Сато
Шрифт:
— Зачем?
Костя мгновенно сбился со своего уверенного солдафонского тона. Немного растерялся, потом буркнул:
— Потому что могу! Что за вопрос вообще?!
Вот это больше похоже на правду. Осознает ли он, что пытается создать вокруг себя привычную среду?
— Ты уверен, что не было никакого другого способа, кроме как поссориться с учительницей? — чуть сбавила накал Даша.
— Был, конечно, — кивнул Костя. — Внезапное вторжение хаоситов, например. Все, кто выжил бы, точно стали бы сплоченными. Давай начистоту. Наталья
— Ты же сам сказал: чтобы следить за порядком и…
— Чтобы солдаты его ненавидели, — перебил Костя. — Солдаты должны ненавидеть сержанта больше, чем друг друга. Они должны воспринимать его как внешнего врага, угрозу всей группе. Это и приведет к быстрому сплочению. И умный сержант знает свою работу. Если он хочет, чтобы бойцы превратились в единый кулак, он должен стать их ночным кошмаром. Бойцы должны понимать, что могут опираться только друг на друга. А в процессе кто-то из них занимает лидерскую позицию, понимая, что нужна координация. В итогек концу учебки мы имеем сплоченное подразделение и общепризнанного лидера. Можно на обстрел отправлять.
Даша какое-то время молча разглядывала Костю.
— Но вы же не военные. Нет никакой необходимости действовать согласно этой стратегии.
— А согласно какой тогда? Если в этой учебке есть задача получить сплоченный, самостоятельный коллектив, то это кратчайший путь, — возразил Костя. — Или нет такой задачи? И на выходе должна получиться банда послушных разобщенных баранов, неспособных принимать самостоятельные решения и поддерживать товарищей? Не желающих и даже боящихся вступать в конфликт? Если так, то я, конечно, дал маху.
Даша чуть не ляпнула, что задача скорее во втором, чем в первом, если уж говорить честно.
— Что ты называешь самостоятельностью? Если уж мы говорим о солдатах?
— Способность действовать автономно, конечно. В условиях отсутствия связи, к примеру. Без вечных команд сверху. Солдаты не должны быть идиотами.
То есть вне зоны контроля старших. Попытка выйти из-под опеки?
— Я поняла твою логику. Но если мыслить твоими категориями, то Наталья Ивановна — старшая по званию и… — Даша буквально наткнулась на презрительный и высокомерный взгляд Кости. — Старшая по званию тут, в рамках этой планеты. Тут все-таки не действует ваша система званий. Так вот, если она старшая по званию, то ты должен выполнять ее приказы, а не оспаривать ее авторитет.
Костя какое-то время молчал.
— Я не нарушил никакого приказа, пусть и публично осадил ее. Она сама допустила глупые ошибки. В любом случае, если она заинтересована в достижении нами результатов, то еще скажет спасибо.
— А как именно ты выбирал, вокруг кого надо сплотить коллектив?
Костя в очередной раз посмотрел на Дашу, как на дуру.
— Ну, у меня был сложный выбор между мной и Матвеем.
— Каких? — чувствуя подвох, все же спросила Даша.
— Ест грязь, например, — фыркнул Костя. — Ты перебарщиваешь с уровнем глупости вопросов.
Даша почувствовала злость и раздражение. Что за солдафонская упертость? Он вообще не смотрит на себя. Даже не пытается.
— Как ты думаешь, что Наталья Ивановна чувствовала, когда проигрывала?
— Очевидно, злилась. Она же поняла, что теряет авторитет.
— А что чувствовал ты? — Даша внимательно следила за реакцией, но увы, ожидаемого не увидела.
— Ничего особого. Победа над женщиной по определению удовольствия не приносит.
— А если бы это был мужчина?
— Можно было бы гордиться. Довольно красиво получилось.
И снова тупик. Даша покачала головой.
— Во всем этом меня больше всего интересует один вопрос. Тебя не смущает, что Наталья Ивановна не в курсе твоих вводных? Что она сержант, что вы формируете воинское подразделение? Тебе не приходило в голову, что ты мог ее обидеть?
Костя удивленно посмотрел на Дашу, явно не понимая самой сути вопроса.
— Что сделать?
— Обидеть. Ты ведь достаточно жестоко с ней обошелся.
— Давай разберемся. Есть задача чему-то научиться или за жопу друг друга потрогать?
Даша удивленно моргнула. Откуда такое выражение? Что оно вообще должно значить?
— Что ты имеешь в виду?
— Что можно действовать для достижения результата в обучении, а можно заботиться о том, как бы друг друга не обидеть.
— И ты считаешь, что одно исключает другое?
— Абсолютно. Обида — часть закалки. Либо ты научишься с ней справляться, либо даже не пытайся жить.
В некотором смысле Даша даже была с ним согласна.
— Но если я правильно понимаю, то тебе в дальнейшем понадобится взаимодействовать с Натальей Ивановной, так?
— И что?
— Обида будет негативно влиять.
Костя снова удивленно посмотрел на Дашу.
— Это ее работа. Это ее долг. Какая обида? Оначто, снизит мои оценки из-за обиды? Я стану хуже выполнять свои обязанности из-за ее обиды?
— Нет.
— Тогда мне плевать на ее обиды. Ученики в этом классе явно не для того, чтобы радовать Наталью Ивановну. Я — уж тем более.
— Но давай посмотрим правде в глаза, — вздохнула Даша. — Странная ситуация получается. Ты кругом прав, а пострадаешь в итоге ты же. Не странно ли?
— Ну, у вас тут все наоборот. Что поделать.
— Например, не пытаться воевать там, где в этом нет необходимости. Понимаешь, о чем я? Это просто школа, просто дети, просто учитель.
— И какая у всего этого цель?
— Дать детям знания, навыки.
— Знания не стоят ничего, если у тебя нет решимости их применить. А пока я не вижу заинтересованности учителей в том, чтобы эти дети превратились в воинов!