Сценарист
Шрифт:
Однако, как только его сцена добралась до нужной точки, глаза подростка расширились.
«Я уже заждался, Син», — послышался мерзкий и чудовищный голос в его голове, после чего перед его глазами предстала кошмарная картина.
Десятки изувеченных тел, разбросанных по полю боя, напоминали безжизненные куклы. Среди них он узнал знакомые лица — бывших одноклассников, знакомых, героев. Их искаженные болью лица были застывшими свидетельствами произошедшей бойни. Некоторые еще подавали признаки жизни, другие казались
В центре этого кровавого месива, словно на троне из костей, восседал Шигараки. Его расслабленная поза разительно контрастировала с царящим вокруг хаосом. Взгляд его был полон холодного триумфа, обращенный в ту точку, откуда должен был появиться Айкава. Он ждал, наслаждаясь страданиями других и предвкушая скорую встречу с врагом.
— Останови машину, Альфред, — холодно скомандовал подросток.
— Но мы же… — попытался вставить своё слово старик, но не смог.
— Останови машину. Сейчас же, — последовал угрожающий тон, после которого автомобиль тут же был остановлен.
С немного мрачным взглядом Син тут же открыл дверь и выбрался наружу. Дальше должен был идти только он, если он не хотел увидеть мучительную смерть старика и Хацуме.
— Что случилось? — взволновано спросила Мэй.
— Он уже ждёт меня. Он знает, что я рядом, — ответил юный злодей, разминаясь.
— А что с остальными? Разве они не должны биться с ним?
— Боюсь, что они уже проиграли, — произнёс парень, после чего сердце девушки замерло от ужаса. — Я увидел десяток тел. Кто-то из них шевелился, а кто-то уже нет. Не знаю, сколько выжило, но я уверен, что уже никто из них не сможет дать Томуре бой.
Мэй замерла, услышав его слова. Она знала, что ситуация будет сложной, но не думала, что всё окажется настолько катастрофическим. Её руки невольно задрожали, а сердце сжалось от тревоги. Син, заметив её состояние, нахмурился.
— Вам нужно поскорее убираться отсюда, — произнёс подросток, обращаясь сразу к двоим в машине. — Альфред, отвези Мэй в безопасное место.
— Как прикажете, молодой Господин, — покорно ответил старик.
— Но… — попыталась вмешаться девушка, но парень не дал ей договорить.
— Если вы не уйдёте сейчас, будете мне только мешать. Шигараки настроен чертовски серьёзно, так что он сделает всё, чтобы сделать мне больно не только физически, но и морально.
Мэй замерла на мгновение, переживая бурю эмоций. Страх за Сина, гнев на его безрассудство и глубокое беспокойство за его судьбу смешались в её груди, заставляя сердце колотиться быстрее. Она не могла просто уехать, зная, что он идёт навстречу почти неизбежной гибели. Решив, что должна высказать ему всё, что накипело, Мэй внезапно распахнула дверь автомобиля и выбралась наружу.
— Син, подожди! — её голос дрожал, но в нём слышалась твёрдость. — Ты же понимаешь, что идёшь на верную смерть? Если он победил всех, то и ты... — не смогла договорить она, не желая озвучивать мысли о возможном поражении юного злодея. —
Взгляд Сина скользил по ее лицу, не выражая ни единой эмоции. В тишине, казалось, можно было услышать биение их сердец. Мэй сделала шаг вперед, ее голос звучал хрипло:
— Позволь мне сражаться рядом с тобой... Позволь мне... быть рядом с тобой до самого конца.
После этих слов она замерла на месте, не в силах больше сдерживать свои эмоции. Её глаза были полны слёз и беспокойства, когда Син, не проронив ни слова, подошёл к ней. Он увидел, как её лицо искривляется от страха и отчаяния, и его сердце сжалось. Вдруг, без предупреждения, он нежно прикоснулся к её лицу, остановив свою ладонь на её щеке.
Хацуме не могла отвести от него взгляда, словно зачарованная его фигурой. Его приближение было медленным и неотвратимым. Прикосновение его пальцев к ее коже вызвало у нее мурашки по коже. В его глазах она читала обещание, угрозу, нежность — все переплелось в сложный узор.
Её глаза едва успели моргнуть, когда его губы резко и быстро приблизились к её лицу и коснулись её губ. Мягкость этого прикосновения резко контрастировала с бурей эмоций, бушевавших в её душе. Поцелуй был подобен молнии, пронзающей тьму, внезапно озарившей её внутренний мир. Его прикосновение заставило её сердце забиться с такой силой, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Слёзы, блеснувшие в её глазах, были не от боли, а от переполняющей её гаммы чувств, словно каждый момент поцелуя был пропитан нежностью и глубиной, которые невозможно было сдержать.
Поцелуй был осторожным и чувственным, но в нём ощущалась вся глубина его эмоций. Каждое прикосновение было пронизано смыслом и значимостью. Его губы коснулись её с нежной настойчивостью, и язык, осторожно скользящий по её губам, добавил в этот момент интимную теплоту и страсть. В следующую секунду их языки встретились в мягком и нежном танце, как будто каждый прикосновение раскрывал новую грань их чувств. Время словно остановилось, а мир вокруг исчез, оставив только их двоих, поглощённых этим волнующим и бесконечно красивым мгновением.
Когда они отстранились, оба были охвачены волнением и слегка растеряны. Син внимательно посмотрел на Мэй, его взгляд стал ещё более решительным, но в нём теперь отражалась едва заметная тень нежности, придающая его лицу особую мягкость и теплоту.
— Спасибо тебе за всё, Мэй, — ласково произнёс подросток. — Я рад, что познакомился с тобой в тот день.
— Син, я... — не успела ответить девушка, как тут же отключилась.
Юному злодею пришлось применить свою причуду, чтобы усыпить Хацуме. Он прекрасно понимал её чувства, потому знал, что та всё равно будет рваться в бой, чтобы помочь ему, а ей рисковать он точно не собирался.