Самозванка
Шрифт:
— Денис Иванович — самый взаправдашний вождь оджубеев! — поспешил заверить Алексашка и восхищенно добавил: — Знаете, как он Улкаха побил? — легкая усмешка гостя заставила его обиженно насупиться: — Могу побожиться, коль не верите!
Француз от души расхохотался, с откровенным любопытством разглядывая своего нового патрона. Письмо за личной подписью Ее Высочества Златы Заморской говорило об этом прямо — без недомолвок и околичностей.
— Ты еще здесь? — грозно нахмурил брови Денис. — Быстро дуй в посольство, времени у нас в обрез!
Алексашка исчез, словно его и не было. Лишь тяжелая,
Местный цирюльник, разбуженный ранним утром, долго ворчал спросонья (даже щедрая плата не уменьшила брюзжание), но дело свое знал превосходно. Спустя час из зеркала улыбалось отражение молодого человека с длинными, волнистыми волосами, открытым взглядом серых глаз и крепким, волевым подбородком. От девок отбоя не будет — озаботился Денис, разглядывая себя любимого и вспоминая покинутых подружек из родного когда-то племени. А может, и не озаботился.
Загодя пошитое платье аристократа средней руки сидело как влитое, и кардинально завершило преображение.
— Куда вы его отправили, месье? — поинтересовался Костилье. Денис вкратце обрисовал суть произошедших событий.
— Но при чем здесь наше посольство?
— Вы теперь резидент другого государства, — с мягкой укоризной напомнил Денис. — Наш юный друг расскажет историю о коварных англичанах, убивших доблестного и честного вождя оджубеев. Вождя, пришедшего к своим старым союзникам-франкам с посланием от своего народа. И предложением заключить договор концессии на разработку месторождений Лысой горы.
— Вы хотите стравить Британию и Францию? — догадался шевалье. — Но какой нам от этого прок?
Денис мысленно поаплодировал ему — ни единый мускул не дрогнул на лице, ни капли осуждения не промелькнуло в глазах. Долг перед новой родиной оказался превыше патриотических чувств француза.
— Пока не знаю, — честно признался он. — Но в мутной воде рыба всегда ловится покрупней. Война план покажет… — махнув рукой, закончил он.
— А что случилось с наемными убийцами?
— Трое из них кормят рыб. Один отсыпается в соседней комнате — мы с ним славно попировали прошедшей ночью, — кивнув головой в сторону спальни, Денис усмехнулся и бросил взгляд на напольные часы в корпусе из красного дерева. — А последнего я жду с минуты на минуту: он докладывает заказчику об успешно проведенной операции.
— Вы их перекупили?
Вопрос прозвучал с неприкрытым презрением. Французы всегда считали англичан нацией торговцев, даже если это касалось наемных убийц. Денис, слегка замявшись, сумрачно покрутил головой:
— Я пообещал оставшимся в живых, что мои воины снимут скальпы с их жен и детей.
— И они вам поверили?!
— Я умею быть убедительным. — Денис криво ухмыльнулся.
— Это подло, месье! Даже по отношению к наемникам! Шевалье не пытался скрыть осуждения, возмущено выпятив подбородок.
— Не забывайте, что я — кровожадный дикарь, —
— Значит, это был блеф? — облегченно выдохнул француз.
— Но я же не дикарь? — резонно, как ему показалось, возразил Денис.
Шевалье поперхнулся, не найдясь с ответом. После небольшой паузы он осторожно спросил:
— Вы сказали, что наемник отправился с докладом. Но разве можно быть уверенным, что ему поверят на слово? Сертификат он предъявить не сможет.
— Пока я приводил себя в порядок… — Денис провел рукой по шевелюре, — мой помощник купил десятифунтовый вексель Компании. Две дырки от шпаги и полпинты свиной крови сделали его неотличимым от чартера на акции.
— Неплохая задумка, — признал Костилье и тут же попробовал найти слабое место: — Но если мы предъявим подлинный сертификат, Компания обязательно его опротестует.
— Было бы наивным полагать, что англичане отдадут дикарю и беглому секретарю половину золотого прииска. Даже если это прописано в договоре. Они в любом случае попытались бы нас кинуть.
— Что сделать? — не понял француз.
— Обмануть, — быстро поправился Денис и продолжил, как ни в чем не бывало: — Самый простой способ — это под залог сертификата получить золото в одном из банков Компании. Причем в тот момент, когда курс акций совместного англо-индейского предприятия по освоению месторождения будет на самом пике. Небольшой дисконт при этом неизбежен, но это не страшно.
— А когда Европа узнает о разгроме британских войск, мы начнем игру на понижение?
— Да, но не с бумагами золотодобывающего предприятия, а с акциями Ост-индской Компании. Этот кусок намного жирней, и мы заработаем значительно больше. Кстати, на какую сумму выпущено их акций?
— Точно не знаю, господин министр, — Костилье прикусил губу, задумавшись. — Но только собственный капитал оценивается не менее десяти миллионов фунтов. Денис криво усмехнулся:
— Пиратство в чистом виде оказывается выгодней.
— Простите?
— Ламбро Каччиони взял приз в полмиллиона фунтов за пару часов. Если мы сможем обрушить курс акций Компании хотя бы на двадцать процентов, то на коротких продажах сможем заработать сотню-другую тысяч. В зависимости от того, сколько сможем подготовить наличных. И займет это у нас не одну неделю. Вот я и говорю, что быть пиратом выгодней, чем спекулянтом. Теперь ухмыльнулся француз:
— У нашего адмирала ставка выше — собственная шея. Нам с вами виселица не грозит.
— Как сказать… — Денис погрузился в собственные мысли. Очнувшись, он спросил:
— Где торгуются акции Компании?
— В Амстердаме. Там же, где и бумаги Банка Англии.
— Разве не на Королевской бирже? — искренне удивился Денис. — Мы вчера проезжали мимо — я собственными глазами видел вывеску из окна экипажа.
— Это товарная биржа. Брокеры, торгующие ценными бумаги, создавали много шума и их попросили на выход. Они теперь заседают в кофейне Джонатана, но там котируются в основном акции лондонских предприятий. Государственные облигации и бумаги крупных европейских компаний — на Амстердамской бирже.