Сборник
Шрифт:
— Очень рад, что вы смогли придти, — с улыбкой приветствовал гостей второй глава Первого Детского блока Назив.
Чарли оторвался от разглядывания картины и увидел лидомца, одетого точно так же, как и Гросид. Назив протягивал ему руку. Чарли пожал ее и отпустил.
— Я тоже рад, мне здесь нравится.
— Мы так и предполагали, — отвечал Назив. — Готов спорить, что обстановка здесь не очень отличается от привычной вам.
Чарли мог бы согласиться с этим из вежливости, но не захотел кривить душой перед этими людьми.
— Слишком отличается от всего, что мне знакомо, — признался он, некоторые вещи
— Присаживайтесь. Сейчас мы перекусим — просто для поддержки сил. Имейте, правда, в виду, что вскоре мы попадем на настоящий пир.
Назив наполнил глиняные тарелки салатом и раздал их, в то время как Гросид разливал в кружки золотистый напиток. Чарли ощутил его медовую густоту с острым привкусом специй. Напиток был прохладным, но не слишком холодным. Салат ели деревянными вилками с двумя короткими острыми зубцами и одним длинным широким зубцом с острой кромкой. Вкус салата был просто замечательный, и Чарли пришлось сдерживаться, чтобы не есть с жадностью и не просить добавки.
За едой шел разговор; Чарли не принимал в нем особого участия, хотя чувствовал, что его стараются заинтересовать и во всяком случае не говорят о том, что ему могло бы быть неинтересно:…У Фредона, выше на холме, обнаружили долгоносиков… Видели ли вы новый метод инкрустации, который придумал Дрегг? Дерево в керамике — можно поклясться, что они отожжены вместе… Назив хотел применить биостатическую обработку молочаев для получения новых видов волокон… Сын Эриу по глупости сломал себе ногу…
Во время их еды дети входили и выходили, никоим образом не отвлекая старших, они просто вбегали, получали орех или ломтики фруктов, испрашивали, запыхавшись, разрешения на что-то или просто что-либо сообщали: «Иллеу говорит, что стрекоза — это паук. Это правда? — нет, ни одно арахновидное не имеет крыльев». Мелькали красная лента и желтая туника, и ребенок так же быстро исчезал. Однажды появилось маленькое голое создание, кокетливо заявившее:
— Гросид, у тебя очень смешное лицо.
— А у тебя тоже.
Крошка убежал, весело смеясь.
Чарли намеренно ел медленно, наблюдая за Називом, сидевшим рядом на низком пуфике и ловко извлекавшим занозу из своей собственной ладони. Рука у него была крупной и сильной, и Чарли заметил большие мозоли, сделавшие бы честь любому грузчику. Это как-то не соответствовало легкой одежде, художественно выполненной мебели. Но пока Чарли чувствовал, что не вправе еще делать какие-либо выводы. Он спросил, пристукнув кулаком по основательной ручке своего кресла:
— Вы делаете такую мебель здесь?
— Прямо здесь, — бодро подтвердил Назив. — Сам сделал. А вместе с Гросидом мы сделали все, что здесь есть. Конечно, дети помогали. Гросид сделал тарелки и кружки. Нравятся?
— Еще бы, — отозвался Чарли. Посуда была коричневой с золотом и переплетавшимися цветными полосами. — Это что, лак по глине или вы обжигаете их в своем А-поле?
— Ни то и ни другое, — улыбнулся Назив. — Хочешь увидеть, как мы делаем их? — Он посмотрел на пустую тарелку Чарли. — Или еще салата?
Чарли с сожалением отставил тарелку.
— Спасибо, мне хотелось бы увидеть, как вы делаете посуду.
Они поднялись из-за стола и вышли в заднюю дверь. За портьерой прятался ребенок, озорно дернувший Назива за плащ, в ответ на что Назив, не
— Вы очень любите детей, — отметил Чарли.
— Мой бог! — отвечал Назив.
Смысл сказанного был не совсем ясен, но Чарли чувствовал, что он хочет сказать — это был ответ на его замечание, но не прямое объяснение. Считал ли он ребенка своим богом? Или… было ли это принципом отношения к детям?
Комната, в которой они оказались, была немного выше и шире, чем другие, и совершенно не напоминала уютные и удобные жилые помещения лидомцев. Это была мастерская — обычная рабочая мастерская. Пол был устроен из кирпичей, гладкие стены обшиты деревом. На деревянных крючках висели инструменты: кузнечный молот и клинья, молотки поменьше, тесло, скобель, шило, окорочный нож, топорик и большой топор, угольник, рейсмус и уровни, коловорот, стамески и набор рубанков. У стен в разных местах помещения стояли станки — самое удивительное, что все они были сделаны, очевидно, вручную из дерева! Отрезной станок со столом, похоже, приводился в движение ногой, а ножовочная пила — кривошипно-шатунным механизмом, заставлявшим пилу двигаться вверх и вниз. Верхний конец пилы фиксировался в громоздкой раме и был пригружен деревянной пружиной. Токарный станок также имел множество деревянных шкивов для регулирования скорости, и кроме того огромное керамическое маховое колесо, весившее не менее пятисот фунтов.
Назив привел сюда Чарли, чтобы показать печь для обжига. Печь стояла в углу — это была прочная конструкция из огнеупорного кирпича с дымовой трубой сверху и тяжелой металлической дверцей, покоившаяся на кирпичных же подпорках. Под печью стояли тигель и горн, который Назив, с некоторым напряжением, выкатил, чтобы показать Чарли, после чего вернул его на место. Рядом были устроены кузнечные меха с ножным приводом. Выходное отверстие мехов открывалось в нечто вроде большого мешка, что оказалось при ближайшем рассмотрении огромным пузырем. Назив начал усиленно качать ногой педаль, и сморщенный мешок сначала как бы вздохнул, перевернулся на свою спину и стал раздуваться.
— Идея пришла мне в голову, когда я увидел, как дети играют на волынке, — воодушевленно объяснял Назив.
Он прекратил накачивать меха и вытянул какой-то рычаг. Чарли услышал шипение — это через сетку выходил воздух. Еще более вытянув рычаг, Назив добился того, что поток воздуха усилился.
— Управление очень простое, присутствие взрослых не требуется: все дети могут обращаться с мехами, даже самые маленькие. Им это нравится.
— Это все просто чудесно, — искренне признал Чарли, — но, конечно, можно было бы устроить все и проще.
— Конечно, — согласился Назив, но воздержался от дальнейших комментариев.
Чарли восхищенно посмотрел на него, на аккуратно сложенные распиленные брусья, прочные крепления деревянных машин…
— Обрати внимание, — попросил Назив.
Он откинул зажим со стороны патрона токарного станка и поднял направляющие, которые зафиксировались в вертикальном положении.
— Сверлильный станок! — узнал Чарли. Он указал на маховик. Выглядит, как будто сделан из глины. Как вам удалось его обжечь?