Сценарист
Шрифт:
— Окружил себя невидимым барьером, значит, — слегка улыбнулась Кьёка. — Умно с твоей стороны.
— Это самая слабая защита из всех тех, что я знаю, — со скукой в голосе произнёс Син. — Но пулям и обычным ударам её не пробить.
— Какой же ты самоуверенный, — злобно процедила Джиро.
— И я просто обожаю таким быть, — издевательски улыбнулся злодей.
Со злобой в глазах и на лице Джиро начала бегать вокруг Айкавы, стремясь нанести тому урон любыми доступными средствами. Она выстрелила несколько раз из пистолета, направляя пули прямо в его направлении, но все они отскакивали от невидимого
Через пару минут Кьёка сбавила обороты и немного отступила назад, после чего выбросила второй пистолет в сторону — теперь он ей был не нужен.
— Решила сдаться? — поинтересовался Син.
— Да никогда в жизни, — издала смешок линчевательница. — Скорее, это тебе придётся сдаваться.
— Ты не смогла нанести мне ни одного удара, — констатировал факт злодей, — но при этом ты продолжаешь утверждать, что у тебя всё под контролем. Глупость или же какой-то план, до которого я пока не допёр?
— Скоро узнаешь.
Джиро отложила катану в сторону. Теперь у неё был немного другой план. Ей удалось кое-что понять во время её непрерывных атак. Щит подростка был достаточно крепким, но и у него были серьёзные изъяны, которыми девушка решила воспользоваться.
Выждав несколько секунд, она снова бросилась в атаку, но уже с голыми руками, что слегка удивило её противника. Сама же Кьёка улыбалась, представляя в голове, как её затея успешно реализовывается. Всё это время она занималась не только своим телом, но и своим разумом, потому за эти девять месяцев она стала куда умнее и рациональнее, чем раньше, и теперь она собиралась использовать сто процентов новых знаний, что ей удалось получить за не очень долгий процесс обучения.
Достаточно приблизившись к сопернику, линчевательница резко остановилась, посмотрела последнему в глаза и вытянула руки вперёд, чем сильно удивила противника.
—Проснись! — сказала она, после чего хлопнула в ладоши прямо перед лицом Айкавы.
Из области рук девушки тут же вылетела невидимая звуковая волна, что тут же достигла ушей подростка, заставив того резко отступить назад и болезненно поморщиться. Звук был очень неприятным — его барабанные перепонки чуть не разорвались, а ведь это далеко не самый высокий уровень звука, что была способна создать его противница.
— Надо же! А кто это у нас отступил? Испугался безоружной девушки? — явно была рада своему успеху она.
— А ты хороша, — ухмыльнулся Айкава, проверяя свои уши. — Я и забыл, что ты можешь пользоваться своей причудой.
— Неплохой ход, не правда ли? Все мои соперники обращают внимание на мою внешность, моё оружие и мои навыки, но при этом многие из них упускают того, что у меня также есть и причуда, — выпрямилась Кьёка, после чего начала готовиться к следующей атаке. — Не думала, что на тебе подобное сработает, но решила попробовать. Уже начал жалеть о том, что не воспринимаешь меня всерьёз?
— До такого пока ещё рано, — продолжал стоять на своём парень. — Из-за одного маленького
— Посмотрим, как запоёшь, когда твои перепонки разорвутся и зальются кровью!
Кьёка вновь бросилась в атаку, на этот раз уже с более сложным планом. Она использовала своё специальное оборудование, спрятанное под курткой, чтобы создавать звуковые волны, что тут же направлялись прямо на её противника. Резкие звуки наполнили помещение, но теперь Син был более осторожен. Он уверенно стоял на месте, отражая каждую атаку, будь то физическая или звуковая. Иногда ему всё-таки приходилось делать шаг в сторону, чтобы невидимая волна не настигла его, и это приводило девушку в бешенство, ибо ей казалось, что Айкава начал видеть каждую её атаку. Вероятно, при помощи своей причуды он улучшил своё восприятие реальности, что помогло ему начать видеть то, что человеческий глаз уловить не способен.
Джиро все усилия бросала на то, чтобы пробить защиту Сина, но безуспешно. Её попытки оглушить его звуковыми волнами встречались с его готовностью и осторожностью. Каждая атака отражалась, и парень не давал ни малейшего шанса для проникновения. Что ещё больше злило её, так это то, что Син даже и не думал контратаковать, хотя для этого у него было множество шансов и моментов. Линчевательница даже специально допустила несколько ошибок, чтобы проверить свою теорию, и она мгновенно подтвердилась — её противник не желал бить её в ответ.
Через полторы минуты Джиро вновь пришлось отступить назад, чтобы придумать новый план и набраться сил. Хоть она и не старалась атаковать сильно, выносливости у неё заметно поубавилось. К ней тут же пришло осознание, что такими темпами уже через десять минут она не сможет продолжать бой, так как сил не останется. Эта мысль заставила её начать придумывать новую стратегию.
— Почему не атакуешь в ответ? — спросила она. — Продолжаешь считать меня никчёмной и не достойной твоего внимания? Хочешь показать мне, насколько наши уровни отличаются?
Девушка выходила из себя. Не так она представляла себе их поединок. И не подумайте, что ей было обидно только из-за того, что её противник не хотел атаковать её и раскрывать свои силы. Скорее, она была зла из-за того, что по этой причине и она не могла полностью раскрыть все свои силы. Главная её стратегия строилась на том, что Син будет с полной силой атаковать её, а она будет уклоняться и успешно контратаковать, временами выбрасывая определённые козыри, что сыграли бы ей на руку. Пассивность же её противника сильно шла вразрез с первоначальными задумками, и это приводило Кьёку в бешенство.
— Думаешь, что ты один всё это время становился сильнее? — с гневом в голосе спрашивала она. — Я тоже все эти месяцы не стояла на месте: тренировалась, рисковала жизнью, приносила в жертву свои мечты и амбиции! И лишь всё для того, чтобы сразиться с тобой! Так почему же ты продолжаешь играться со мной?
— А разве мне не должно быть всё равно на то, через что ты прошла? — с непривычным хладнокровием спросил Айкава. — Разве злодею должно быть интересно, как герой шёл к своей цели, проходя множество испытаний на своём пути? Меня интересует только сам результат этого самого пути, и пока я не вижу, чтобы у тебя что-то хорошо получалось.