Сборник
Шрифт:
— Он спит. Не будите его.
Камилла перенесли в его «заминированную» каюту. Старый Козырь, вздыхая и двигая разбитой челюстью, попытался сделать ему укол, но опять наткнулся на руки Анны. Поглядел в ее полузакрытые глаза.
— Да ты с ног валишься, детка, бай-бай, да?
И она вновь нырнула в сон, как в омут…
Стоя к ней спиной, Камилл, запрокинув голову, пил из горлышка бутылки. Мокрые длинные волосы его блестели. Поставив бутылку на стол, он обернулся. Немилосердно
— Я уже завтракал, — объявил сварливо, — и ничего вам не оставил. Придется идти в столовую.
— Не страшно.
— А по каким это соображениям вы устроились в моей комнате?
Анна огляделась. Сказала задумчиво:
— Откуда я знаю? А что тут было?
— А что тут было? — удивился Камилл очень ненатурально.
— Кто все это сделал?
— Что?
Они поглядели друг на друга. И Камилл неожиданно сдался. Бормоча: «Берут прямо из постели, тепленького» — подошел и сел рядом. Анна завозилась на постели, он легонько толкнул ее обратно. Это напомнило ей….
— Как вы меня усыпили?
Камилл хмыкнул.
— Догадалась… И о чем же вы еще догадались?
Разглядывая ее, он рассеянно подкидывал на ладони по-прежнему тусклый камень.
— Вы попросили помощи трикки и вам ее дали?
Рука Камилла замерла, сжав талисман.
— Что вы об этом знаете?
— Ничего, Камилл.
— Тогда, действительно, вы слишком догадливы. Все подозревают, что у трикки есть кое-какие секреты. Например, с помощью этого камня они могут передать его носителю ум, силу, энергию многих человек… В общем, сделать его суперменом.
— И вы вчера…
Камилл усмехнулся, почесывая ладонь.
— Да. Вчера я им был. Не очень-то это приятно, если честно…
— И вы один с ними справились?
— Ну… с теми, кто остался. Но они не смогут связно рассказать, что с ними произошло. И вы не расскажете. Идите в душ и забудьте.
— Уже. Но душ я могу принять и у себя.
— За дверью ждет шериф.
— Что мне говорить?
— Говорить буду я. Вы будете молчать и кивать в нужном месте. А после шерифа будьте любезны перебраться в свою комнату.
— Да уж не задержусь! — ледяным голосом сказала Анна.
Зеркало в душе было во весь рост. Поворачиваясь под теплыми струями, Анна придирчиво рассматривала себя. Предыдущие сутки оставили на теле несколько синяков и царапин. Да еще заживший шрам на руке. Но, в общем, и целом… Анна провела рукой по груди и вдруг вспомнила, что вытворял с ней напиток трикки… и еще она вспомнила сумасшедшие глаза Камилла.
Камилл стоял в это время, упершись руками по обе стороны узкой двери в душевую. Он знал, что душ не запирается. И очень хорошо представлял себе блестящее мокрое гладкое тело женщины. Он поднял ладонь… глубоко вздохнул, и с силой оттолкнулся от стены.
Когда
— Мы как раз говорили… э-э-э… техник Каускас… — начал шериф, хмуро уставившись на ее гладкие колени. С ничего не выражавшим лицом Камилл, перегнувшись через подлокотник, подчеркнуто тщательно поправил полотенце на ее ногах. Анна поблагодарила его улыбкой. Шериф засопел.
— Мы как раз говорили с вашим э-э-э… работодателем о том, что произошло вчера. Итак, когда на базу было совершено нападение, вы заперлись в этой каюте?
— Да.
— Что было потом?
— Потом я решила выйти. Но дверь я немного… заминировала. Так, для острастки.
Шериф покосился на Камилла. Камилл в удивлении двигал бровями.
— Затем?
— Затем я пробралась в ангар…
— И никого не встретили?
— Нет. Села в вездеход и решила поехать за помощью. Потом поняла, что заблужусь, и вернулась обратно.
— И что здесь происходило, вы не знаете?
— А что здесь происходило?
Шериф поглядел на Камилла. Камилл рассеянно глядел на дверь.
— Ваши люди утверждают, что вас с ними в эту ночь не было. Где вы находились?
— Партизанил, — серьезно сказал Камилл. — Спасибо за помощь. Не ожидал.
Его протянутая рука повисла в воздухе. Шериф тяжело поднялся.
— Черта с два ты б ее получил, если бы не техник! Вы едете со мной?
Анна нерешительно посмотрела на Камилла. Камилл молчал.
— Мне нужно еще дня два, чтобы закончить ремонт.
— Тогда прощайте. Надеюсь, мы вам больше не понадобимся.
Тяжело ступая, он вышел.
— Какой милый, — сказала Анна.
— Да уж…
Повисла тишина. Анна спустила ноги с кресла.
— Пойду к себе, — сказала осторожно. Камилл молча встал, отошел к бару. Гладкая панель отражала происходящее за его спиной. Некоторое время Анна смотрела на него, потом поднялась, начала собирать одежду. Аккуратно повесив ее на согнутую руку, вновь по-смотрела на Камилла. Тот сосредоточенно выбирал бутылку.
— Я ушла.
— Анна!
Вздрогнув, она обернулась. Камилл смотрел на нее неспокойно блестевшими глазами.
— Я хочу, чтобы вы забыли о Сарти. Сарти больше нет, вы поняли?
Некоторое время они смотрели друг на друга. Анна спросила негромко:
— О чем еще я должна забыть?
— Обо всем, — буркнул Камилл, отворачиваясь. Анна вышла бесшумно.
После похорон погибших он почти не видел техника. И втайне надеялся, что не увидит до самого отъезда. Однако отъезд задерживался.