Санаторий

Хлумов Владимир

– Ой, что же вы молчите?
– раздался возглас Кэтрин.
– Я чуть не проспала дождик.

Она подбежала к Варгину, положила ему на плечо подбородок и стала разглядывать дождик. На ее лице появилось необычное выражение, будто она отдыхала в эту минуту от всех сделанных и несделанных дел, будто она долго-долго шла, не оглядываясь по сторонам, не замечая ничего вокруг, и вдруг на минуту подняла голову и застыла - так красиво было там, вверху. Варгин боялся пошевелиться, он понимал, что не часто человеку выпадают такие минуты. Он вспомнил где-то

прочитанные строчки:

Мы оглохнем с тобой, когда ветер осенние листья погонит,

Оголяя асфальт, заметая в оврагах траву,

И когда упадут на разжатые к небу ладони

Шесть осенних дождей, оборвав тишину.

Вспомнил, но промолчал. Надолго зарядил, с удовольствием подумал Варгин, глядя на огромные лужи, усеянные водяными пузырями. В этот момент он почувствовал, что Кэтрин сильно сжала его руку. Варгин обернулся и увидел побледневшее от испуга лицо.

– Кэтрин, что случилось?

– Я вспомнила, - дребезжащим голосом ответила она.

– Что ты вспомнила? Да перестань же дрожать, - он взял ее за плечи.

– Вы говорили, что вас сбил серый автомобиль САМ 16-03?

– Насчет номера я пошутил, - Варгин кисло улыбнулся.

– Я вспомнила его. Когда вы сказали тогда перед театром про водителя с родимым пятном на правой щеке, меня как укололо: где-то я его видела. Сначала я подумала, что это водитель Глоба. Я даже бросила вас и поехала к Глобу в министерство проверить свое подозрение. Весь вечер я толкалась среди машин, но ничего похожего не обнаружила. Потом меня встретил Глоб и рассказал о вас все, что он думает. В общем, после этого я стала думать, что вы и вправду пошутили. Но сейчас я вспомнила: эта машина останавливалась вон там, у газетного киоска, - Кэтрин показала рукой в окно.

– Но отсюда номер, а тем более родимое пятно не разглядишь, - удивился Варгин.

– Дело в том, что я ездила в этом автомобиле, - руки Кэтрин бессильно опустились.

– Ничего, ничего, - успокоил себя Варгин.
– Продолжай.

– Когда меня приглашали на собрания, за мной всегда присылали машину. Несколько раз приезжала именно эта машина и за рулем был отдыхающий с родимым пятном на правой щеке. Такое не очень приятное коричневое пятно, кругленькое, как вишенка.
– Кэтрин дотронулась пальцем до щеки точно в том месте, где Варгин видел пятно у водителя злосчастного автомобиля.

– Постой. Кто, говоришь, тебя приглашал?

– Либо Феликс Жижин, либо от его имени.

– Мало ли людей с родимыми пятнами...

– Но ведь и номер совпадает, - словно не веря своим словам, сказала Кэтрин.

– Ты уверена? Неужели ты специально разглядывала номер?

– Я его не разглядывала. Мне говорили: "За вами приедет машина с номером таким-то." Конечно, я не помню наверняка, но кажется, - она заколебалась и докончила: - Да нет же, я уверена, именно САМ 16-03.

Интересное кино получается, подумал Варгин и спросил:

– Ты понимаешь, что это значит?

Она понимала, но не могла поверить.

–

Может быть, преступники специально угнали машину?

– Вместе с шофером, - Варгин криво усмехнулся.
– Тогда уж надо было красть машину президента, вместе с президентом. Восхитительный наезд получился бы. Я непрочь погибнуть под колесами машины самого президента.

– Может быть, враги пробрались в аппарат?
– Высказала Кэтрин новое предположение.

– Тогда срочно нужно сообщить в аппарат, - Варгин решительно направился к телефону.

– Нет, не надо, - вскрикнула Кэтрин.

– Видишь, ты сама в это не веришь.

– Что же делать?

– Одеваться и завтракать.

– Вы шутите, а между тем все рушится. Получается Глоб врал. Нет никакой мафии, значит, и Ремо не преступник, значит, и Унитер врал, следовательно...
– она подошла к дивану и села обхватив голову руками.

– Следовательно, я - осел, - подытожил Варгин.
– А это неприятно.

В дверь поскребся Рыжик, который услышал разговор людей и не желал больше оставаться в одиночестве.

Завтракали под аккомпонемент смачного чавканья пса.

– Чем-то Ремо стал поперек вашему прогрессу, - сказал Варгин.
– Да не просто прогрессу, а его лидерам, может быть, самому Эфже.

Кэтрин не возражала. Она была слишком потрясена собственным открытием.

– Самые смешные предположения вдруг становятся дикой реальностью. Если они готовы убить землянина ради нескольких формул...

– Убить?
– Очнулась Кэтрин.

– Извини, конечно, за грубость стиля, но если бы я не прыгнул в сторону... Я представляю, что они сообщили бы на Землю: "Трагическая случайность. Труп кремирован. Наши соболезнования правительству и родственникам покойного." И полетел бы я с последним звездолетом в лучший из миров.

Варгин задумчиво почесал затылок. Настроение было у него не из лучших. Просидел целую неделю и ничего не выяснил, точнее, дал обвести себя вокруг пальца. Он явно недооценил своих оппонентов. Полный провал. Он с удовольствием смаковал все свои промахи. Это не был мазохизм. Скорее, наоборот, это было следствием его самоуверенности. За Варгиным числилось такое свойство - неудачи его расстраивали, но только до определенной степени. По достижении некоторого предела в нем включалось какое-то устройство и возникало злейшее, граничащее с авантюризмом желание действовать.

– Кэтрин, мне нужен Ф.Ж., срочно. Я думаю, он как-то связан с твоим братом, причем связь это ему афишировать невыгодно.

– Боже, о чем вы говорите? Эфже так хорошо ко мне относится...

– Вот это и подозрительно!

– Хорошо, я могу ему позвонить.
– Она набрала номер телефона Эфже. По телефону ответили, что Феликс Жижин ближайшие дни никого принимать не будет, в связи с отъездом.

– Что это они все разъездились?
– возмутился Варгин.
– Могли бы проводить меня сначала: чай, не каждый день инопланетяне улетают.