Самый обычный день
Шрифт:
– Пойду-ка я попытаюсь послушать, о чем там они болтают, а вы пока здесь сторожите. Если появится кто на улице – твой выход, Дан, попробуй разговорить, – Лола выбралась из «Ниссана».
– Но там же наверняка камеры везде! Засекут тебя! – крикнул ей вслед Стефано.
– Не думаю, что они онлайн, скорее всего, просто записывающие, как на дорогах. – Лола на секунду остановилась. – А потом, что мне могут сделать? Может, я отдыхаю в тени плюща?
– Ну смотри, – с сомнением произнес Стефано.
Лола
Из непросматриваемого угла раздалось громкое урчание, Лола отпрянула назад, чуть было не споткнувшись о корни растений.
– Вот вам и кофе готов! – нараспев произнес женский голос.
«Так это кофемашина такой звук издавала!» – догадалась Лола и опять придвинулась к окну.
– Бедный, бедный ребенок! – Женщина присела на краешек стула. – А на вас ответственность какая навалилась! Да и, конечно, без криминалистов-то никуда. Все ведь от вас зависит, от вашего заключения, – услужливо продолжала женщина. – Удалось что-то распознать?
Так это криминалист, значит. Здорово! Вот если бы она его разговорила! А женщина, кажется, к полиции никакого отношения не имеет, и акцент у нее какой-то знакомый, неужели русская?!
– Да, теперь ни есть, ни спать не будем, пока преступника не найдем, – страж порядка опустошил чашку и вздохнул.
Женщина поняла его вздох по-своему
– Сейчас, сейчас, я вам еще сделаю! – схватила посуду и смахнула крошки в ладошку.
«Точно, русская, – подумала Лола. – Интересно, как она здесь оказалась?»
Из угла буркнула кофемашина, и мужчина продолжил:
– Сложный случай очень, переломов костей небывалое количество!
– Господи спаси! – прошептала женщина и перекрестилась.
– А переломы-то и по времени разные. Не могу этого понять, не могу! Почему такой садизм?! Зачем? Изнасилован не был, но вещи с него или снимали, а потом, как будто в спешке, одели заново, или пытались снять, да не успели. Рубашечка плохо застегнута, кроссовки кое-как одеты. – Лоле показалось, что в горле у него что-то заклокотало. – Все чистое, только сверху грязь и цемент из канавы.
Лола зашевелилась, ей не хватало воздуха.
– Не иначе, психически больной, не может нормальный человек такое проделать!
Дверь комнаты отдыха резко открылась. На пороге стоял высокий полицейский в форме.
– Вот ты где! Кофе распиваешь! А тебя ищут все! Давай, давай!
Мужчина в гражданском одним глотком осушил чашку.
– Иду, иду! Хотел в тишине подумать, что-то не складывается тут, что-то упущено, – пробормотал он, поднимаясь из-за стола.
– Пошли, пошли, там подумали уже! Очень подходящая версия есть, только твоего мнения ждут, – проговорил полицейский, пропуская на выход криминалиста.
– Подходящая к чему? – недовольно буркнул тот.
– Да не придирайся к словам… – Они затопали по коридору, голоса затихли.
Лола услышала звук льющейся воды и звяканье посуды: кофейные чашки моет, сообразила Лола и опять пошевелилась.
Женщина как будто что-то почувствовала и подошла к окну. Лола прижалась к стене – ну, если высунется, так и столкнемся носом к носу. Она не успела додумать, как ловкие пальцы захватили оконную раму, а за ней показался миловидный профиль краснощекой девушки.
Вблизи она выглядела гораздо моложе – здоровый румянец разливался на пол-лица, светлые волосы обрамляли мягкий овал.
– Ой! – повернулась она к Лоле. – А вы что здесь делаете?! – видимо, от испуга сказала она по-русски.
Боковым зрением Лола заметила, как на подмогу из машины выдвинулся Стефано.
– Ой! – опять ойкнула девушка как заведенная, не давая ответить Лоле. – Да я вас по телевизору видела! Вы же русская вроде по национальности? Я ваши передачи всегда смотрю, когда время есть! Здорово у вас получается, особенно это…
– Все в порядке? – почему-то грозным голосом перебил ее подошедший Стефано.
– Да! Да! – совершенно забыв про странное местонахождение Лолы, радостно протарахтела девушка. – Я сейчас выйду к вам! Не уходите только! – Она захлопнула оконную раму.
Лола и Стефано перешли на дорогу.
– Кто это у них тут работает? Она же не итальянка?
– Нет, русская, скорее всего, убирается в отделении, ну и кофе готовит по совместительству.
– Миловидная, – оценил Стефано, – только зачем она тебе? Соотечественников ты недолюбливаешь, если только они не обладают какой-нибудь нужной тебе информацией.
– Вот-вот, а это именно такой случай! Она знает все, что происходит в полиции! Все разговоры, которые ведутся в комнате отдыха, в коридорах, в курилке, она слышит все! А потом, как мне показалось, она по натуре своей любопытна, так что… – Лола не успела договорить, как с крыльца соскочила девушка.
– Дадите автограф? – Она сунула Лоле открытку с видом побережья Калабрии. – Меня Света зовут. Лучше, если на итальянском напишешь. – Она перешла на «ты», чему Лола даже порадовалась, – ненамного же я ее старше, на каких-то пять-шесть лет, не больше.