Сангис
Шрифт:
— Пи-пе? — мне на грудь запрыгнула чёрная белка. А за ней летяга.
— Защищайте, — прохрипел я. — Уйдите с меня! Больно!
Белки сперва не поняли. Потоптались на моём бедном теле, покрутили головой, но свалили. Вот гады мелкие.
— Фух, — я выдохнул и закрыл глаза. Будем ждать. Не зря я столько регенерацию прокачивал.
А пока мне нечего делать, я немного порассуждаю над недавним боем. Кто были эти трое? Зачем им я? Мэй их узнала, сказала, что они не из Тюрьмы. Значит, люди известные, да и уровень у них за двадцатый — сто процентов. Ловушку приготовили
Во-первых, я не использовал Кровавую Ауру. Скорее всего, я бы просто почувствовал этих уродов, а дальше было бы несложно их убить. Хотя радиус действия у ауры всего пятнадцать метров, да и жрёт она каждую минуту по пять ОВ и ОД. Но я даже не попытался! Во-вторых, я не додумался использовать Кровавый взрыв. Просто максимум напустить тумана, закрыться щитами и подорвать всё к чертям. Куб бы точно не выдержал. Ещё есть варианты? Пока не вижу, но они определённо есть. Ох, ну и почему я так лоханулся? Нет, я понимаю, что задним умом все мы сильны, но попробуй прямо там до всего додуматься, в стрессовой ситуации.
— У меня нет опыта, — пробормотал я.
— Пи? — сбоку показалась мордашка белки.
— Я не тебе.
— Пи, — белка убежала.
Я слишком сильно рассчитываю на Мэй, и это ошибка. У меня мало опыта настоящих, смертельных боёв с людьми. Одно дело — тупых зомби мочить, а другое — хитрых и умных людей. В недавней битве вместо того, чтобы быстро проанализировать ситуацию и самому найти выход, я возложил бремя своего спасения на плечи Мэй. А сам тупо ждал.
— Гру-а-а!
Я вздрогнул. Где-то рядом раздался рев какого-то зверя. Но следом за ним, я услышал звук падающего тела, и всё стихло. Блин, страшно. Так, выносливости сейчас достаточно.
Врубил Бурление крови. Навык второго уровня, он на сорок пять секунд увеличивает ловкость и регенерацию на пятнадцать очков. Только вот откат двадцать минут. Блин, жалко, что у классового навыка нет слота для поглощения, так бы Бурление крови интегрировал, и откат бы пропал. Эх.
Так и валялся я, подстёгивая регенерацию навыком, а позже, когда смог более-менее шевелить рукой, — таблетками Златы. К вечеру я уже мог подняться, от многочисленных порезов и ушибов остались розоватые следы. Только вот поломанные рёбра ныли, да бедро с тазом. Не знаю, сломал я их или нет, но болели знатно.
Я сделал несколько шагов, огляделся. И где я? Песчаный пляж, пальмы, океан, труп огромной красной обезьяны-переростка. Идиллия. Я подошёл к телу примата. Здоровенный, с мышцами, огроменным шнобелем и светло-оранжевой шерстью. Меня заинтересовали лапы зверя. Кончики его пальцев переходили в конусообразные острые шипы. Интересненько.
Я отошёл подальше от океана, вдруг оттуда какой-нибудь рак-великан выскочит. Вытащил из кольца новенькую Илонку, проверил сеть. Нет нихрена.
— Пи?
На
— Не ловит, — пожаловался я ей, убирая смартфон.
Вынул из кольца мягкое кресло, стол, еду.
— Раздели со мной трапезу, друг, — пригласил я к столу белку. Летяга куда-то по делам, походу, умотала, не вижу её. Дал трёххвостой яблоко. — Буду звать тебя Пятница.
Белка перестала грызть яблоко и странно посмотрела на меня.
Я сидел, вкушал еду на берегу моря, откуда открывался прекрасный вид на закат, и думал. Что мне, блин, делать?!
Фэн молча шёл в сторону Новосибирска по обочине недавно проложенной дороги. В сегодняшнем нападении его знатно потрепали, использовали какой-то редкий артефакт — большую птичью клетку. И Фэну пришлось приложить все силы, чтобы уничтожить её и убить своих врагов. Сразу после этого он увидел, как огромный куб в небе разбился на множество зеркальных осколков, а через некоторое время оттуда упал Жнец Андрея, и Мэй, в наушник, почему-то дрожащим голосом предупредила всех, что с Андреем всё в порядке и он уже летит в Башню.
— Кар!
Сверху на огромной скорости спикировала мутированная ворона, и Фэн ударом ладони взорвал её. Он остановился, уставился на труп. В последнее время все его мысли занимал Путь.
Все вокруг равны. Люди, зомби, мутанты. Камень, дерево, вода. И сам Фэн. Только приняв эту правду, он сможет сделать следующий шаг. Для Будды нет разницы, веточка на дереве или ребёнок. Он кормил своей плотью тигров и орлов, Будда считает всех равными, Будда всех любит. Даже безжизненные скалы, даже свирепого зверя. Если он увидит, как зомби желают съесть человека — он спасёт живого и скормит себя мёртвому. Будда не позволит человеку умереть, но и не убьёт зомби. Для него немёртвые и люди — равнозначны, он должен одинаково любить тех и других. Любить всей душой, всем сердцем.
Фэн продолжил свой путь, не переставая вспоминать буддийские мантры. Ему не нужна власть, не нужны деньги. Фэн желает просветления.
Внимание! Лидер клана Архитекторов покинул континент. Как сильнейший член клана, вы временно занимаете место лидера города Сангис, города Кровавого Ангела, города Опасной Оливии, города-крепости Мария, крепости Игоря-Молотобойца и клана Архитекторов, пока Андрей Первый не вернётся обратно.
Фэн остановился, задумчиво читая текст. Андрея нет на континенте?
— Мэй, — Фэн достал Илонку и поднёс ко рту.
— Фэн?
— Андрея нет на континенте. Я теперь глава всех городов и клана. Что делать.
— Что?! Нет на континенте? Это пришло уведомление от Тёмной Сферы? Почему так поздно? С Андреем всё хорошо? Что…
Фэн поморщился, слушая бурный поток вопросов от возбуждённой Мэй. Фэн понимал, что аналитик, похоже, сильно нервничала из-за пропажи Андрея, не находила себе места. И его слова стали спасением для неё.
— Он должен быть жив, — перебил Фэн. — Тем более его Жнец в порядке. С кем он сражался? Что за куб?