Сценарист
Шрифт:
— Лола, уходи отсюда. — сказала строго мама и начала оттягивать меня в сторону, но в этот момент я не собиралась отступать, без страха смотря в глаза того, кто представлял для нас угрозу.
Не знаю, о чём я думала в тот момент, но мне казалось, что я смогу защитить собственную маму. Сейчас то я понимаю, что это было очень глупо и безрассудно, и, быть может, всё бы сложилось совсем иначе, если бы я послушала мать в тот самый момент.
— Думаешь, что сможешь победить нас? — спросил он с весельем в голосе. — Сможешь победить двух профессиональных героев? Какого же ты о нас мнения, девочка? Неужели,
— Лола, прошу тебя! Прошу! Беги! — уже кричала мать, но я не слушала.
В этот же момент я получила неожиданный удар в челюсть, нанесённый ногой того самого Ворона. Я и не успела заметить, когда он смог так близко подойти. От такого столкновения его ноги с моим лицом я тут же свалилась с ног, да ещё и отлетела в сторону.
Завидев это, мама закричала и набросилась с ударами на героя, от чего тот рассмеялся.
— Стервятник, да ты посмотри! — смеялся он. — Нам попалась жёсткая баба! — заявил он, после чего поймал обе руки моей матери, зажав их в хватке одной руки. — А я люблю девушек с боевым характером. — произнёс устрашающе он, смотря маме прямо в глаза.
Дальше началось то, что повергло меня в шок и страх одновременно: они прижали мою мать к спине и начали рвать на ней её блузку, попутно задирая юбку. Она пыталась сопротивляться и кричать, но ей тут же закрыли рот своеобразным кляпом, а чтобы она меньше сопротивлялась, тот же Ворон нанёс ей сильный удар кулаком по голове, от чего резкость её движений резко сократилась.
Мне казалось, что весь мир вращается вокруг меня, и темнота окружила моё сознание. Кровь струилась из разбитой губы, затуманивая мой взгляд. Я ощутила острую боль, пронзившую каждую клетку моего тела. Но даже в этом мучительном состоянии, я не могла сдаться. Зрение мое помутилось, и я различала только нечёткие очертания темных фигур, склоняющихся над моей мамой. Они жестоко издевались над ней, рвали на ней её блузку, оскверняя её тело. Чувствовала я их силу, громкие смех и мерзкую суть их душ. Я попыталась подняться с земли, но тут же рухнула от резкой боли в голове. Однако, я не переставала пытаться подняться, веря в то, что я ещё смогу спасти собственную мать.
Продолжая свои подлые деяния, Стервятник и Ворон жестоко прижали мою мать грудью к холодной стене, лишив её возможности даже дышать свободно. Ненавистные руки этих уродов проникли под её одежду, сгущая тьму вокруг нас. Чувствовалось, как они с удовольствием срывали с неё каждый слой её достоинства, лишая её всего, что оставалось от личной интимности.
Сильная рука Стервятника с садистским удовольствием потянула за трусы моей матери, лишая ее последней части одежды, что прикрывала её достоинство. Его грубые пальцы проникли в ее интимную зону, от чего мама тут же вновь попыталась закричать, но очередной удар по голове от Ворона прервал её крик. Моя мать, позорно и беззащитно, была предана безумной жажде насилия, которая усиливалась с каждым моментом.
Ворон, с железными глазами и безразличной маской, снял свои штаны, не испытывая никаких сомнений или угрызений совести. Он приставил свою обнаженную плоть к маминому телу, усиливая грубость и бесчеловечность этого ночного кошмара. От моей мамы доносились глухие стоны, затерянные во мраке, в котором существовали
Из моих глаз хлынули слёзы. Я ничего не могла сделать со всем этим. Я была… абсолютно бесполезной. Беспомощной. Жалкой. Единственное, что я могла делать — это смотреть на то, как мою мать унижают, как над ней измываются, как её насилуют. От осознания этого в моей груди что-то сильно сжалось, перекрывая моё дыхание. Сердце забилось с бешеной силой, а из носа резкой струёй начала бежать кровь.
Я хотела помочь своей матери. Я… я хотела спасти её! Но я… я не могла сделать это. Я была слаба.
— Нет... Пожалуйста... Не надо! Отпустите… маму… — с невероятным трудом выдавливала я из своих уст, удивляясь тому, что прямо сейчас мой голос был совсем тихим, да ещё и хриплым.
Никакого эффекта. Они даже не обратили на меня внимания. Это… очень сильно разозлило меня.
Под действием гнева и новой волны адреналина я вновь предприняла попытку подняться. Мне просто нужно было встать. Я ДОЛЖНА БЫЛА СДЕЛАТЬ ЭТО! И у меня получилось.
Я растерянно и с трудом подняла свое измученное тело с земли. Мои ноги дрожали, словно ветки недавней грозы, а колени гнулись под тяжестью страха и ярости, которые сражались внутри меня. Я чувствовала, как моя сила идет на исход, но в глубине души зажглось пламя решимости, отчаянное желание изменить ход ужасающей ситуации.
Мой взгляд был расплывчатым, затуманенным слезами и болезненной обузой ужаса. Через кровавые следы, оставленные на моем лице, мир представлялся мне искаженным и безжизненным. Но я не могла себе позволить уступить, не сейчас, когда жизнь моей матери висела на волоске.
Мои руки, покрытые царапинами и ссадинами, вздрагивали от усталости и боли, но я их не обращала внимания. Я сосредоточилась на каждом движении, на каждом усилии, чтобы подняться на ноги. Каждый шажок казался преградой, встречающейся мне на пути, но я не думала об отступлении.
Моё дыхание было неровным, прерывистым, словно затерянное во мраке угнетения. Мое сердце продолжало греметь в груди, сопровождаемое громким гулом в ушах. Но я собрала все остатки своей воли, все оставшиеся капли мужества, чтобы встать и противостоять этим тварям.
— Я… сказала… ОТПУСТИТЕ МОЮ МАМУ! — закричала я, после чего Стервятник обратил на меня внимание.
Похоже, он был удивлён тому, что мне удалось подняться на ноги. Честно говоря, я и сама была удивлена данным событием. Сначала на его лице можно было увидеть недоумение, а потом оно сменилось самодовольной ухмылкой, которую я тут же возненавидела всем своим сердцем.
— Надо же! — с насмешкой сказал он. — Девочка то тоже с характером! И что же ты мне сделаешь? Укусишь? — спрашивал он, издеваясь.
В этот же момент моя причуда проявилась. До этого момента она никак не показывала себя, но, похоже, под действием страха, ненависти и многих других факторов она всё же решила заявить о своём присутствии. Как только этот урод посмотрел в мои глаза, мои зрачки засветились, от чего изображение в его глазах начало резко менять цвета. Сначала он ничего не понял, но потом, когда ему стало плохо от этого, он попытался закрыть глаза, но даже в этот момент моя причуда продолжала действовать. Правда, продолжилось это не слишком долго.