Сантьяго

Резник Майкл Даймонд

– А теперь собираетесь убить.

– Я никого не убиваю. Я – журналистка. – Она коротко взглянула на него. – Раз уж мы коснулись этой темы, почему вы не убили его?

– Ситуация изменилась. Я встал под его знамена.

– И сколько он вам платит? – полюбопытствовала она.

– Ничего.

Вера изумленно вытаращилась на охотника за головами.

– Неужели и вы, как Молчаливая Энни, будете талдычить мне о том, какой он великий человек?

– Я не знаю, какой он великий, – ответил Каин. – Но прежде

всего хороший человек. Мне таким никогда не стать. И борется он за правое дело.

– Он грёбаный преступник!

– Он – хороший человек, – повторил Каин. – И я не позволю его убить.

– Помнится, на Пегасе мы заключили некое соглашение.

– Вы нарушили его, присоединившись к Ангелу.

– Разве вы не получили послания Тервиллигера?

Каин кивнул:

– Получил. Он отправил его до того, как Человек-Гора Бейтс убил его, или после?

Глаза Веры сверкнули.

– То была правда!

– Тогда почему вы стали у Ангела девушкой на побегушках?

– Потому что он убедил Дмитрия Сокола отозвать контракт на мою голову.

– А что будет после того, как ваши услуги окажутся ненужными? После того как он убьет Сантьяго?

– Он хочет с ним поговорить.

– Это всего лишь слова, и вы это знаете. Сантьяго заманивают в ловушку.

– Мне без разницы, – отмахнулась Вера. – Я должна получить нужный мне материал, а вот вы продались врагу. Если я не смогу взять у него интервью, так хоть засвидетельствую его смерть.

– Враг – не Сантьяго, – ответил Каин. – Ангел.

– Ангел – охотник за головами, который действует в рамках законов Демократии. Сантьяго – преступник, постоянно нарушающий эти законы.

– Все не так просто.

– Именно так. Вы присоединились к банде убийц и насильников, а теперь упрекаете меня в том, что я помогаю человеку, цель которого – справедливое наказание их главаря.

– Уж вам бы помолчать о справедливости! У вас одно на уме – сенсационный материал, который обеспечит вас на всю жизнь.

– Не надо говорить со мной свысока, Каин! – ощетинилась Вера. – Я знаю, скольких вы убили… еще до того, как стали охотником за головами. На Силарии вы все еще значитесь в списке разыскиваемых преступников. – Она замолчала, чтобы перевести дыхание. – Мы оба хотели найти Сантьяго. Вы – чтобы его убить, я – чтобы взять интервью. Не моя вина, что вы забыли о том, ради чего оказались здесь.

– Вам будет с чем возвратиться домой, – пообещал Каин. – Вы сможете засвидетельствовать смерть Ангела.

– Вам его не убить. – Она покачала головой. – И не пытайтесь, если не хотите зазря расстаться с жизнью.

– Я не могу допустить, чтобы он убил Сантьяго, – упорствовал Каин.

– Его никому не остановить. Поверьте мне, Каин, я видела его в деле. Я знаю, на что он способен. – По ее телу пробежала дрожь. – Он – не человек!

Каин пристально посмотрел

на журналистку:

– Если вы так его боитесь, почему работаете на него?

– Потому что через него я могу получить то, что мне нужно. – Вера сухо улыбнулась. – И потому что я его боюсь. – Их взгляды встретились. – У вас есть еще что сказать или я могу пропустить второй стаканчик?

Он хотел что-то сказать, передумал, и они вернулись в дом. Хасинто и Энни дожидались их в гостиной.

– Он не возвращается? – спросил Хасинто.

– Я его не видел, – ответил Каин. – А что он там делает? Общается с мертвыми?

– Напрасно вы так говорите, Каин. В тех могилах похоронены очень достойные люди.

– Будем надеяться, что они смогут вразумить его, – пробурчал Каин. – Должен же он понять, что это ловушка.

– Он понимает.

– Тогда в чем проблема?

Хасинто тяжело вздохнул:

– Миллиарды людей в Демократии, возможно, вздрагивают при упоминании его имени, но здесь, в Пограничье, десятки тысяч буквально его боготворят. Они знают, что только он стоит между ними и их угнетателями. У них есть только он, он и героический ореол, который его окружает. Он не хочет, чтобы они подумали, будто он предал их веру в него, сыграв труса.

– Нет ничего трусливого в уходе от поединка, в котором невозможно победить.

– Есть, если ты – Сантьяго.

– Никто ничего не узнает.

Хасинто кивнул на Веру:

– Нам придется ее убить, а он этого не допустит.

– Тогда мы его остановим, – решительно заявил Каин.

– Как?

– Если понадобится, силой.

– Вы сделаете то, что скажет Сантьяго, – вмешалась Молчаливая Энни. – Он – наш лидер.

– Вот мы и пытаемся сохранить его нашим лидером, – ответил Каин.

Энни мрачно посмотрела на охотника за головами.

– Когда ты даешь слово следовать за человеком, ты обязан его держать. Всегда. Ты не вправе выполнять приказы, которые одобряешь, и не подчиняться тем, что тебе не нравятся. – Она выдержала театральную паузу. – Как он решит, так мы и поступим.

– Посмотрим, – выдавил из себя Каин.

Повисшую тишину нарушила Вера:

– Никто не будет возражать, если я себе что-нибудь налью?

Хасинто указал на бар:

– Угощайтесь.

Вера подошла к бару, оглядела ряды бутылок.

– Тут есть из чего выбирать. – Одна бутылка привлекла ее особое внимание. Она протянула руку, вытащила ее. – Корбеллианское виски! Я не пробовала его лет пять. – Она наполнила стакан, пригубила виски. – У него, однако, неплохой вкус.

– Я расцениваю ваши слова как комплимент, – раздался голос от двери, и все повернулись к вошедшему Сантьяго.

– Так что? – спросил Каин.

Сантьяго направился к Вере.

– Передайте Ангелу, что я приду.

– Вы сумасшедший! – вскричал Каин.