Сантьяго
Шрифт:
Жиль Сан-Пити, похоже, произвел на Черного Орфея должное впечатление, потому что появился в девяти строфах. Согласитесь, это много: писалась-то история пятисот миров. Возможно, причина тому – стальная рука. Никто не знал, где и как он потерял настоящую, но однажды появился в Пограничье со сверкающей стальной кистью левой руки и объявил, что он лучший охотник за головами. А потом принялся доказывать свои слова делом, и небезрезультатно. Как и большинство охотников за головами, он кружил по окраинам Внутренних миров, следуя давно установленному маршруту. Маршрут
Старый Джеронимо Джентри тридцать лет старательствовал на разных планетах, прежде чем плюнул на это неблагодарное занятие и открыл таверну и публичный дом в Моритате. Он самолично пробовал каждый продукт, прежде чем предложить его клиенту. Вот и теперь он поспешил к нетерпеливому посетителю с бутылкой альтаирского рома. Жиль Сан-Пити протянул руку, но бутылку не получил.
– Стоит она недешево, – недвусмысленно заметил старина Джентри.
Охотник за головами вытащил из кармана толстую пачку денег.
– Доллары Марии-Терезы, – одобрительно кивнул Джентри, поставил бутылку перед Жилем. – Где вы их взяли?
– В системе Корвуса.
– Побывали там по делу, не так ли? – полюбопытствовал Джентри.
– Вроде того, – усмехнулся Жиль Сан-Пити.
Из нагрудного кармана рубашки достал три фотографии братьев Сулиман с надписью «РАЗЫСКИВАЕТСЯ», которые еще утром висели на стене почтового терминала. Только теперь каждую перечеркивал жирный красный крест.
– Всех троих?
Охотник кивнул.
– Вы пристрелили их или воспользовались вот этим? – Джентри указал на стальной кулак Жиля.
– Да.
– Что – да?
Жиль Сан-Пити поднял металлическую руку:
– Да, я застрелил их или покончил с ними вот этим кулаком.
Джентри пожал плечами:
– Скоро вновь на охоту?
– Через несколько дней.
– Куда на этот раз?
– А вот это никого не касается, кроме меня.
– Просто подумал, что мог бы дать вам дружеский совет.
– На предмет?
– Если вы собрались на Прейтип Четыре, забудьте об этом. Оттуда только что вернулся Птичка Певчая.
– Вы про Каина?
Джентри кивнул:
– Вернулся с деньгами – наверное, нашел то, что искал.
Охотник за головами нахмурился:
– Придется мне с ним поговорить. На системе Прейтипа вывешен знак «Не входить».
– Правда? – удивился Джентри. – С каких это пор?
– С тех, как я его вывесил, – отрезал Жиль Сан-Пити. – И я не допущу, чтобы там браконьерствовали другие охотники за головами. – Он помолчал. – Где я его найду?
– Прямо здесь.
Жиль Сан-Пити оглядел зал. Седовласый картежник, попавший в струю, роскошно одетый, стоял у края стойки. За столиком в углу сидела женщина с меланхоличным взглядом. Еще два десятка мужчин и женщин, сидевших по двое и группами, разговаривали тихими голосами или молчали.
– Я его не вижу.
– Еще рано. Но он придет.
– С чего такая уверенность?
– В
– Вокруг масса других планет.
– Но люди через какое-то время устают от новых планет, так что их тянет туда, где они все знают. Уж мне-то это хорошо известно.
– Тогда почему ты остаешься в Пограничье?
– Люди устают и от людей. Здесь их гораздо меньше, чем в других местах. А мои милые дамы всегда составят мне компанию, если вдруг я почувствую себя одиноким. – Он выдержал паузу. – Разумеется, если вы хотите выслушать историю моей жизни, вам придется купить пару бутылок. А потом мы с вами удалимся в отдельный кабинет и я начну с первой главы.
Охотник за головами взялся за бутылку.
– Думаю, обойдусь.
– Вы лишаетесь очень интересной истории, – настаивал Джентри. – Я столько повидал. Побывал там, где не ступала нога даже таких киллеров, как вы.
– В другой раз.
– Вам же хуже, – пожал плечами Джентри. – Желаете стакан?
– Зачем он мне? – Жиль Сан-Пити глотнул рома из горлышка. Потом вытер рот тыльной стороной ладони. – Как скоро он появится?
– У вас есть время перепихнуться, если вы про это. Я только проверю, кто из моих цветиков сейчас свободен. – Внезапно он повернулся к двери. – Ага! А вот и он. Боюсь, вам придется еще какое-то время обходиться без женской ласки. – Джентри помахал вновь прибывшему рукой. – Как поживаешь, Птичка Певчая?
Высокий, худощавый мужчина с обветренным угловатым лицом и черными глазами направился к стойке бара. В коричневых штанах и куртке с оттопыренными карманами, в которых могло быть все что угодно. Обращали на себя внимание сапоги: совсем старые, которые, несмотря на постоянный уход, уже не блестели, чем бы их ни смазывали.
– Меня зовут Каин, – процедил мужчина. – И ты это знаешь.
– Да, но нынче вас зовут иначе.
– А меня ты должен звать так, если хочешь, чтобы я тратил свои деньги здесь.
– Но Черный Орфей, он упоминает вас как Птичку Певчую.
– Я не пою, я не птица, и мне без разницы, какие вирши слагает этот певец-недоучка.
Джентри пожал плечами.
– Будь по-вашему… Раз уж мы заговорили о деньгах, что будете пить?
– Он будет пить альтаирский ром, как и я, – подал голос Жиль Сан-Пити.
– Буду? – Каин повернулся к нему.
– Я угощаю. – Охотник за головами взялся за бутылку. – Пошли за столик, Себастьян Каин.
Каин проводил его взглядом, потом пожал плечами и пошел следом.
– Я слышал, тебе повезло на Прейтипе Четыре, – нарушил молчание Жиль Сан-Пити после того, как они уселись за столик.
– Везение тут ни при чем. – Каин откинулся на спинку стула. – Как я понял, и ты не остался без добычи.
– Не остался. Хотя пришлось поступиться принципами.
– Не понял.
– Третьего я пристрелил. – Жиль Сан-Пити поднял стальной кулак. – А хотелось уложить всех троих вот этим. – Он помолчал. – С добычей пришлось повозиться?
– Немного.
– Долго преследовал?