Сассинак
Шрифт:
— Капитан? — Борандер хотел доложить с полубаркаса о состоянии пострадавших в аэросанях.
— Говорите.
— Женщина пришла в сознание — медики подготовили ее к транспортировке.
Мужчина все еще без сознания, и они хотят переправить его первым.
— Вы связывались с их базой?
— Нет, капитан.
— Поведение этих людей может показаться вам неадекватным, причем не только вследствие ушибов головы. Не спорьте с ними — старайтесь их успокоить, пока не получите вызов с их базы или не передадите их медикам из нашего экипажа.
По сведениям Годхейра, пострадавшие были когда-то подвергнуты внушению и думали, будто они — члены экипажа флотского крейсера. «Каково-то
Женщина была одним из двух руководителей экспедиции и представляла собой гражданскую власть планеты — нечто вроде губернатора. Сасс сильно интересовало, что та из себя представляет; она даже решила на всякий случай подготовиться к официальной встрече. Некоторые из этих ученых весьма невысокого мнения о Флоте. Сассинак распорядилась насчет эскорта, затем направилась к себе в кабинет и включила все экраны.
Один показывал только что приземлившийся полубаркас, и, когда Сасс надела наушники, Борандер сообщил ей, что женщину вызывают по радио с базы уцелевших исследователей. Сассинак разрешила переговоры и проследила, как Борандер и его пилот выходят из полубаркаса, чтобы обеспечить своей пассажирке уединение. Сасс решила, что мужчина в бессознательном состоянии находится в заднем отсеке с медиком.
Когда женщина — Сасс вспомнила, что ее зовут Вариан, — тоже вышла из полубаркаса, она производила впечатление энергичной и деловитой особы.
Несомненно, она привыкла поступать по-своему, так как, едва оглядевшись, тут же начала о чем-то спорить с Борандером. Сасс пожалела, что не настояла на открытом канале связи, но она не ожидала ничего подобного.
Спор продолжался, сопровождаясь выразительной жестикуляцией и, судя по лицам, в повышенных тонах. Сасс нажала кнопку связи с мостиком и распорядилась:
— Включите аудиоконтакт по третьему каналу.
— …Не имеет никакого отношения к Айгару, как и любой из его поколения и даже поколения его родителей!
Голос женщины был бы красивым и мелодичным, если бы она не так сердилась — или просто нервничала после аварии. Сассинак с интересом следила за спором. Борандер явно был обескуражен — сначала горячностью женщины, а затем и ее претензией на старшинство, как губернатора планеты, но только, как с сожалением отметила Сасс, не ее вполне разумными доводами. Сассинак разочарованно покачала головой, глядя на экран, — ей казалось, что у Борандера характер потверже. Разумеется, женщина была права: потомки мятежников ни в чем не повинны, и он должен был сам это понять. Ему также следовало предвидеть ее претензии на власть и избежать прямого столкновения. А самое главное, офицеры Флота не должны так явно нервничать по поводу мнения своих капитанов — такое поведение простительно в баре, как предлог не ввязываться в драку, но здесь это выглядело проявлением слабости. Как же дать ему понять это таким образом, чтобы он окончательно не утратил остатки решительности?
Итак, Вариан хотела привести обоих молодых «тяжеловесов», о которых и шла речь, в кабинет Сассинак и доказать их невиновность. Несомненно, она приготовилась к спору с твердолобым флотским солдафоном. Сасс усмехнулась.
Возможно, Вариан может исполнять обязанности губернатора планеты, но она едва ли знает много о тактике. Хотя Сасс, естественно, не собиралась обращаться с ней как с врагом.
Она наблюдала, как делегация подошла к трапу и двинулась по коридорам крейсера, и, когда они подошли к ее кабинету, поднялась, чтобы поприветствовать их. Пожимая руку Вариан, Сасс заметила, что глаза молодой женщины слегка расширились. Она,
Смышленым, но не прирученным". При этом он был красив своеобразной грубоватой красотой.
Сассинак изложила посетителям кое-какие интересующие их сведения, одновременно «прощупывая» их. Вариан расслабилась, как только поняла, что Сасс не намерена причинять вред безвинным потомкам мятежников. Было ясно, что она чувствует себя как дома в цивилизованной обстановке и не опустилась до уровня туземцев. Разумеется, Вариан хотела знать местонахождение «АРКТ-10».
— Это еще один хороший вопрос, на который я не могу ответить, — отозвалась Сассинак и объяснила, что уже начала наводить справки. Корабль не значился в списке уничтоженных и не подавал сигнал SOS, но может пройти еще несколько дней, прежде чем удастся что-нибудь выяснить. Потом она попросила Айгара рассказать о себе и в ответ выслушала его родословную.
Это очень типично для жителей любой планеты, подумала она. Вы тот, кем были ваши родители. Человек из Флота стал бы рассказывать о кораблях, на которых он служил; ученый — о работе в университете и публикациях.
Сообщенная Айгаром родословная включала несколько одинаковых имен, но, в конце концов, мятежников было не так уж много. Они не могли избежать близкородственного размножения, так как не были уверены, сколько времени пройдет до прибытия колониального судна и прибудет ли оно вообще.
Но когда Сасс начала проверять юридический статус молодых «тяжеловесов», Вариан прервала ее, заявив, что на планете обнаружены эволюционирующие ощущающиевиды.ЛицоСассинаквыразило заинтересованность, но в душе ее поднялась настоящая буря. Ситуация и так была достаточно сложной, учитывая противоречивые заявления о мятеже, правах на рудник, правах, связанных с успешной организацией поселения, а также вмешательство теков. Но все правила изменялись, когда на планете обнаруживались ощущающие или эволюционирующие виды. Сасс, как и все офицеры, была хорошо знакома с законами космоса, но здесь закрутился слишком тугой клубок проблем, которые она не могла игнорировать.
Вариан тем временем рассказывала о местных птицеобразных существах.
Сасс подумала о рикси, непостоянных и тщеславных, и решила не сообщать им по связи о летающих созданиях. Рикси в куда большей степени чувствительны, чем любопытны, — они не стали бы прилетать, чтобы просто поглазеть на происходящее.
А тут еще Айгар стал настаивать, что вся планета принадлежит «тяжеловесам» из поселения и что они готовы предоставить ее часть колонистам из транспорта, если они этого захотят. Сассинак в глубине души забавляло его упрямство, но она ясно дала понять, что по законам Федерации его товарищи могут претендовать только на то, что создали и возделали сами: рудник, поля, посадочную решетку — и посоветовала ему не иметь ничего общего с транспортом из тяжелого мира, если он хочет избежать подозрений в заговоре.