Сцены страсти

Джеймс Дина

Келлер кивнул.

– Агентство Пинкертона всегда радо быть вам полезным, мисс… то есть… Миранда… И я хочу добавить, что мне доставляет истинное наслаждение оказывать помощь такой очаровательной даме, как вы.

– Благодарю вас, мистер Келлер. – Она ослепительно улыбнулась. Ее зубы были безупречны и белы как жемчуг. Она проводила его до двери своей гримерной. – Я попрошу Джорджа оставить вам два билета в ложу на сегодняшний вечер.

Он улыбнулся в ответ.

– Благодарю вас, мэм. Я польщен. Только я не знаю, кого бы я мог пригласить

с собой.

– Уверена, что такой умный человек, как вы, непременно найдет кого пригласить.

Он вышел от нее, широко улыбаясь.

Шрив прижал ее к своей широкой груди.

– Ты получила информацию, которая тебе была нужна?

У самого своего уха она слышала ровное биение его сердца. Крепкие мышцы его груди ритмично расширяли и сокращали его легкие. Уже в течение тринадцати лет они лежали вот так вместе в постели. Он защищал ее от ужасов ее юности. Она оберегала его от безрассудств его возраста. Они оставались вместе в радости и в печали, в болезни и в здравии. Их отношения были больше, чем обычный брак. Сейчас она теснее прижалась к нему.

– Получила.

Его грудь расширилась при вздохе.

– Оставь свою затею, Миранда.

– Не могу. Ты же знаешь. К тому же она моя сестра.

Он отрицательно покачал головой.

– Нет. Это у Миранды Драммонд была сестра. А ты больше не та Миранда. У тебя нет сестры. У тебя нет матери, кроме Ады. У тебя нет отца, кроме меня.

– Ты мне не отец. – Она усмехнулась, потом провела рукой по его плоскому животу и дотронулась до вялого, удовлетворенного любовной игрой органа, спрятанного в густых черных волосах. Она накрыла его рукой. – И слава Богу. Это было так замечательно.

Она прижалась губами к груди Шрива и стала водить языком по его соску. Он тут же отреагировал на ее ласку.

– Перестань.

– Прости. Ты что, совсем выдохся?

– Не увиливай от разговора.

Она опять легла щекой ему на грудь, но оставила руку там, где она была, продолжая свои ласки.

– Я хочу увидеть свою сестру.

– Дело кончится тем, что ты причинишь боль и себе и ей, – мрачно предсказал он.

Она поудобнее устроилась рядом с ним. Ее колено скользнуло между его ног и раздвинуло их, рука опустилась туда же, лаская чувствительную кожу, скрытую в самом интимном месте его тела.

– Ты вещаешь как хор греческой трагедии. Мрачно и обреченно.

– Меня просто беспокоит, как ты перенесешь эту встречу. Расстроившись, ты будешь играть еще хуже.

– Хуже, – лениво пробормотала она. – Как я могу играть хуже? По-моему, это невероятно.

– Может быть хуже. – Его голос превратился в мефистофельский бас. – Гораздо хуже.

Она убрала руки и перевернулась на другой бок, обхватив руками подушку.

– Не говори ничего. Мне надо выспаться. Я хочу завтра выглядеть наилучшим образом.

Шрив лежал в темноте, глядя в потолок, и прислушиваясь к ее тихому, ровному дыханию. Она, как всегда, не выносила

споров.

– Обычно я пускаю к девочкам посетителей только в приемные дни. Понимаете, посетители нарушают распорядок дня. – Директриса походила на добрую бабушку: кружевной воротничок, очки на носу, седые волосы собраны в аккуратный пучок.

– Я уверена, что это очень хорошее правило.

– По правилам я должна была бы попросить вас уйти, но ради вас я готова сделать исключение, потому что не хочу лишать Рейчел возможности видеть вас и говорить с вами. Конечно, если бы вы были обычной актрисой, то все было бы иначе. Но вы играете леди Макбет. – В голосе женщины послышались почтительные нотки.

Миранда вежливо улыбнулась.

– Вы видели эту пьесу?

– Много лет назад.

– Пожалуйста, приходите сегодня на спектакль. Я оставлю билеты на ваше имя.

– Как мило! – Улыбка директрисы стала ангельской. – О, большое спасибо. Я думаю, моя сестра с удовольствием пойдет со мной. Она будет в восторге.

– Я надеюсь, вам обеим понравится спектакль. И, конечно, мне бы хотелось, чтобы и Рейчел, дочь моей давней приятельницы, тоже пошла, и возможно, кто-то из ее подруг.

Директриса слегка нахмурилась, потом сдалась и улыбнулась.

– Не думаю, что возникнут какие-либо препятствия. Мы возьмем их с собой. Это будет настоящий выход в театр.

– Обещаю играть специально для вас. Для девочек это будет одновременно и образовательный момент и развлечение.

– Абсолютно верно. – Женщина встала. – Если вы пройдете со мной, то сможете встретиться с Рейчел в нашей парадной гостиной.

Она была так красива и так похожа на Френсиса Драммонда, что слезы навернулись Миранде на глаза.

– Мне кажется, я сразу узнала бы тебя, Рейчел.

– В самом деле?

Рейчел не могла скрыть своего удивления. С нескрываемым изумлением она смотрела на прекрасную даму с изысканно уложенными в высокую прическу белокурыми волосами. Для этой встречи Миранда оделась с особой тщательностью, выбрав платье из дорогого лондонского салона. Глубокого сапфирового цвета, оно имело бледно-голубую шелковую подкладку, которую можно было видеть при ходьбе. Из-под турнюра до самого пола каскадом спускались оборки более светлого тона. Они зашуршали, когда Миранда приблизилась к Рейчел и взяла ее руки в свои.

– Ты очень похожа на своего отца.

Это замечание вызвало легкую тень на лице девушки.

– Нет. У моего отца каштановые волосы, карие глаза и пышные усы.

– На твоего родного отца, Френсиса Драммонда.

– Откуда вы знаете это имя?

Слишком рано, одернула она себя. Слишком рано.

– Я знала его.

Рейчел наклонила голову на бок. Прищурившись, она вглядывалась в лицо красивой дамы.

– Он давно умер.

– Тем не менее я его знала.

– Тогда вы должны знать и мою маму тоже.