Сбитый ритм
Шрифт:
— Н-не зз-знаю, — Дарн весь трясся, глядя на остатки кареты, — ыыыы…
Ну всё. Разговорами ничего не добиться, а информация нужна сейчас. И как? Микросвёртка в чужой голове? Не умею, да и опасно. Гипноз и проникнуть в сознание? Слишком долго. Самое простое — прирезать Нарной, да где её взять?
Дарн взвыл и ринулся прочь. Нагнала, вырубила одним ударом в висок. Так-то тебе, тарвол истеричный!
— Слушай, я даже не знаю, кто страшнее — вулкан или ты, — сказали за спиной.
Ответить не успела: Халнер схватил меня за плечи, Дарна за шиворот, и перенес нас прочь, едва успев до обрушения стены.
В утробе земли что-то
— Надкхххх! Убиратьс-хххх! Нарна у меня, кххкххх, жешь сделать преххх? — едва выговорил Халнер, и протянул кинжал.
Я быстро кивнула. Схватив витую рукоять, начала свертку. Замелькали цветные всполохи, линии, круги и полусферы, будто кто-то засветил по голове. Каракули сознания сливались в очертания гор, ущелий, долин. Халнер помогал, Дарн болтался мешком. Потом силы закончились. Пространство заколебалось, выкинуло нас в глубокий, обжигающе холодный снег посреди темного леса.
— Г-де м-мы? — губы едва шевелились от холода и усталости.
Халнер только мотнул головой, и указал на далёкий огонёк между стволами.
Аркан VI.ВЛЮБЛЕННЫЕ. Глава 25. Чёрный восход
Небольшая церковь набита битком — люди молились о спасении от новой Катастрофы. Правда, следов землетрясения не наблюдалось. К нашему появлению отнеслись весьма настороженно: перешептывания, хмурые взгляды, шуршание ножей за голенищами. Священник, ведший службу, забубнил о карантине. Несколько человек вызвалось «проводить» нас до врачей.
За время, что мы шли до госпиталя, из насторженных ответов «стражников» стало ясно: мы перенеслись куда-то в глухие леса Закатного плато, а встретившая нас община — беглецы от прошлогодней эпидемии Красной Смерти.
Местечко оказалось по-настоящему глухое — никакой заразе не добраться. Пользуясь обилием строительного материала и нехитрыми знаниями, люди успели основательно отстроиться. Удивительно, но все дома здесь именно построили, а не вырастили, как обычно в Мерран. На вопрос, отчего так, никто внятного ответа не дал.
Однако, самое странное сооружение — госпиталь. Настоящий каменный госпиталь! Даже с колоннадой! В Мерран я такое ещё ни разу не видела. Особенно посреди плоской и лесистой равнины. Странности добавляли местные врачи, явно не деревенские знахари: вкрадчивые голоса, приветливые улыбки, прекрасные манеры, и умные речи…. Только вот идея выращивать декоративные деревца на спинках живых мышей показалась мне несколько… ммм… сомнительной.
Подозрения и плохие предчувствия крепли не с каждым днём, а с каждым часом. Но, едва я решила ими поделиться, как слушать стало некому: прогулка по морозу в ночь землетрясения, по словам лекарей, не прошла даром. Сначала Дарн, а за ним и Халнер, начали страшно кашлять, и кутаться в меховые плащи. Одного за другим, мужчин отправили в изолятор — мало ли, какие могут быть осложнения от такой простуды? Через пару дней я и сама узнала, какие: на локтевом сгибе расцвело маленькое красное пятнышко.
Из-за лихорадки и вечного полумрака в комнате, я потеряла счёт времени. Тело будто горело изнутри, выбрасывая всё нужное и ненужное, отказываясь что-либо принимать взамен. Осознание полного бессилия давило,
Действительно, главный симптом и ужас Красной Смерти — язвы — отсутствовал почти полностью. Нет, они, конечно, вылезли, но далеко не такие страшные, как на тех трупах в монастыре Тмирран, и быстро прошли. Приходилось расковыривать, а ещё — много метаться и театрально стонать, чтоб не выдать улучшение. Ведь, если ты в западне, то усыпить бдительность врага — первое дело. А про западню я уже не сомневалась.
Когда силы вернулись полностью, я показала улучшение. И тогда вместо санитара в прозрачной маске, пришёл врач с тетрадкой и ручным скорострелом. Пользоваться оружием лекарь не особо умел, да и напала я неожиданно и стремительно. Стянув локтем костлявую шею, второй рукой нажала на болевую точку на спине.
— Ты чего тут с нами сделал, тварь? Быстро!
Подвывая, врач начал говорить. Увы, предчувствия не обманули: нас действительно заразили специально, причём, изменённым видом Красной Смерти, опасным для Зрячих. Вроде как, чем выше кровь, тем хуже должна идти болезнь. И это говорят мне, чистокровной?! Реакцию крови для начала научись определять, идиот!
Незадачливый экспериментатор рухнул на пол со свернутой шеей. Я затащила труп на койку, прикрыла одеялом, и отправилась искать Халнера.
Сумрачный коридор, одинаковые двери. Заперто, пусто, заперто. Когда в одной из комнат, наконец, наткнулась на остывшее тело, долго не могла решиться поднять покрывавшую простыню. Но это оказался всего лишь Дарн. Раздет, всё тело испещрили нарывы с застывшим гноем, на лице застыла гримаса боли, один глаз лопнул и вытек. Интересненько.
Накинув простыню обратно, я подошла к окну и внимательно осмотрела свои руки с едва заметными следами от Орр. Подумать только! Привязка, привязка… а ничего страшного-то и не случилось.
Снова коридор, двери, комнаты. И весь будто высохший, покрытый полузарубцевавшимися язвами человек в одной из них. В полумраке не видно его лица, но… Нет, нет. Точно нет. Надо двигаться дальше. Ручка повернулась легко, но петли слегка скрипнули. Тут же раздался стон — хриплый, едва слышный, в два слога. Два немыслимых слога. Слога моего имени.
Я крепко зажмурилась. Медленно притворив дверь, со всей силы стукнула лбом о косяк.
Дальнейшее было похоже на бред. Полоумный, сиплый разговор. Его просьбы — убить. Мои просьбы — бежать. Мельтешение по больнице — уж если убивать, то других, тех, кто повинен во всей этой истории. Убивать и брать необходимое, чтобы выжить в зимнем лесу. Лесу! Зимнем! Мне, выросшей в пустынях и степях!
Несмотря ни на что, мы вполне сносно продержались почти четыре дня. Как ни странно, погоню не подняли, хотя не так уж далеко мы и ушли. То ли маскировка так хорошо работала, то ли свертка удалась. Но, неизбежное всё равно произошло: Халнеру стало хуже.
Он окончательно слёг на пятые сутки, и уже через несколько часов перестал понимать, что происходит. Я начала метаться, но теперь не от жара, а от бессилия. Приложить лёд или вскипятить воду? Растереть снегом или укутать во все тряпки, какие есть? Попытаться засунуть в него последнюю еду или выкопать из-под снега травы, чьё название я не помню, но помню рассказы Эвелин, что они снимают боль? А может, вообще вернуться в больницу?