, что она пережила, но шестое чувство подсказывало что мне в очередной раз придется прибирать за братом и решать его проблемы, а Маша задержится у меня больше чем на пару дней.
— Ты не против того, что мы пару дней у тебя погостим? — знаю, нельзя было спрашивать об этом человека, когда мы были уже на полпути к его дому, но сейчас мне приходилось быть бесстыжей и навязываться к чужому человеку в гости. Да, это неправильно и некрасиво, но другого выбора у меня просто не было. Девочка явно пошла со мной только потому что я сказала про собаку, а Кирилл единственный знакомый мне человек, у которого она есть. Ладно, может я и обманывала сама себя, но так жить было проще. Я не могла признаться даже самой себе в том, что сейчас, в очень непростой момент моей жизни именно Авдеев оказался тем самым человеком, который стал моей опорой, даже не догадываясь об этом.