Санта-Барбара
Шрифт:
— Выключи фонарь!
— Вот не пойму, — заворчал Гастингсон. — Что такое? То включи, то выключи...
— Выключи и заткнись, — прошипел Круз. Мартин исполнил оба требования. Полицейские приближались к двери. Когда до нее осталось совсем немного, Круз дотронулся до груди Мартина рукой, что означало требование остановиться.
Полицейские замерли. Дверь скрипела, кто-то открывал ее с той стороны.
— Эй, Оскар! — вдруг громко крикнул Круз, стремясь подражать итальянскому акценту, с которым говорил
— Кто там? — спросил чей-то голос.
— Оскар, это я, Ник, — продолжал кричать Круз. — Мне надо с тобой поговорить...
Впереди замолчали.
— Оскар, ты один? — спросил Кастильо.
— Нет, с ребятами, — ответил Брюс. — А тебе что, гак хочется покурить, что ты и дома не высидишь? Тебе здесь не страшно, а Ник?
Он захохотал, а Круз принялся думать, пойти ли ему вперед или попросить Брюса приблизиться. «Маловероятно, что Оскар вдруг пойдет навстречу, — подумал Круз. — Но попробовать все-таки надо».
— Оскар! — крикнул он. — Оскар, слышишь?
Дверь громко скрипнула и другой мужской голос произнес:
— Эй, старик, с кем это ты тут базаришь?
— Да тут Ник пришел, — произнес голос Оскара. — Курнуть ему хочется...
— Это какой такой Ник? — недоверчиво спросил незнакомый голос.
— Как какой Ник? — удивился Брюс. — Приятель, ты что, забыл Ника Тичелли? Он же недалеко отсюда живет, в соседнем доме!
— Ты что, в своем уме? — спросил незнакомец. — Ты мозги просуши, а то тут они у тебя заплесневели, сидишь целыми днями в подвале...
— Что ты язык распускаешь? — с угрозой в голосе произнес Оскар Брюс.
Круз стоял ни жив ни мертв. Он уже вытащил пистолет и приготовился к самому худшему.
— Кретин, нашего Тичелли ведь забрала полиция, — сказали Брюсу. — Он жену свою чуть не пристрелил, такое представление было... Так что тебе померещилось, не может тут Ник свободно разгуливать...
Круз напрягся и сжал рукоятку пистолета.
— Черт!!! — вдруг воскликнул за его спиной Мартин. — Крысы чертовы!!! Эта тварь укусила меня за ногу!
— Полиция! — заорал впереди Оскар Брюс. — Нас кто-то продал!
— Смываемся!!! — крикнул его спутник.
Неожиданно грохнул выстрел. Пуля пролетела совсем близко от Круза Кастильо и только чудом его не задела. «На голос ориентируются, ублюдки паршивые», — подумал Круз и выстрелил в ответ.
У него и Мартина было преимущество, которое заключалось в наличии фонарей, способных ослепить врага. Круз посветил фонариком вперед и увидел, как от двери врассыпную бросились какие-то люди.
Свет в комнате потух, музыка замолкла. «Они решили нас лишить ориентира», — мелькнуло в голове Кастильо. — Глупцы. Неужели до них еще не дошло, что мы их давно засекли?»
С той стороны были слышны довольно частые выстрелы. «У них как минимум три ствола, — подумал Круз. —
Но тут у Круза кончились патроны. В запале сражения он и не заметил, как расстрелял обе обоймы. «Так, у нас уже один ствол!» — с непонятным весельем подумал Кастильо и оглянулся на напарника.
Мартин стоял на одном колене и стрелял. Он не уворачивался от летящих навстречу пуль, безрассудно полагая, что неуязвим.
Внезапно его пистолет дал осечку. Гастингсон выругался и стал лихорадочно менять обойму. Руки у него тряслись. Наконец, обойма была на месте. Мартин радостно выругался и снова стал палить по преступникам.
Постепенно полицейских начали теснить. Круз подумал, что пришло время позаботиться о собственной жизни. «Ничего не поделаешь, силы оказались неравными, — довольно спокойно подумал Кастильо. — Вообще, я поступил как последний идиот, сунувшись сюда только с Мартином. Как мне не пришло в голову, что место, дающее столько доходов, будет охраняться ими очень и очень надежно...»
Но рассуждать теперь было поздно, надо было просто уносить ноги.
Вдруг к Крузу подскочил сзади Мартин и закричал в самое ухо:
— Слушай, их надо выманить на улицу!
— Что-что? — не поверил Круз.
Это был просто гениальный выход из положения!
— Они хорошо знают подвал, нам тут не помогут даже фонари, — объяснял Мартин. — А на улице они не отважатся из себя суперменов строить. Особенно, если мы подкараулим их у входа. Ведь они будут выходить по одному.
— Правильно, потому что дверь узкая! Воскликнул шепотом Кастильо. — Мартин, ты молодец!
— Я знаю, — спокойно ответил Гастингсон и выстрелил в чью-то тень, которая метнулась совсем близко от них.
Но незнакомец успел произвести свой выстрел на секунду раньше Мартина.
Напарник Кастильо вскрикнул. Душа Круза ушла в пятки. «Мартина задели», — подумал мексиканец.
Но он был безмерно удивлен, услышав знакомую отчаянную ругань.
— Мартин? — спросил Круз в темноте. — Как ты?
— Чепуха, друг! — ответил Гастингсон. Я думал, будет что-то более серьезное. Просто ухо оцарапало!
— Мартин, — снова сказал Круз. — Что? — отозвался Гастингсон.
— Прикрой меня! — попросил Круз и не дожидаясь ответа побежал назад, где если присмотреться, можно было увидеть чуть выделявшийся в полной темноте подвала контур входной двери.
Мартин, отстреливаясь, стал пятиться вслед за Крузом.
Кастильо вдруг налетел на чье-то тело, которое лежало поперек прохода.
— О Господи! — крикнул Круз и посветил фонариком в лицо лежащему.
У парня, который растянулся на полу, вся голова была в крови. Похоже, что он, как и Круз, стремился добежать до выхода, но тут силы оставили его, и он упал.