Сатанинский дар
Шрифт:
– Я, кажется, догадываюсь, что ты имеешь в виду…
Тут Андрей хлопнул себя по лбу, так как в голове с большим запозданием сложилась еще одна цепочка наблюдений и предположений:
– Помнишь, когда Стёпа позвонил в участок и сказал, чтоб ему не мешали? Лейтенант тогда включил внешний микрофон. А что сказал Стёпа? «Хорошо, что вы включили внешний микрофон, я хочу, чтоб меня слышали все».
– Ты хочешь сказать, что он видел всё происходящее в участке?
– Именно! – кивнул Андрей. – Конечно, по телефону слышно, когда на том конце говорят через внешний микрофон, но лейтенант еще ничего
– Может он и сейчас наблюдает за нами?
Андрей приоткрыл дверцу и, высунув из машины голову, прокричал:
– Стёпа! Ты нас видишь? Стёпа! – закрыв дверь, он отрицательно покачал головой: – Если бы слышал, то сейчас бы разверзлись небеса, и меня поразила молния! Он ведь не любит, когда его называют Стёпой. Но ты права, смысл как-то замаскироваться есть! Можно оставить машину подальше от того места, где мы будем сами…
Тут уже Ольга покачала головой, не соглашаясь:
– Он ведь не хочет нас… убивать. Хотел бы, давно сделал. А захочет нас найти – найдет, даже если мы под землю спрячемся, с его-то способностями!.. Поехали ко мне?
Они немного перекусили. Совсем немного, хотя последний раз ели больше двенадцати часов назад. Как известно, стрессы ухудшают аппетит, а именно одними стрессами были наполнены, даже переполены, прошедшие часы. Но вот от второго стакана яблочного сока Андрей не отказался:
– Домашний?
– Да, правда, делал отец. – Ольга улыбнулась. – Я только яблоки подготавливала.
– Вполне возможно, что если бы их подготавливал кто-то другой, сок бы не получился таким вкусным! Можно еще полстаканчика?
Сначала для приема прищи они хотели расположиться на просторной веранде Ольгиного дома, но оттуда просматривалась улица. Совсем маленький её участок, потому как всё остальное закрывала густая листва садовых деревьев.
Но даже маленького участка пустынной улицы хватало для напоминания о совершенно пустом городе и о той ловушке, в которой они оказались. Поэтому, не сговариваясь, Андрей и Ольга сели есть на кухне, сдвинув шторы открытого окна. Ветерок шевелил их, шуршал листвой в саду, тем самым создавая иллюзию жизни и нормального мира за окном.
Уют дома, спокойная обстановка, яблочный сок домашнего приготовления подействовали расслабляюще. И усыпляюще. Андрей сладко зевнул, мывшая посуду Ольга последовала его примеру, что заставило их обоих рассмеяться и на какое-то время окончательно сняло напряжение.
– Андрей, пойми правильно то, что я сейчас скажу, – очень серьезно сказала Ольга, когда с посудой было покончено, – и по-джентельменски. Я не хочу спать одна.
– Что тут чисто непонятного, родная? – соответствующим образом растопырив пальцы, тоном новорусского бандита заявил Андрей. – Конкретная ясность! – и, уже выйдя из образа, сказал: – Я лягу у твоих ног, как верный пес! Только дай мне подушку и плед!..
Они устроились в гостиной: Ольга на диване, а Андрей – на перенесенной с веранды кушетке. При виде подушки и пледа Андрей решил, что едва он примет горизонтальное положение, как тут же окунется в мир сна.
Но не тут-то было! Закрыв глаза, он помимо воли стал усиленно соображать, как же им вырваться из этой тюрьмы, в которую
А вдруг Последний может проникать сквозь стены?
– По нашим часам сейчас глубокая ночь, – заметив, что Андрей еще не спит, сказала Ольга. – Спокойной ночи!
– Я скажу более универсально. Ну, чтоб не привязываться к часам! Спокойного сна!
Но сон всё равно не шел!
Конечно, просто полежать с закрытыми глазами в более-менее спокойной обстановке – тоже отдых. Но голова продолжала интенсивно работать, что само по себе, конечно, неплохо, однако в данный момент времени и ей требовался полноценный отдых. Андрей пару раз открывал глаза, чтоб посмотреть, уснула ли Ольга, но определить этого не мог. Можно, конечно, было поинтересоваться, но получилось бы как в анекдоте: «Оля!» – «Что?» – «А ты уже спала?» – «Да.» – «Ну тогда спокойной ночи!».
Взглянув на часы, Андрей, к своему удивлению, обнаружил, что мучается так уже полчаса и вполне возможно, что за это время несколько раз таки проваливался в сон. Он стал считать слоников, овечек, Последних, вернулся к слоникам…
…И проснулся ровно через четыре часа. Сработал будильник Кашпировского, – дали знать о себе два с половиной стакана сока, выпитые после обеда.
Ольга спала. Плед почти полностью сполз на пол, так что она свернулась калачиком, забавно обняв подушку обеими руками. Проявляя чудеса в соблюдении тишины, Андрей поднялся со скрипучей кушетки и, подняв с пола плед, укрыл девушку, не разбудив её. Потом на цыпочках добрался до выхода из гостиной, тихо опустил ручку и стал медленно открывать дверь.
Это его и спасло.
Он услышал какой-то звук, краем глаза заметил сбоку движение – и успел подхватить в воздухе скользнувшую с края стола на пол банку-сигнализацию. Тишину нарушил лишь шорох его одежды.
Уже по пути в туалет он вспомнил об оставленном под подушкой пистолете и даже остановился посреди коридора, думая над тем, стоит ли вернуться за оружием или обойтись без него. Выбрал второе.
За те пару минут, что он пребывал безоружным, ничего не произшло. Вернувшись в гостиную, установил на место сигнализацию, и на этот раз, едва коснувшись головой подушки, уснул.
…Из сна его экстренно катапультировал грохот упавшей банки. Еще до того, как глаза Андрея открылись, рука успела схватить оружие.
Держа одну ладонь на ручке двери, а вторую – на лице в положении «Что же я наделала?!», у выхода из гостиной, виновато глядя на громыхающую по полу банку, стояла Ольга:
– Ой!
– А я, когда вставал, успел поймать! – похвастался Андрей.
– Извини!.. Ты спи, а я в душ и готовить завтрак, ну или ужин по местному времени.
– Возьми с собой пистолет.