Шрифт:
Эфраим Севелла
Сценарии
Эфраим Севелла. Белый "мерседес"
СЦЕНАРИИ
Этот фильм посвящается памяти
одиннадцати израильских спортсменов,
павших от рук террористов
в 1972 году на Олимпийских играх в Мюнхене. 1. Бензоколонка. День.
Бензоколонка близ развилки американской автострады. Съезд с трассы проходит мимо бензоколонки и, минуя ее, круто вливается в поперечную дорогу на мосту, нависшем над автострадой. По обеим дорогам в двух направлениях густо движется транспорт.
Возле
Приземистый "Крайслер" притормозил возле бензоколонки, подставив свой бак под шланг заправщику. За рулем - девица лет 23, чуть заметно семитского типа, загнанного вглубь, замаскированного американским стандартом внешности, начиная от помады и прически до вы
зывающего, подчеркнуто независимого взгляда больших черных глаз. Это Сьюзен, Сю. А рядом, с гитарой на коленях, в потертых джинсах - случайный попутчик, славный малый, ее сверстник.
Попутчик. Тут я тебя покину. Спасибо... за все.
Сю. И тебе спасибо.
Попутчик. За что?
Сю. Сам знаешь.
Попутчик. За это не благодарят. Тут мы квиты.
Сю. Ну, если ты мною остался доволен, как я тобою... то... квиты.
Попутчик. Прощай. (Он целует ее.)
Сю. Эй, эй! Постой! Аза бензин? Твоя очередь платить.
Попутчик (лезет в карман). Проклятый нефтяной век! За любовь платят бензином.
Сю. Только за проезд, мой милый. А любовь... бесплатно. Впрочем, могу завтраком тебя угостить... за мой счет.
Попутчик. В другой раз.
Сю. А будет ли другой раз?
Попутчик. Можно и так поставить вопрос: а нужен ли другой раз?
Оба смеются, хлопая друг друга по ладоням, как делают крутые парни, прощаясь. 2. Буфет при бензоколонке. День.
Сю завтракает, сидя на высоком стуле у стойки буфета, а хозяйка, немолодая еврейка, часто поглядывает то на нее, то на экран телевизора, где транслируется передача с фестиваля песни.
Буфетчица. Я, конечно, извиняюсь, что мешаю вам покушать, но как вам нравятся это умопомешательство?
Сю. Неплохо заработаете на этом сумасшествии. Обедать они сюда прибегут.
Буфетчица. А убытки? А поломанная мебель? А неоплаченные счета? Это вы в расчет не берете?
Сю. Убытки спишете с налогов.
Буфетчица. Боже, вы рассуждаете так же, как они. А я вас вначале за еврейку приняла.
Сю. Мои родители - евреи. Из Европы.
Буфетчица. А вы кто?
Сю. Как кто? Я? Я- американка.
Буфетчица. И будь вы хоть разамериканкой, у вас такие печальные еврейские глаза...
Сю. Почему печальные? (Смотрит в зеркало со смехом.) А мои родители.находят, что они слишком веселые. У меня
Буфетчица. Хотите послушать моего совета? Здесь не совсем то место, что к лицу девушке из приличной семьи. Мы, евреи, к сожалению, все еще любим танцевать на чужих свадьбах.
Сю. Что вы подразумеваете под чужой свадьбой? Это моя страна. Моя! И все, что в ней происходит, меня волнует. Вьетнам! Водородная бомба! Богатство и нищета!
Буфетчица. Волнуйтесь на здоровье. Кто вам мешает? У нас, слава богу, демократия. Но волнуйтесь, пожалуйста, не слишком громко. Я вас умоляю. Принимайте все близко к сердцу, если вам своего сердца не жаль, но не поднимайте шума, чтобы прохожие не оборачивались. Имейте в виду, что всегда найдутся люди, которым ваш голос... и ваш нос не понравятся.
Сю. Ну и что? Тем громче должен быть наш голос.
Буфетчица. Чей - наш? Ваш - это мой тоже. В отличие от других народов, мы, евреи, несем коллективную ответственность за реальные и вымышленные грехи каждого нашего соплеменника. И уж если вас так распирает от жажды полезной деятельности, почему бы вам не уехать в Израиль? К своим.
Сю. Если б я не опасалась выглядеть бестактной, то такой же вопрос могла бы задать и вам.
Буфетчица. А что я принесу Израилю? Мои старые кости? У вас же молодость и здоровье.
Сю. Следуя вашей логике, нужно посоветовать всем черным убраться в Африку, откуда их когда-то привезли сюда не по их воле.
Буфетчица. И вы думаете, это плохая идея? Уверяю вас, это было бы лучше и для Америки, и для Африки. Сразу бы решили сто проблем.
Сю. Вы не пробовали выдвинуть свою кандидатуру в президенты?
Буфетчица. Для этого есть одна помеха - Американская конституция. Президентом этой страны может быть только человек, родившийся на этой земле. Как, например, вы. Я же появилась на свет в Европе.
Сю. Не в Польше?
Буфетчица. А как вы угадали?
Сю. У вас такой же акцент, как у моей мамы. И такие же глаза.
Буфетчица. Мировая скорбь? Которой у вас почти нет, а у ваших детей и следа не останется.
Сю. Разве это плохо?
Буфетчица. Я этого не говорю, но что взамен появится в глазах? Пустота? Так уж не лучше же мировая скорбь?
(К стойке подходит огромный негр и ставит к стенке картонный плакат: "Лучше заниматься любовью, чем воевать!" Он явно намеревается подсесть к Сю, вызывая этим беспокойство буфетчицы.)
Негр (Сю). Привет, красавица.
Сю (охотно). Привет!
Негр. Меня зовут Джо.
Сю. А меня - Сю.
Буфетчица (Сю). Вот ваш счет. Спасибо, милая. (Негру) Что закажете?
Сю. Я еще кофе попрошу.
Буфетчица неодобрительно взглядывает на девушку. А негр тем временем садится рядом с Сю и кладет свою огромную руку ей на плечо. 3. Фестиваль песни (с включением хроники). День.