Сценарист
Шрифт:
Мидория отчётливо видел парня и различал слабую, почти безмятежную улыбку на его лице. В его глазах читалось удовлетворение и спокойствие. Все страдания и тяжесть, которые когда-то давили на него, исчезли. Он, наконец, обрёл долгожданную свободу.
Подросток глубоко вздохнул. Эта порция воздуха стала одной из самых приятных в его жизни.
— Япония, увидь же это! — прокричал он, расставив руки в стороны. — Злодей, что заставил вас прятаться по норам, побеждён! Побеждён… МНОЙ!
Улыбка на его лице становилась всё больше и больше с каждым словом. Он получал истинное удовольствие от сего
— Теперь не осталось никого, кто мог бы оспорить мой статус! Потому, дамы и господа, на полных правах я нарекаю себя… ВЕЛИЧАЙШИМ злодеем в истории! — прокричал он и поднял руку над головой с указательным пальцем, направленным вверх.
— Я тот, кто убил Всемогущего!
— Тот, кто два раза победил Все За Одного, отправив его в ад!
— Тот, кто стал палачом Звезды и Полосы!
— Тот, кто остановил и уничтожил Томуру Шигараки!
— И тот, кто отомстил за всех своих почивших друзей.
— Япония, преклони же колени и признай меня, Сина Айкаву — своего Величайшего Злодея! — произнёс он, после чего поднял взгляд в небеса.
И тут же превратился в пепел, что мгновенно подхватил ветер и унёс прочь.
Эпилог.
Прошло уже две недели с окончания битвы героев и злодеев, в которой победу одержать смогли первые. Хотя их победа не обошлась без безумного подростка на их стороне, никто не спешил поднимать этот вопрос. Сейчас, когда страна лишь начинала приходить в себя и осознавать, что кошмар наконец завершился, всем хотелось просто вздохнуть с облегчением, вспомнив о том, что жизнь — это не прятаться в убежищах, ощущая страх каждую секунду.
Через несколько часов после того, как всё было кончено, в Японию прибыли иностранные герои. Все понимали, что это не случайность, ведь они могли прийти на помощь в любой момент, но не сделали этого, предпочтя подождать, когда всё закончится само. За это к ним относились не очень хорошо, а те делали вид, что не понимают, почему люди так странно на них реагируют.
Несмотря на это, японцы всё же приняли помочь иностранцев в восстановлении городов, а работы было немало: почти половина острова лежала в руинах. Лишь редкие здания и постройки смогли уцелеть в той буре хаоса и жестокости. Остальным повезло меньше. Тысячи семей остались без дома и родных людей, жизни которых забрали злодеи. Кто-то смог смириться с этим, решив жить дальше, а кто-то… не смог, выбрав лёгкий, но при этом жестокий и неправильный путь.
Но даже под таким давлением многие люди не сдавались. Япония всегда была страной, которая умела подниматься из пепла, и сейчас, на руинах прежней жизни, начиналось её возрождение. Группы добровольцев и строителей неустанно трудились день и ночь, восстанавливая улицы, больницы и школы.
Совсем скоро жизнь снова наполнит каждую улицу, каждый район и каждый город. До тех пор же все будут продолжать делать то, что в их силах, чтобы восстановить свой дом. Такова участь тех, кто смог выжить после самого настоящего апокалипсиса.
В одной из нелюдимых частей города в данный момент находилась девушка, что медленно перебирала пальцами по струнам гитары. Она сидела на самодельной скамейке и смотрела на десяток деревянных крестов с табличками,
Её взгляд был сосредоточен лишь на одной табличке, расположенной прямо перед ней. С каждым взглядом на имя, написанное на ней, в её груди разливалась ничем не утешимая боль. Этот человек принёс ей немало страданий, стал источником мучений и потерь. Но в то же время его присутствие оставило и светлые следы — он также сделал для неё немало хорошего, за что она искренне была благодарна.
Сложные чувства переполняли её — смесь гнева, печали и благодарности, настолько сильная, что это превращало её переживания в нечто почти физическое. В каждом из этих противоречивых эмоций было отражение сложной, многослойной истории, которая связывала её с этим человеком. И даже теперь, после всех испытаний, она понимала, что каждое взаимодействие с ним, будь то боль или радость, внесло частицу смысла в её жизнь.
Пальцы сами нашли нужные струны, и её руки начали двигаться, словно помня каждую ноту. В этот момент ей пришло в голову сыграть ту песню, которая, как ей казалось, могла бы тронуть её ушедшего друга. Возможно, со стороны это выглядело бы как нечто чрезмерное и показное, но для неё музыка была не просто искусством. Это был способ открыться, выразить свои самые глубокие чувства и эмоции. Когда слова оказывались недостаточными, она обращалась к мелодии, позволяя ей стать голосом её сердца. Каждая нота, излучаемая из гитары, была наполнена той искренней тоской и любовью, которую слова не могли передать.
Мелодия начала пронизывать всё, что находилось вокруг. Медленная, еле слышимая, но очень красивая, исполняемая настоящим знатоком своего дела. По игре девушки можно было понять, насколько ей трудно было держаться в данный момент времени. Возможно, раньше она бы предпочла всему этому обыкновенную истерику, но точно не сейчас, когда она стала сильнее, умнее и взрослее.
Боль можно выразить и по-другому, и прямо сейчас Кьёка хотела сделать именно это.
Джиро: It starts with
One thing, I don't know why
Doesn't even matter how hard you try
Keep that in mind, I designed this rhyme
To explain in due time
Её голос был полон тихой силы, словно каждая строка песни была попыткой объяснить то, что она действительно чувствовала. Эта песня была её прощанием и благодарностью, её способом сказать всё, что она не успела сказать ранее.
Джиро: All I know
Time is a valuable thing
Watch it fly by as the pendulum swings
Watch it count down to the end of the day
The clock ticks life away
Перед глазами тут же возникли моменты из недалёкого прошлого: она стоит на сцене, вся дрожит от напряжения, но с ней рядом он. Он медленно подходит к ней и говорит, что у неё всё получится. И она верит — верит каждому его слову.
«Не боись, Кьёка. Сегодня ты станешь на шаг ближе к своей мечте».