Сассинак
Шрифт:
— Никогда об этом не задумывалась. — Майлер наморщила лоб, а Форд ухмыльнулся:
— Вижу, что готовится очередной научный труд. «Эффект влияния атмосферы Иреты на восприятие вкуса протеинов» или «Сера и вкус крови».
— Только не говорите этого в присутствии Вариан, — предупредила его Сасс. — Она как будто весьма чувствительна ко всему, что касается запретов. Ей это не покажется забавным.
— Тут нет ничего забавного, — задумчиво протянула Майлер. — А это идея… Я не думала об этом раньше, но вполне возможно, что какие-то добавки в атмосфере действительно влияют на пищевые вкусы людей, и если кто-то уже подвергался
Все за столом протестующе застонали, и Майлер сердито уставилась на них. Но прежде, чем она успела возмутиться, Сассинак призвала всех к порядку и объяснила, почему собрала их здесь:
— Вариан абсолютно права, считая, что нынешние иретанцы не отвечают за мятеж и его последствия. В то же время в интересах ФОП проследить, чтобы эта планета не была открыта для эксплуатации и чтобы иретанцы ассимилировались в Федерации без излишних трений. По-видимому, им наговорили кучу лжи: они считают, что первая экспедиция состояла исключительно из представителей тяжелых миров, которых несправедливо бросили на планете. Они ожидают помощи только от «тяжеловесов» и, вероятно, думают, что «тяжеловесы» и «легковесы» не могут кооперироваться.
У нас есть шанс доказать, что «тяжеловесы» ассимилировались в нашем обществе и что к ним относятся доброжелательно. Мы все знаем о существующих проблемах — майор Курральд сталкивался с несколько настороженным отношением, как и большинство «тяжеловесов» во Флоте, — но и он, и другие верят, что между двумя типами людей больше сходств, чем различий. Если нам удастся установить дружеские отношения и с этими молодыми людьми, и с «тяжеловесами» с колониального корабля, если мы дадим понять, что у них есть возможность присоединиться к большому космическому сообществу, то, возможно, они откажутся от претензий на Ирету, согласившись на компенсацию. Это было бы мирным решением, вполне подходящим для такой маленькой группы, а в качестве компенсации они смогли бы получить образование, которое позволит им благополучно проживать где угодно. Но даже если они не уступят, то могут согласиться жить здесь, считаясь с ограничениями, которые наверняка установит трибунал — особенно если Вариан права и здесь есть ощущающие местные виды.
— Вы хотите произвести вербовку? — осведомился Курральд. — Те, кого я видел, возможно, пройдут промежуточный тест.
Сасс кивнула:
— Если вы найдете подходящих для службы в вашем отряде бойцов, дайте мне знать. Конечно, я не думаю, чтобы кого-то из них подготовили к агентурной деятельности, но такую опасность тоже нельзя игнорировать.
Майлер нахмурилась, барабаня по лежащим рядом с ней лабораторным рапортам.
— Эти ребята воспитаны на натуральной пище, не говоря уже о мясе.
Думаете, они сумеют сразу приспособиться к корабельной диете?
— Не уверена, и именно потому хочу, чтобы вы, как врач, с самого начала принимали в этом участие. Нам нужно знать все об их психологии. То, что они выросли на планете с нормальным притяжением, не привело к их полной адаптации. Возможно, майору Курральду удастся вникнуть в различия, а может, они будут более свободно разговаривать с другими «тяжеловесами».
Медицинские же исследования поручаю вам. Если что-нибудь понадобится, поставьте меня в известность.
— Я всегда думала, — сказала Майлер, покосившись
Курральд улыбнулся уголками рта:
— Насколько я знаю, подобные изыскания проводились в двух мирах с сильной гравитацией — разумеется тайно. Не всякое мясо, а лишь определенные сорта действительно содержат необходимые для нас вещества.
Впрочем, вы едва ли захотите слушать об этом за столом.
— Еще одна проблема, — заговорила после паузы Сассинак. — Сплоченность экипажа. Критически настроенным представителям тяжелых миров в нашей команде будет полезно посмотреть, как выглядят «тяжеловесы», от рождения не испытывавшие мощного притяжения; при всем моем уважении, Курральд, иретанцы куда больше походят на обычных людей, чем другие «тяжеловесы». — Курральд кивнул с мрачным видом, но без обиды. — Опять же, вы все знаете о наших неприятностях с саботажником. Если что-то произойдет снова, это усилит напряжение между «тяжеловесами» и «легковесами»… — Сасс окинула взглядом лица присутствующих. Все кивнули, понимая, что она имеет в виду.
— Я знаю, Арли, что вы максимально обезопасили системы вооружения, но в ближайшие дни вашим людям будет нелегко их контролировать. Тем не менее этого не избежать: мы не можем допустить случайных выстрелов.
— Кстати, — вмешался Холлистер, — полагаю, нас не могут подслушать? — Сасс нажала контрольную кнопку и кивнула. — У меня еще не было случая сообщить вам, и так как кризис вроде бы миновал… — Он вынул из кармана маленькую серую коробочку и положил ее на стол. — Я обнаружил это во втором энергетическом центре после приземления и, разумеется, обезвредил, но, по-моему, это должно было воздействовать на управление тяговым полем.
Сассинак взяла коробочку и повертела ее в руках:
— Индукционная катушка?
— Совершенно верно. Ее можно использовать где угодно, включая запуск ракеты…
— Где именно вы ее нашли?
— Рядом с коробкой выключателей — эта штука выглядела как часть целого комплекса. Та же форма и тот же серый цвет. Но я проверяю все каждый день и сразу заметил бы что-то новое. Я стал рассматривать коробочку и увидел, что к ней не присоединены провода. Нела размонтировала ее и расшифровала для меня чипы — так я узнал, что эта штука должна была воздействовать на тяговое излучение.
— Что скажете, Дюпейниль? — Сасс посмотрела на представителя службы безопасности через стол. Его лицо оставалось бесстрастным.
— Я предпочел бы оставить коробочку на месте и проследить за ней, но в такой ситуации ее, разумеется, было необходимо обезвредить. Вы проверили наличие следов?
— Естественно, — кивнул Холлистер. — Я держал коробочку в перчатках, а Нела посыпала ее порошком, но мы не обнаружили отпечатков. Может, медикам или вам, сэр, удастся найти что-нибудь еще.
— Гораздо важнее то, — заметила Сассинак, — что мы наконец обнаружили физическое присутствие нашего диверсанта. Он все еще на борту, так как Холлистер, безусловно, уверен, что вчера коробочки там не было, и продолжает действовать.